Книга Оператор совковой лопаты, страница 21. Автор книги Сергей Калашников

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Оператор совковой лопаты»

Cтраница 21

В степенях родства и семейных отношениях кроманьонцев запутался быстро. О своих предках они знали много. Выяснилось интересное обстоятельство – в обычае были добрачные беременности у молоденьких девушек, причем мать, как правило, не могла указать отца ребенка. Это дитя вырастало не хуже других – род, он вообще включает в себя и детский сад, и школу. Стихийную, какая есть. Мамочки легко кооперируются, когда бывают заняты вдали от стоянки, поручая всех чад старшим женщинам. А уж привитие детворе трудовых или охотничьих навыков – тут любой взрослый тебе наставник.

Став взрослым, парень или девушка, как правило, искали спутника жизни в соседнем племени или другом роду, с которым родственные связи считались дальними. Иными словами, обычаи препятствовали кровосмешению. Родословные свои все выучивали не меньше, чем на три поколения.

Значительно интересней оказалось наличие у кроманьонцев счета. Причем не на уровне «один, два, много», а систематичного. Руками. Скажем, людей в роду Голохвостых две руки рук без руки и один человек. Сорок шесть по-нашему. Или рука пар рук без руки и один. То есть понятия умножения, сложения и вычитания в обиходе циркулировали. Поэтому арабские цифры Сайка поняла сразу. Айн оказалась ужасно ревнивой и потребовала объяснений. Пришлось и ей цифры показать. В результате введения в обиход дикарей всего одного слова – десяток – десятичная система счета восторжествовала.

Деление, процесс конкретный и понятный, девушки уловили мигом. И отчитались о своем возрасте. Двадцать лет и тринадцать. М-да. В его мире в тринадцать одну, без взрослого, могут в лес не пустить. Зато приходится объяснять, что такое окружность, квадрат и прямоугольник. Растолковывать, чем объем отличается от площади. Абстрактных понятий избегал, так что на разнице между весом и массой внимания не заострял. Поскольку пришлось черкать угольком по камню и палочкой по песку, то как-то сами в обиход вошли буквы. Язык Речных Выдр фонетически недалек от русского, так что кириллица встала в него почти без натяжек. Твердый знак никуда не пристроился, но пригодился для вариации звука «ф», который занял место между «тс» и «ш» и произносился с гундосинкой.

Тот факт, что ученицы предпочитали определять объем сосуда не расчетом по размерам, а наполнением оного мерными, и не только, горшками, преподавателя смущал недолго. Дикари. Конкретику однозначно предпочитают абстракции. Не выучит он их на инженеров.

Записал шилом по коре одну красивую легенду про охотника, спасшего медвежонка. И изготовил стило, которое позволяло продавливать рельеф, не нарушая фактуры материала. Сайка нередко сиживала потом, протоколируя сказания. Мишка почитал. Три предложения по четыре слова. Примечательные случаи без особых сюжетных изысков. Или памятки – это как посмотреть. Тренируется ребенок, вот что важно, а не о любви великой грезит.

Глава 26
Дела житейские

Кроме металлургии, кузнечества, ухода за посевами и сбора меда из оживших с приходом тепла ульев, хлопот у Мишки особых не было. Гончарные упражнения вообще как-то между делом проходили, как умыться или позавтракать. Девчата тоже без дела не сидели, многие дела им можно было поручить, особенно когда сразу несколько одновременно наваливались. Зернышки уверенно взошли, а поскольку дожди нынче не частили, позанимался малой мелиорацией. С мокрого склона холма, что выше его площадки, собрал и подвел еще несколько ручейков так, чтобы вода сочилась через участок с насаждениями. А таскать горшки от речки – не понравилось Мишке это занятие! Он, в конце концов, хоть и тоже кроманьонец, но чему-то учился. Во всяком случае, труд умственный физическому предпочитает определенно.

Копание канавок – дело вдохновенное, разные мысли навевает. И относительно коллектора фекалий план созрел. Низинку, что расположена за навесом, обваловал снизу и собрал в нее тоже ручеек из родников, которые делали склон сырым. И вот над этим-то ручьем учредил знакомую всем будочку с дверью на кожаных петлях. Сайка покрыла жердевой каркас корой здоровых деревьев и пришила корешками на тот же манер, каким скрепляют лодки.

Отходы жизнедеятельности организмов обитателей поселения более не попадались под ноги то там, то тут. Они падали в проточную канавку и смывались в пруд, в который Мишка наносил с Большой Реки тростников, камышей, осок, ряски. Последняя особенно разрослась. Были и еще растения, такие, что благоденствуют в стоячей воде, всех не упомнишь. Главное, запахов никаких. Очистка.

* * *

Конец весны – а жара стоит невыносимая. Делать ничего не хочется. А ничего и не надо. Мишка соорудил ковшик-дозатор для плавильни, чтобы по наполнении водой времязадающего горшка в горловину поступала партия древесного угля, который ждет своего срока в берестяном бункере. Тигли со смесью толченого угля и огарка от сжигания самородков давно сформованы, просушены и ждут момента, когда их на сутки поместят в пламя, а потом дадут остудиться, на что требуется около трех часов. Теперь установка выдает в сутки по шестьсот граммов стали, вполне пригодной для топора или ножа. Это теоретический предел производительности, достижимый при имеющихся мощностях. Установлено экспериментально.

А несколько ведер золотых самородков Мишка пережег на огарок в обжиговой печи. Тяга там – что надо, оставалось вылепить подходящий под диаметр дымохода глиняный сосуд с дырявым дном – и все получилось. В общем – четыре килограмма пластинчатых заготовок для ножей и наконечников каждую неделю в его распоряжении. Ковать из них легко. Можно сказать, только подправить кое-что нужно молоточком. Как раз на одну ночь работы, пока не жарко. И греть поковки не требуется. Холодными их плющит. Нет расхода на окалину, и металл становится лучше. Заточку держит прилично, не так легко ломается, даже ржавеет меньше.

Когда поразмыслил, припомнил, что слышал на уроках химии про выделку стали в конверторах. Там применяется кислородное дутье, чтобы в металле не задерживался азот, от которого она теряет прочность. Еще вспомнил, что фосфор ухудшает свойства железа. А у него, наверное, сера все портит. Получается, огарок надо шибче пережигать. Он и проделал процедуру повторно. Размолол камнями, смешал с углем и поверх разожженного кускового угля всыпал это в обжиговый горшок. Держал в огне, продувал воздух. Довел, так сказать, огарок до совершенства. Потом, когда уже провел плавки и ковку, то так и не понял, лучше получилось или нет.

Так что хватает времени на всякие замыслы. Но придумать легче, чем реализовывать. Работать лень! Зато подсказал женщинам идею топа с чашечками для груди. Ну не нравится ему, когда это хозяйство на виду да еще и подпрыгивает перед глазами, словно дразнится. Жарко, а рубахи девчата не носят. А жилетко-лифчики – с удовольствием. Им-то тоже не хочется чувствительными местами о ветки задевать.

Предложение об использовании коротких штанишек в летний период вообще прошло без вопросов. Сами ведь шьют. И шьют стильно. На правом бедре всех своих одежек устроили твердый карманчик по форме лезвия ножика. Рукоятка под рукой и закреплена завязочкой. Уж по части завязывания всяческих узлов с кроманьонцами ни один моряк не сравнится.

Поэтому затея с ножнами, которую Мишка вынашивал, запоздала. Кожаные мешочки, что вешали на шею отправившиеся в летний вояж родичи, тоже имели жесткую фактуру, как раз под ножик. На пояс эти ребята всякую всячину вешают неохотно. Ремни без пряжек – штука неудобная, так что… да не видал он, чтобы дикари подпоясывались.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация