Книга Дочери медного короля, страница 13. Автор книги Айра Левин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дочери медного короля»

Cтраница 13

Тут мисс Кох сделала небольшую паузу и сняла очки.

«Но вот что самое любопытное. Войдя в ее комнату, полиция нашла мой пояс на письменном столе. Я узнала его, так как позолоченная пряжка на нем слегка стерлась, и в свое время меня это огорчило, потому что костюм очень дорогой.

Поведение Дороти кажется мне необъяснимым. Зачем было брать мой пояс, если она не собиралась им воспользоваться? На ней был этот зеленый костюм, когда… случилось несчастье. По моей просьбе полиция установила, что ее собственный пояс был в полном порядке. Все это выглядит очень загадочно.

Потом я поняла, что пояс был лишь поводом для того, чтобы поговорить со мной. Должно быть, она вспомнила обо мне, когда надевала свой зеленый костюм и, зная, что я не выхожу из комнаты, ухватилась за первый попавшийся предлог, чтобы зайти ко мне. По-видимому, ей было совершенно необходимо с кем-нибудь поделиться! Ах, если бы я подумала об этом вовремя!.. У меня из головы не выходит, что, расскажи она о своих переживаниях — в чем бы они ни заключались — хоть одному человеку, то, может быть, и не решилась бы на роковой шаг».


14

Никогда еще жизнь не казалась ему такой пресной, как во время последних шести недель второго семестра. Он думал, что волнение, вызванное у окружающих смертью Дороти, будет долго еще расходиться как круги по воде… Этого не случилось — происшествием почти сразу перестали заниматься. Он ожидал бесконечных разговоров, статей в газетах, но уже спустя три дня после трагедии вниманием студентов завладел скандал, вызванный найденными в одном из общежитий сигаретами с марихуаной. Что касается газет, то они хранили полное молчание, поместив только краткую заметку, сообщавшую о приезде Лео Кингшипа в Блю-Ривер. Ни слова о вскрытии, о беременности Дороти. Такая сдержанность прессы обошлась, вероятно, Кингшипу в целое состояние!

В сущности, это отсутствие шумихи должно было его радовать… При расследовании его бы обязательно вызвали. Но не было ни вопросов, ни подозрений, ни следствия. Все концы прекрасно сходились с концами, за исключением истории с поясом. Тут уж он сам ничего не понимал. Какого черта Дороти понадобилось брать пояс у этой Кох, если она не собиралась его надевать? Может быть, ей действительно хотелось поговорить с кем-нибудь о своем замужестве, но в последний момент она раздумала?.. И слава Богу! А может быть, пряжка от ее пояса была в самом деле сломана и ей удалось починить ее после того, как она заходила к Аннабелле Кох? В любом случае, предположения студентки факультета психологии только усиливали версию самоубийства и укрепляли и без того безупречный план… Ему следовало бы ликовать, быть на седьмом небе… А он был мрачен, подавлен, сам не понимая почему.

Его депрессия значительно усилилась, когда в начале июня он вернулся в Менасет. Он был на том же месте, что и год назад, после того как богатая девушка, за которой он ухаживал, объявила ему, что выходит замуж за другого. Смерть Дороти была для него всего лишь мерой самозащиты. Она ничего ему не дала.

Его нервное состояние отразилось на его отношениях с матерью. В течение учебного года он ограничивался тем, что посылал ей раз в неделю открытку, поэтому теперь она буквально забрасывала его вопросами. Ей хотелось знать все: ведь, наверно, самые красивые девушки в университете сходят по нему с ума? Состоит он членом того или иного клуба? А может быть, он его председатель, если на то пошло? Какое место он занимает по философии, английской литературе, испанскому языку и вообще по всем предметам? Первое, вероятно?..


В один прекрасный день он взорвался.

— Ты не находишь, что пора тебе понять, наконец, что я не чемпион мира?

И он выбежал из комнаты, хлопнув дверью.

К середине июля, однако, он вышел из своего оцепенения. Все вырезки из газет, относящиеся к смерти Дороти, хранились у него в металлической шкатулке, засунутой в глубину платяного шкафа. Он перечитывал их время от времени. Профессиональная уверенность начальника полиции и наивность психологических умозаключений Аннабеллы Кох вызывали у него улыбку.

До сих пор, вспоминая о драме, развернувшейся на крыше ратуши в Блю-Ривер, он думал о ней, как о «смерти Дорри». Теперь он стал называть ее про себя «убийством Дорри».

Иногда, когда он лежал в постели, чудовищность его поступка потрясала его… Тогда он вставал, подходил к зеркалу над туалетным столом и долго изучал собственное лицо. «Этот человек совершил убийство!» — думал он. Однажды вечером он произнес вслух: «Мне удалось осуществить идеальное преступление!»

Богатства, однако, оно ему не принесло… Ну, что ж! Ведь ему всего двадцать четыре года!

Часть вторая
ЭЛЛЕН

1

ПИСЬМО АННАБЕЛЛЫ КОХ ЛЕО КИНГШИПУ

Женское общежитие

университета Стоддард.

Блю-Ривер, Айова,

5 марта 1951 г.


Сэр,

Вы, должно быть, спрашиваете себя, кто я такая, если только не запомнили мое имя, прочитав его в газетах. Я та студентка, которая одолжила свой пояс Вашей дочери Дороти и последняя из всех, кто с ней разговаривал. Поверьте, я не стала бы возвращаться без причины к такой мучительной для Вас теме.

Может быть, Вы не забыли, что у нас с Дороти были одинаковые зеленые костюмы. Я одолжила ей пояс от моего, и полиция обнаружила его (или считала, что обнаружила) у нее в комнате. Мне вернули его месяц спустя, но костюма я больше не надевала, так как началось лето.

Теперь снова приближается весна, и вчера вечером я его примерила. Он мне по-прежнему впору, но пояс слишком широк. Единственное возможное объяснение, что это пояс Дороти. Она была очень тоненькой, но я еще тоньше и явно не похудела с тех пор, поскольку костюм сидит на мне так же хорошо, как и раньше. Я думала, что это мой пояс — из-за потускневшей пряжки — но мне тогда не пришло в голову, что у одинаковых костюмов и пряжки могли одинаково потускнеть.

По-видимому, у Дороти была какая-то причина не надевать свой пояс. В то время я была искренне убеждена, что вся эта история просто предлог для разговора со мной.

При мысли о том, что я буду носить пояс Дороти, у меня возникает странное чувство. Дело не в суеверии, но, в конце концов, это ведь не мой пояс, он принадлежал бедной Дороти. С другой стороны, выбросить его мне было бы неприятно. Поразмыслив, я решила отослать его Вам.

Искренне Ваша Аннабелла Кох.

Постскриптум. Я смогу, несмотря ни на что, носить мой зеленый костюм — в этом году в моде кожаные пояса.

ПИСЬМО ЛЕО КИНГШИПА ЭЛЛЕН КИНГШИП

8 марта 1951 г.


Дорогая Эллен!

Твое последнее письмо я получил и прошу извинить меня за то, что до сих пор не ответил — все последнее время я был очень занят.

Вчера, как и каждую пятницу, Мэрион обедала у меня. По-моему, она плохо выглядит. Я показал ей одно письмо, полученное мной накануне, и она посоветовала отослать его тебе. Ознакомься с ним сразу, а потом продолжай чтение моего.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация