Книга Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд Смерти. Полночь, страница 76. Автор книги Вера Камша

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд Смерти. Полночь»

Cтраница 76

— Я вернусь, — угрюмо пообещал Дэвид.

— Хорошо. — Против этого Робер ничего не имел, а о том, что возвращение может оказаться бессмысленным, говорить не хотелось. — Возьмешь с собой Капуль-Гизайля. Ваше высокопреосвященство?

— Сын мой, мы, кажется, решили, что я отвечаю за обоз. — В голосе Левия послышался легкий укор. — Разумеется, Атилл с солдатами в вашем распоряжении, я обойдусь парой десятков и легкоранеными.

— Спасибо. — Если что, легкораненый Диксон стукнет кардинала по сединам и вытащит за Кольцо, но до этого лучше не доводить.

Робер оглядел своих соратников. То, что придется несладко, понимали все, но безнадежности в глазах не было; ушедший наконец Дэвид и тот рвался не умирать, а драться. Балинт поймал взгляд Робера и красноречиво погладил саблю, вызвав улыбку обычно серьезного Блора. Вторым открытием Проэмперадора стало осознание, что он и сам улыбается. Нашел время! От него ждут диспозиции, впереди бой, за спиной хуже, чем просто враги, а он?!

— Господа, — громко, громче, чем надо, объявил Эпинэ, и мирно лежащий Готти поднял голову и насторожил обрубки ушей, — мы быстро, как только сможем, пойдем к Старой Барсине, верней, чуть ближе — к бывшей Адриановой обители. Дорога плохая — извилистая и узкая, но она плоха для всех. Есть надежда добраться завтра к вечеру, но очень может быть, что «бесноватые» догонят нас раньше. Следов не скроешь, сбить погоню с толку надеяться нечего.

— Зачем сбивать, — подкрутил усы Балинт, — лучше сразу бить. У нас сотни три всадников против, прямо скажем, не лучшей пехоты, грех не использовать.

— На открытой местности это было бы весомо, — согласился Робер, — но поля тут, к сожалению, маловато, а дальше еще меньше. В мелколесье и буераках не разгонишься, а буераки здесь знатные. Будь у меня пара пехотных полков, я был бы спокоен, только с пехотой у нас паршиво: городские стражники, чуть больше роты из солдат гарнизона и рота его высокопреосвященства. Против барсинцев маловато, если дойдет до боя, задавят числом.

— Это если они кураж не растеряли, — задумчиво произнес Блор. — Зимой они свою шкуру, знаете ли, берегли.

— Они ее берегли еще месяц назад, и что с того? Сейчас нам остается принять арьергардный бой и задержать погоню, самое малое, на два дня. Письмо на ближайшую заставу отправлено, но вряд ли кэналлийцы подоспеют раньше, чем семнадцатого, причем туда, куда велел Валме. В других местах мы рискуем найти разве что разъезды, а лишний пяток палашей погоды не сделает.

— Семнадцатого… — задумчиво произнес алат. — А стоит ли ждать? Тут есть где развернуться, а если слегка вернемся, то и подавно. Всех, конечно, не перебьем, но на пятках повиснем. Полдня, а повезет, и целый день выгадаем.

— Только себя берегите, — попросил Робер и понял, что уже согласился, — и… не увлекайтесь. Если вы задержитесь…

— Мои парни брали уставших детей к себе в седла, — резко бросил Балинт, — этого мы не забудем. И не отвлечемся.

— Тогда…

— По коням. — Карой больше не улыбался. — Живите!

Витязи ушли из лагеря первыми под ту же песню об оседланном коне, что саблей рассекла отчаянье на улицах Олларии. Робер слушал затихающее «гейя-гей» и вспоминал Матильду. Вспоминал, пока его не ухватил под руку желающий попрощаться барон.

— Мой милый Эпинэ, — Коко успел побриться и сменить платье, но с пистолетами не расстался, — я был счастлив вас повидать и буду вдвойне счастлив принять вас в своем именьице в Ариго. Уговаривать вас присоединиться к нам с графом Рокслеем полагаю бессмысленным?

— Сударь!

— Вот потому-то я и считаю преждевременным давать Марианне развод. Нет, я не собираюсь прощаться с вами на столь пошлой ноте, хотя в некотором роде она предпочтительна. Вы вспомните пока еще мою супругу и, возможно, — заметьте, я лишь предполагаю, — станете чуть осмотрительней.

— Спасибо, Констанс. Я в самом деле попробую сберечь свою голову для Марианны. Разумеется…

— А вот этого не надо! Оговорки отвратительны, давайте лучше проясним положение Готти. Кто-то из нас должен вернуть животное Валме, по возможности не задев его чувств. Конечно же, я имел в виду Готти. Похоже, я в самом деле непозволительно опростился… Эвро я увожу, а ей было бы приятно иметь своего рыцаря при себе. С другой стороны, Марианна предпочла бы, чтобы Готти защищал вас, и я склоняюсь именно к этому. Что скажете?

— А давайте, — Робер не выдержал и потрепал кудлатый загривок, — он решит сам.

— Это выход. — Барон поправил шляпу. — Но не перекладывайте на других то, что требует вашего решения, слишком часто, для Проэмперадора это неприлично. Итак, я жду вас в своем скромном Капуле.

— Я обязательно приеду, ее…

— Вы обещали, этого довольно. — Барон вытащил из кармана нечто завернутое в платок. — Вы знаете, как Салиган относится к драгоценностям, но это он просил отдать вам, и я, что самое печальное, дал слово. Будет лучше, если вы развернете, когда я буду в пути. Мне не хотелось бы присутствовать при том, что меня не касается.

— Хорошо, — пообещал Робер, и тут же с докладом примчался Дэвид, а дальше были не знавший местности Гедлер, потерявшая шестилетнего сына мать, сцепившиеся в очередной раз возы, разосланные разъезды, тронувшийся наконец караван, первый гонец от Балинта…

Платок Эпинэ развернул почти на закате. Золотая массивная цепь оплавилась, почернела и потеряла большую часть украшавших ее рубинов, но узнать дар благодарных горожан генералу Карвалю было можно, и Робер узнал. Сразу. Нет, он не взвыл, за него это сделал оставшийся с Проэмперадором и войной Готти.

Глава 7. ГРАНИЦА ГАУНАУ И БЕРГМАРК ТАЛИГ. АДРИАНОВА ОБИТЕЛЬ И ОКРЕСТНОСТИ

400 год К. С. 14-й день Летних Молний

1

Золотой Договор составляли лучшие законники, но время вывернуло его наизнанку. То, что после Двадцатилетней было на руку победителю, стало подспорьем для его отлежавшихся врагов; то, что некогда по словечку протаскивали разбитые Гайифа с Дриксен, со временем принялось служить потерявшему хвост и уши Талигу, только сейчас в Закат летело всё и вся.

— Мы собрались тут, — Хайнрих взмахнул бревноподобной ручищей, будто призывая в свидетели горный хребет, — чтобы счистить прилипшее к ногам дерьмо. Золотой Договор сдох, и вместе с ним сдохли другие союзы. Я объявляю о разрыве с Дриксен, Гайифой и их прихлебателями. Мое дело — провести Гаунау через Излом, и я сделаю это, кто бы ни висел у меня на загорбке, а навязавшие нам дурные обычаи и пустую веру пустомели могут убираться в задницу! Гаунау — королевство не забывших себя варитов, и да помогут нам наши предки и наши боги, если они еще с нами. До Осеннего Излома остается восемь дней, но мы не можем ждать, к тому же все уже сказано в Излом Летний. Я, хозяин Гаунау по праву рождения, по праву избрания и по праву меча, подтверждаю свой договор не с Талигом, кто видел Талиг? Кто говорил с Талигом? Кто ел с Талигом мясо и пил можжевеловую? Я подтверждаю свой договор с талигойским вождем, и я жду от него того же. Пока Савиньяк держит слово, он может на меня рассчитывать. Порукой тому — слышавший нас полдень, текущая вода и мои предки.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация