Книга Рыбкин зонтик, страница 8. Автор книги Наталья Александрова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Рыбкин зонтик»

Cтраница 8

— Юля Дергачева… — тихо проговорила Оленька, — но я уверена, что она не могла… она очень ответственная девушка…

— Уверена! В чем ты можешь быть уверена? — доктор снова начал набирать обороты. — Гнать надо таких из больницы! Мы боремся за человеческую жизнь, а какая-то безответственная дура, не задумываясь, нажимает не ту кнопку, и все усилия врачей — коту под хвост…

Сергей Михайлович резко развернулся и зашагал по коридору. Края его длинного халата развевались, как полы кавалерийской шинели.

Оленька стояла возле двери палаты, хлюпая носом. Я подошла к ней и вполголоса спросила:

— И часто он так?

— Да нет… — Оленька подняла на меня глаза, полные слез, — очень редко… не представляю, как такое могло случиться…

— Да что случилось-то?

— Он уже собирался уходить домой, его смена закончилась, ну и напоследок заглянул в палату… а у одного больного кардиостимулятор отключен… — Оленька похлопала длинными ресницами и охнула: — У твоего как раз…

— И что… — спросила я, холодея, — что с ним?..

— Да нет, слава богу, ничего не случилось, видимо, только что отключился… я уверена, Юля не могла перепутать, она очень опытная сестра… может быть, штекер выпал, он не очень плотно держится… хотя раньше такого не бывало… ну, короче, Сергей Михайлович заметил и включил стимулятор, а тут я ему под горячую руку попалась, вот мне и влетело… а я вообще не входила еще в палату… ну, Сергея Михайловича тоже можно понять — он просто чудеса творит, борется за жизнь, а тут человек может погибнуть из-за чьей-то глупости…

— Что, Роман действительно мог умереть?

— А что ты думаешь? — она округлила глаза. — Он же в коме… если бы вовремя не заметили… ну ты не бойся, такого больше не случится, это редчайший случай… два раза уж точно не произойдет…

— Так мне сейчас лучше уйти? А то он здорово разозлился, и тебе из-за меня еще больше попадет? — Я взглянула в ту сторону, куда ушел разгневанный Сергей Михайлович.

— Да нет, — Оленька махнула рукой, — это он напоследок пар выпустил и ушел домой, его смена кончилась. Выспится, придет — еще прощения будет просить, он вообще-то не злой…

И снова сидела я возле кровати, и снова глядела на неподвижное тело, покрытое простыней. Забинтованные руки лежали поверх простыни и не шевелились. Все так же мелькали экраны, двигался белый поршень.

Никаких изменений, сказала Оля, он без сознания. Она посоветовала прийти завтра пораньше и поговорить с врачом. Я посидела еще немного, чувствуя, как набегают на глаза слезы, и пошла домой.

По дороге вспомнила, что нужно чем-то питаться, и заскочила в магазин. В кошельке было мало денег. Я вообще зарабатывала мало, так что Роман почти что меня содержал. Бывал он и щедр, но в разумных пределах, как сам говорил. Однако одета я была не хуже других. Деньги на хозяйство лежали дома в ящике серванта. Кроме того, в укромном месте лежали накопленные лично мной пятьсот пятьдесят долларов. Роман таких накоплений не поощрял, он считал, что деньги не следует хранить дома в чулке. Сам он пользовался кредитными карточками. Доллары я откладывала из своей небольшой зарплаты, собираясь на них сделать Роману подарок к свадьбе. Хотя мы официально не назначили день, Роман заговаривал об этом довольно настойчиво, и я, конечно, не сопротивлялась. Так что решив, что рано или поздно день свадьбы все же придет, я уповала, что к тому времени накопится приличная сумма для хорошего подарка.

Дома ждал меня неприятный сюрприз. Оказалось, что денег, оставшихся на хозяйство, меньше, чем я думала. То есть лежали в серванте полторы тысячи, а должно быть гораздо больше. Ведь я сама недавно с зарплаты сунула туда две, да еще Роман дал…

Вспомнив о Романе, я решила, что неуместно сокрушаться по такому несерьезному поводу. Очевидно, вчера утром Роману на что-то понадобились наличные, и он взял отсюда. Но мне понадобятся деньги, потому что завтра после беседы с врачом может выясниться, что Роману нужны какие-нибудь дорогие лекарства, и потом, если дело пойдет на улучшение, его переведут в палату, и нужно будет нанять персональную сиделку… Я полезла в свое тайное место — оно находилось в нижнем ящике платяного шкафа — и вытащила оттуда тонкую пачечку долларов. Немного, но все же какой-то выход на первое время. Однако тратить их было не то чтобы жалко, нет, для того чтобы Роман выздоровел, мне ничего не было жалко, просто если этих денег, с таким трудом отложенных на подарок к свадьбе, больше не станет, то это значит, что вся прежняя моя так хорошо налаженная жизнь рухнет.

Чувствуя в глубине души, что прошлая жизнь и так уже пошла под откос и не будет к ней возврата, я все еще упорно цеплялась за нее. Все будет хорошо, уговаривала я себя, Роман поправится, мы поженимся… Все это время я буду рядом…

С этой мыслью я заснула, забыв поужинать.

На следующий день было воскресенье, эти выходные тянулись бесконечно. С одной стороны, у меня свободное время для посещения больницы, а с другой — я чувствовала, что скоро рехнусь от тоски и одиночества. На работе хоть живые люди вокруг, не так тошно…

Я проснулась часов в девять, но вставать не спешила. В больницу мне к двенадцати, раньше у врача не найдется времени для беседы, а делать что-то по хозяйству совершенно не хотелось. Не подумайте, что я записная лентяйка, нет, квартиру и доверенного мне мужчину, то есть Романа, я содержала в полном порядке, даже у требовательного моего друга не было претензий. Но раз уж все пошло наперекосяк, то не было сил приниматься за обычные хозяйственные дела. Он лежит там, весь в трубках, и этот ужасный белый поршень ходит туда-сюда, думала я, а я в это время буду как ни в чем не бывало драить раковину и запускать стиральную машину? Да провались оно все совсем!

Я повалялась с часок, лениво призывая себя встать и заварить хотя бы кофе, потом снова вздремнула, и в это время в дверь квартиры позвонили. Спросонья мне показалось, что это насчет Романа, я открыла, даже не спросив, кто там.

Понимаю, что в наше время нельзя быть такой легкомысленной, что за дверью могут оказаться бандиты, грабители, бригада серийных убийц, — но после всего, что я перенесла, такие бытовые мелочи мало волновали.

На пороге оказались всего лишь две тощие тетки с постными унылыми лицами.

— Думаете ли вы о своей душе? — осведомилась первая, повыше и потемнее.

— Думаете ли вы о вечной жизни? — подхватила вторая, пониже и посветлее.

Их выступление было хорошо отрепетировано, как только замолкала одна, тут же включалась другая, чтобы я ни на секунду не оставалась в тишине. А тишина — это то единственное, чего мне сейчас действительно хотелось…

— Если вы не думаете о своей душе хотя бы раз в день… — пропела первая.

— Чего вы хотите от меня? — Видно, я выкрикнула эти слова так, что вторая тетка не исполнила свою арию, а испуганно отступила и скороговоркой выпалила:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация