Книга Приют Святой Анны, страница 1. Автор книги Ребекка Уинтерз

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Приют Святой Анны»

Cтраница 1
Приют Святой Анны
ГЛАВА ПЕРВАЯ

Зазвонил телефон. Эшли Макнайт неуклюже вышла из-за кухонного стола, на котором складывала белье, только что вынутое из сушилки, и заторопилась к телефону. Надо успеть снять трубку, пока звонок не разбудил только что заснувшую миссис Бромуэлл. Было бы неплохо, если бы ей удалось проспать до утра.

Миссис Бромвель страдала тяжелой формой артрита, и лекарства не всегда облегчали ее состояние. Правда, она, такая умница, никогда не жалуется.

В столь позднее время могли позвонить только дети миссис Бромвель, чтобы узнать, как чувствует себя их мама и как дела у Эшли. Они уже нашли замену Эшли, понимая, что если роды у нее наступят преждевременно, то миссис Бромвель останется одна.

Однако доктор, у которого наблюдалась Эшли, считал, что она доходит до конца срока. А это значило, что в запасе еще целых четыре недели — четыре недели, чтобы еще немного заработать. Кроме того, что надо купить приданое ребенку, предстояло еще заплатить гонорар адвокату. Она уже подписала все бумаги, и теперь настала очередь Корда. Тогда их развод будет оформлен окончательно.

Прежде чем взять трубку, Эшли машинально подняла руку, чтобы отвести волосы за ухо, совершенно забыв о том, что еще в прошлом месяце коротко подстригла свою черную смоляную гриву. С новой модной стрижкой ей будет не так жарко, если учесть, что надвигается лето.

— Алло? — тихо сказала она.

— Эшли…

У нее перехватило дыхание. Вот уже восемь месяцев она не слышала этого низкого голоса.

Поскольку она просила своего адвоката держать все в секрете, единственным человеком, от которого Корд мог узнать, где она живет и работает, оставался Грег Феррис. Лучший друг Корда был владельцем компании по продаже спортивного снаряжения в Солт-Лейке. Эшли работала в финансовом отделе этой компании, пока не ушла от Корда.

Она считала, что Грег был и ее лучшим другом! Он обещал не говорить Корду ни где она живет, ни того, что она беременна. Эту новость Эшли не собиралась сообщать мужу до тех пор, пока не родится ребенок и не удастся подыскать себе постоянное жилье.

После нескольких лет безуспешных попыток завести ребенка они с Кордом обследовались. В результате выяснилось, что Корд вряд ли сможет когда-нибудь иметь детей.

Когда Эшли навсегда покидала дом своего мужа, ей даже в голову не могло прийти, что она беременна. Не только по медицинским показаниям, но и потому, что последние ужасные шесть месяцев своего терпящего катастрофу брака они провели в разных спальнях.

С того самого момента, как Эшли была представлена Шейле, молодой мачехе Корда, та в его отсутствие начала прозрачно намекать на некие, весьма романтические отношения, которые связывали их с Кордом до того, как она вышла замуж за его отца. И что будто бы они продолжают обожать друг друга.

Смущенная и напуганная таким оборотом дела, Эшли тем не менее постаралась выбросить все это из головы.

Ей с мужем редко доводилось наезжать из Вайоминга в Солт-Лейк, поскольку Корд был смотрителем парка и не мог отлучаться надолго. Но когда это удавалось — в основном ради того, чтобы навестить Грега с женой, живших в Солт-Лейке, — они ненадолго навещали родительский дом Корда.

Мачеха Корда никогда не упускала возможности без свидетелей намекнуть Эшли на свои прошлые отношения с Кордом. Но только после смерти мужа Шейла обнаглела настолько, что стала подогревать ее подозрения в том, что Корд продолжает проявлять к ней интерес.

С течением времени брак Эшли и Корда начал распадаться из-за непреодолимых проблем. Подозрения Эшли становились все сильнее. Она начала думать, что Шейла говорит правду.

Лишь однажды, накануне того дня, когда Эшли ушла из дома, Корд пришел к ней в спальню. Он убеждал ее поверить ему, остаться с ним. Говорил, что Шейла ничего не значит для него, что любит он только Эшли.

Она, как дурочка, не устояла, ведь они так долго не были вместе, а она все еще так отчаянно любила его…

Когда занялся рассвет и Эшли обнаружила, что лежит в постели одна, она пошла в комнату Корда, всем сердцем надеясь на то, что слова, которые он говорил ей, были искренними.

Он оказался там… с Шейлой. Самые худшие опасения Эшли подтвердились.

То, что после такой страстной ночи он предал ее со вдовой своего отца, разбило ей сердце. В порыве отчаяния Эшли забрала свои вещи и убежала из дома. Ей и в голову не могло прийти тогда, что она забеременела.

Если бы Корд знал, что она носит его ребенка, он мог бы застопорить развод, и тогда возросли бы расходы на адвоката. Он настойчиво предлагал бы ей свою заботу. Не отходил бы от нее. А этого она не смогла бы вынести: ей было мучительно больно находиться рядом с ним.

Вот и сейчас одного лишь звука его голоса оказалось достаточно, чтобы отчаянно забилось ее сердце.

— Привет, Корд.

О Боже! Она так пыталась говорить спокойным тоном, но голос выдал ее.

— Приятно сознавать, что ты еще помнишь меня, — вкрадчиво ответил он.

Помню тебя? Она попыталась заглушить свою боль. Но в глубине души знала, что даже если бы не ждала от него ребенка, никогда не смогла бы его забыть.

Как часто она мечтала о том, что в один прекрасный день зазвонит телефон и Корд скажет ей, что у него никогда не было романа с Шейлой, что все случившееся — ошибка… Что он до сих пор любит ее, Эшли, и хочет, чтобы она вернулась…

Но этот телефонный звонок вовсе не был звонком из ее фантазий. Сарказм Корда прозвучал убийственно. Восемь месяцев разлуки ничего не изменили. Одна его колючая фраза — и они снова враги, словно и не было никакой разлуки.

Все, что им удалось сделать, — это причинить боль друг другу.

Она крепче сжала телефонную трубку.

— Если ты звонишь, чтобы сообщить, что не подписал бумаги о разводе, то зачем ты вообще звонишь?

Хотя Корд не просил у нее развода, она знала, что он хочет развестись, чтобы он и эта хищница Шейла (она недавно стала членом правления компании Макнайтов с правом решающего голоса) были вместе.

Чтобы помочь ему, Эшли и подала документы, хотя боль утраты не отпускала ее ни днем, ни ночью. Она не собиралась говорить резко, но это была единственная защита от внезапно оживших чувств.

— Я очень занята, и время уже позднее. И вообще, имеет ли смысл продолжать этот разговор?

Теперь в ее голосе отчетливо слышалась дрожь. Ей была невыносима мысль о том, что он может понять, насколько этот телефонный звонок взволновал ее.

— Безусловно, имеет смысл.

— Если ты прочитал те документы, которые мой адвокат направил твоему адвокату, то, надеюсь, не собираешься говорить о деньгах. Я никогда не претендовала на твои деньги, сумею обеспечить себя сама.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация