Книга Вечная ночь, страница 55. Автор книги Полина Дашкова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Вечная ночь»

Cтраница 55

— М-м, Коля, ты знаешь, это не хуже, чем в Париже у «Максима». Попробуй.

Вилка с куском паштета потянулась к его губам. Пришлось открыть рот. Наверное, это правда было вкусно, очень изысканно, однако Зацепа не мог есть. Кусок застревал в горле. Всё мерещилось, что официант смотрит как-то многозначительно. Кстати, когда он вышел из туалета, этот холуй стоял возле Зои, низко склонившись, и шептал ей что-то на ухо. Заметив, что Зацепа возвращается к столу, тут же замолчал, разогнулся, ускользнул. А у Зои после этого глаза стали другие.

Зацепа залпом выпил стакан воды, закурил.

«Всё кончилось, — повторял он про себя, — это только мои фантазии, нервы, пустой страх. Я теперь другой человек, со мной все в порядке, и бояться мне совершенно нечего».

На самом деле не так уж сильно он боялся. Он тосковал. Ослабевший, но ещё живой Кастрони выл в нём, как старый пёс, которого посадили на цепь и оставили в пустом дачном посёлке на всю зиму.

* * *

…Когда они вышли с Женей из ресторана и сели в машину, он попытался опять заговорить с ней о ночном клубе, о том, что ей не стоит ходить в такие заведения, это опасно, вредно. У неё вся жизнь впереди, сейчас надо учиться, строить своё будущее.

— Что ты болтаешь? Какое будущее? — вдруг крикнула синьорина по-русски. — Что ты знаешь обо мне, старый идиот?

Зацепа вздрогнул, машина резко вильнула вправо, потом влево.

— Осторожней! — взвизгнула Женя. — Только не хватало сейчас врезаться куда-нибудь! Господи, как же мне все это надоело!

У Зацепы трещало в ушах. Он не только чувствовал, но уже видел, как рушатся декорации. Женя впервые заговорила с ним по-русски. Что это было? Провокация? Она догадалась, что он не тот, за кого себя выдаёт? Или просто устала от чужого языка?

— Я не понимаю, детка, пожалуйста, переведи, — жалобно попросил Кастрони.

— У меня нет никакой жизни, — она перешла на английский, — только грязь, чёртова мерзость.

— О чём ты? — хрипло спросил Зацепа, подозревая, что она о нём, об их любви, которая крепко воняет проституцией.

— Скажи, ты когда-нибудь видел детское порно в Интернете?

— Нет. Я знаю, что там его много, но сам не видел.

— Правда? Но ведь ты любишь не взрослых женщин, а девочек, и тебя должно это интересовать.

— Я люблю одну девочку. Синьорину Женю. Я не маньяк, не извращенец, просто так случилось. До встречи с тобой ничего подобного не было. Ты же знаешь, у меня в Риме жена, двое детей, внучка.

— У них у многих есть жены, дети, внуки.

— У кого — у них?

— Неважно.

— Почему ты вдруг заговорила о детском порно?

— Не знаю. — Она заёрзала на сиденье, отвернулась, уставилась в окно.

Осторожный Зацепа больше не стал задавать вопросов. Поглядывал на неё, видел, как вздрагивают её плечи, слышал тихие жалобные всхлипы. Он привык, что она часто плачет. Её смех мог мгновенно превратиться в слезы, и наоборот. Он списывал это на переходный возраст. Остаток пути они молчали. Когда доехали до дома в Черёмушках, вошли в квартиру, Женя побежала в спальню, упала на кровать, лицом в подушку. Кастрони подошёл, стал снимать с неё сапоги. Она вдруг резко развернулась, чуть не заехав ногой по его физиономии.

— Ник, сколько лет твоей внучке?

— Одиннадцать. Почему ты спрашиваешь?

Она усмехнулась, оскалилась, как собачонка, и сказала по-русски:

— Мне было столько же, когда это началось.

— Я не понимаю. Женя, пожалуйста, говори по-английски. — Кастрони растерянно заморгал.

— Ох, Ник, может, не стоит? Лучше тебе не понимать, о чём я говорю. Мне плохо, Ник. Ты даже не представляешь, как мне плохо сейчас. Я люблю его, он гений, лучше него нет никого на свете. Мы, наверное, поженимся. Но если он узнает… Господи, как бы я хотела вычеркнуть все это из моей жизни, забыть, начать с нуля, стать обычной девочкой.

«Кто он? Неужели этот певец, людоед-некрофил, которому она вешалась на шею? — простонал про себя Зацепа. — О чём узнает? Обо мне? Но она вряд ли привела бы меня в клуб и стала знакомить с ним, если бы боялась именно этого».

— Женя, — сказал Кастрони, — мне, конечно, нравится, когда ты говоришь по-русски. Звучит красиво, но я ни слова не понимаю. Что с тобой происходит? Ты, может быть, хочешь рассказать мне что-то, но не решаешься? Почему ты вдруг заговорила о детском порно?

— Ник, ты правда любишь меня? — Это было сказано по-английски, громким драматическим шёпотом.

— Да, Женя, конечно, я тебя очень люблю. Я много раз говорил тебе.

— Говорил? Слова ничего не значат. Ты мог бы убить за меня? Ты мог бы убить человека, который растоптал, утопил в грязи моё детство, заставил раздеваться перед камерой и выделывать такое, что тебе в страшном сне не приснится? Но если бы только это! Нет, ему было мало. Он стал торговать мной.

Зацепе показалось, что она репетирует роль для мелодрамы. Кастрони тихо поскуливал от волнения и жалости.

«Замечательно! — думал Зацепа. — Вот появился ещё один персонаж. Нас было только двое, она и я. Теперь уже четверо. Третий, как я понимаю, этот певец Вазелин. Надо бы уточнить, но нельзя. Она ведь сказала о нём по-русски. Интересно, кто четвёртый? Кого мне надо убить?»

— Женя! Прекрати! Что ты говоришь? Что ты выдумываешь, девочка? Зачем? — зашептал Кастрони, искренне подыгрывая синьорине, заламывая руки и слегка подвывая на гласных.

Зацепа между тем сохранял ледяное, отрешённое спокойствие.

— Зачем? — взвизгнула Женя. — Затем, что я больше не могу так жить. Я хочу покончить с этим. Но у него есть много записей. Если я уйду, он сделает так, что все это увидят мои родители, учителя, одноклассники. Он может, я знаю. Уже было, когда он снимал со мной или с другими девочками и мальчиками разных богатых известных людей, а потом шантажировал их. И они платили. Теперь он шантажирует меня. Требует огромную сумму. Он уже поместил в Интернете картинки, клипы, на которых видно не только тело, но и лицо, очень чётко, крупным планом.

Зацепа сидел на краю кровати, не в силах шевельнуться. Кастрони бешено колотил кулаками изнутри по стенкам его сердца. В голове вдруг пронеслась строчка из чьих-то стихов:

«Конец мог быть и пострашней,

но не придумаешь бездарней».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация