Книга След Пираньи, страница 43. Автор книги Александр Бушков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «След Пираньи»

Cтраница 43

– Вам не кажется, что за нами кто-то летит? – спросила она внезапно.

Мазур старательно прислушался. Шум двигателей теплохода совсем не слышен, чуть заметно шумит рассекаемая форштевнем вода, но с неба никаких звуков вроде бы не доносится.

– Может, и послышалось, – сказала она торопливо. – Но однажды так явственно слышался шум в небе, то ли самолет, то ли вертолет, не разобрала. Далеко позади. И вроде бы красный огонек перемещался. Очень высоко. Тут проходят трассы?

– Конечно, – сказал Мазур. – Может, рейсовый и видели. Хотя я к майору все-таки схожу, пусть поставит кого-нибудь до утра на корме, чтобы смотрел и слушал…

– Неловко как-то, решат, что подняла панику… Показалось, скорее всего.

– Ничего, – сказал Мазур. – В таких делах лучше перебрать, чем проглядеть…

Они еще минут пятнадцать простояли у перил, перебрасываясь редкими фразами, но подозрительных звуков в небе так и не услышали, а подозрительных огней не усмотрели. Взглянув на часы, Мазур махнул рукой:

– Ну все, со спокойной совестью можно покидать пост. Или хотите помедитировать в одиночестве?

– Да нет, какие медитации?

Пожалуй, и впрямь не походило, чтобы она все это время так уж тяготилась его присутствием. При современном развитии спецтехники баловаться с миниатюрной рацией можно и в каюте… Даже не обязательно вывешивать антенну в иллюминатор.

– Тогда пойдемте спать? – спросил Мазур. И поторопился добавить: – Каждый в свою сторону, конечно…

Глава 10
Профессионалы

Четверых Мазур оставил возле двух изб, где высоко вздымалась радиоантенна, а неподалеку все еще обитал в яме гнуснопрославленный медведь-людоед, – то ли он почуял идущих, то ли просто бдил по ночному времени, слышно было, как порыкивает и дерет когтями бетонные стены.

Остальные шестеро бесшумной вереницей скользнули дальше, по обочине узкой тропинки, держась возле крайних деревьев, так, чтобы луна осталась слева, и тени идущих слились со сплошной стеной леса, скользили по стволам, изламываясь. Мазур назад не оглянулся ни разу – четверых с майором во главе хватит за глаза. Если пленный не соврал, там только двое, а если и соврал, во что, вспоминая глаголевских орлов, плохо верится, все пройдет точно также…

Он двигался последним, критически наблюдая за неузнаваемой в покрытом «лохматками» комбинезоне помощницей прокурора. Правда, поневоле приходилось признать, что пока что никаких хлопот она не доставляла и не давала поводов для критики. Шла довольно тихо, не наступая на частенько попадавшиеся сухие ветки, – быть может, и не врала насчет безмятежного детства, проведенного близ мичиганских лесов. Впрочем, спотыкаться и сослепу ломиться сквозь кусты было бы мудрено: луна светила, словно спятивший прожектор, так, что злость брала, тени казались аккуратно вырезанными из черной фотобумаги, все вокруг напоминало старинную гравюру без малейших переходов-полутонов меж черным и белым, желтый круг, покрытый темными пятнами сухих морей, пробуждал в крови, честное слово, древнее желание выть долго и протяжно, захлебываясь звериным ликованием. В диком несоответствии с моментом Мазур отчего-то вспомнил, как капитан-лейтенант Рудницкий, хлебнувший в операции «Оркан» столько, что хватило бы на четверых, сошел с ума и зациклился на одном-единственном страхе: панически боялся, что на ровном месте, средь бела дня, вдруг провалится в далекое прошлое, и это неимоверно обострялось как раз в лунные ночи, как ни завешивали окна в палате, как ни подбирали палату так, чтобы лунный свет в нее не проникал, бедолага неведомым шестым чувством угадывал наступавшее полнолуние – и начиналось…

Позади, несомненно, уже расставались с жизнью радист и его напарник, согласно здешнему штатному расписанию обитавшие по соседству с медведем. Уже на берегу, сразу после того, как они оттащили в тайгу черные резиновые лодки, майор Прагин вполне будничным тоном сообщил Мазуру, что наверху мудро порешили свидетелей, за исключением языков, не оставлять. Шутник со страстью к каламбурам мог бы заметить, что свидетелей порешили порешить. У Мазура эта новость не вызвала ни внутреннего сопротивления, ни приступов гуманизма – всех мало-мальски непричастных обитателей отсюда уже убрали, остались откровенные холуи, хоть краешком, да замешанные в охотничьих играх, сами выбирали судьбу, нечего о них и плакать…

Шагавший впереди поднял руку, и вереница враз застыла на месте. Мазур рысцой выдвинулся в авангард. Тяжело болтавшийся на шее ночной бинокль не понадобился – впереди, на огромной прогалине, чуть призрачно белело длинное строение из рифленых листов оцинкованного железа, крайне напоминавшее коробку из-под обуви. Два окна, обращенные к опушке, где стоял Мазур, были темными. Поблизости красовался самый прозаический деревянный сортир, сработанный, правда, аккуратно, из тесаных досок, – а подальше темной обтекаемой глыбой стоял вертолет с обвисшими лопастями, со знакомым номером. Посадочная площадка, выложенная дырчатыми железными листами, вполне могла вместить еще парочку таких же. У самых деревьев на противоположной стороне прогалины – огромный резервуар с различимыми даже отсюда красными буквами ОГНЕОПАСНО. Все оборудовано по-хозяйски, с расчетом на долгую и спокойную жизнь. У входа в домик на гнутом кронштейне горит яркая лампа, свечей на двести пятьдесят, – ну да, в избе рядом с радиостанцией работает дизель, кабели проложены под землей, все удобства…

Мазур все-таки поднял к глазам бинокль, разглядывая большую конуру, куда уходила толстая цепь, – собачка безмятежно дрыхла. Послюнил безымянный палец, оттопырил его, повернул вправо-влево. Слабенький ветерок, едва заметное колыхание воздуха все же присутствовало, – но, облегчая задачу, ночной зефир струился от домика к засевшим на опушке диверсантам.

Все было расписано заранее, как по нотам. Но Мазур, памятуя, что повторенье – мать ученья, придвинулся к Джен, показал ей на усыпанную сухими иглами землю под ближайшей сосной, погрозил пальцем. В серебряном лунном сиянии ее лицо было совсем юным и азартным. Без дальнейших понуканий опустилась на землю, села, обхватив руками колени, положив рядом кургузенький короткоствольный револьвер. Кивнув на него, Мазур погрозил уже кулаком. Она заверила размашистыми жестами, что все прекрасно понимает и в ковбоев играть не будет. Для вящего душевного спокойствия револьвер следовало бы отобрать вовсе, но Мазур опасался, что девчонка начнет барахтаться – страшновато ей в компании бывших членов КПСС, понимаете ли…

Как заправский дирижер, Мазур принялся управлять своей командой. Указательным пальцем ткнул в грудь одного из «красных беретов», показал на вертолет – мало ли что, вдруг кто-то в нем устроился на ночлег… Приложил к голове ладони, сделав из двух пальцев каждой руки подобие ушей, вручил одному из глаголевских орлов пластиковый пакетик, кивнул на конуру. Вряд ли здешних собачек обучали не подбирать с земли жратву – не было такой нужды. Можно, конечно, упокоить и из бесшумки – но палить придется наугад, может завизжать…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация