Книга Особые отношения, страница 19. Автор книги Дуглас Кеннеди

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Особые отношения»

Cтраница 19

Один раз я поделилась своим предположением с Каримом — владельцем соседнего магазинчика. Тот только печально улыбнулся в ответ.

— Этот тип в жизни не бывал в Пакистане, — сказал Карим. — И даже не думайте, что он вам хамит потому, что вы его чем-то обидели. Он со всеми так себя ведет, без всяких причин. Просто грубиян и поганец, вот и все тут.

В отличие от мистера Нура Карим всегда вставал с той ноги. Даже когда стоял собачий холод и дождь неделями лил как из ведра, а все интересовались друг у друга, выглянет ли когда-нибудь солнышко, Кариму удавалось оставаться приветливым. Может, отчасти все объяснялось тем, что дела у них с братом Фейзалом шли хорошо — кроме этого магазина у них в Южном Лондоне имелось еще два, и они планировали расширять свой бизнес. Я задавалась вопросом, не объясняются ли оптимизм и учтивость этого человека тем, что ему — хотя и коренному британцу — присущи целеустремленность и чисто американское чувство уверенности в себе.

На другой день после похода на Ибсена я не пошла в магазин Карима, там мне ничего не было нужно — так что первым, с кем я столкнулась в то утро, был Чертов Мистер Hyp. Он пребывал в обычном своем искрометном настроении. Подойдя к прилавку с «Кроникл» и «Индепендент» в руках, я произнесла:

— Как вы сегодня себя чувствуете, мистер Hyp?

— Один фунт десять, — проронил он, не глядя на меня.

Не сводя с него глаз и не торопясь расплачиваться, я повторила свой вопрос:

— Как вы себя сегодня чувствуете, мистер Hyp?

— Один фунт десять, — повторил он раздраженно.

Я продолжала улыбаться, твердо вознамерившись добиться от него вежливого ответа.

— У вас все в порядке, мистер Hyp?

Он молча протянул руку за деньгами. А я снова повторила вопрос:

— У вас все в порядке, мистер Hyp?

Он шумно вздохнул:

— Все нормально.

Я одарила его широкой ослепительной улыбкой:

— Рада это слышать.

Я расплатилась и кивнула на прощание. За мной стояла женщина лет сорока пяти, державшая в руке «Гардиан». У выхода из магазинчика она меня нагнала.

— Какая вы молодец, — сказала женщина. — Без вашей помощи он бы еще долго на это не решился.

Протянув руку, она представилась:

— Джулия Франк;. Вы, кажется, живете в доме двадцать семь?

— Да, — ответила я и назвала себя.

— Ну а я от вас через дорогу, в тридцать втором. Приятно познакомиться.

Я бы, конечно, остановилась и поддержала разговор, если бы не торопилась на интервью с бывшим членом ИРА [14] , который стал писателем-романистом, поэтому я только сказала: «Может, заглянете как-нибудь на огонек». Ответом была радостная улыбка… можно было понять ее как знак согласия, а можно — как новое свидетельство ошеломляющей закрытости и неискренности жителей этого города. Однако сам факт, что она остановилась познакомиться и перебросилась со мной парой реплик (да еще и сделала комплимент), придавал мне силы в течение всего дня.

— С тобой в самом деле заговорила соседка? — удивилась Сэнди, когда я позвонила ей вечером. — Удивительно, что это не попало в экстренный выпуск новостей на Си-эн-эн.

— Да, это и впрямь серьезное событие. И представь — сегодня даже солнце выглянуло.

— Господи, что же с нами будет? Только не говори, что тебе кто-то улыбнулся на улице.

— А вот представь, так и было. На аллее у реки. Дядька, который выгуливал собаку.

— Что за собака?

— Золотистый ретривер.

— Да, у этих хозяева обычно симпатичные.

— Согласна на сто процентов. Но ты не представляешь, как там красиво у реки. И всего три минуты до моих дверей. Я понимаю, может, прозвучит глупо, но вот гуляю я там у Темзы, а в голову приходит: похоже, я наконец обрела точку опоры.

Подобными чувствами я поделилась с Тони, когда он стоял, обводя взглядом строительный мусор, среди которого мы жили.

— Не отчаивайся, — сказала я, — разруха рано или поздно закончится.

— Я не отчаиваюсь. — Но голос его звучал безнадежно.

— У нас будет не дом, а загляденье.

— Уверен, так оно и будет.

— Ну ты что, Тони. Все наладится.

— Все прекрасно, — отвечал он безжизненным голосом.

— Хотела бы я верить, что ты и в самом деле так думаешь.

— Я и правда так думаю.

С этими словами он удалился в соседнюю комнату.

Но когда на другой день я проснулась в пять утра, обнаружилось, что все вовсе не прекрасно.

Потому что мой организм вдруг повел себя как-то странно.

И в эти первые мгновения, когда еще ничего не было понятно, кроме одного — что что-то идет не так, меня вдруг охватило чувство, которого я не испытывала годами.

Страх.

Глава 4

Казалось, ночью меня внезапно атаковали полчища клопов. Я проснулась от мучительного зуда — вся кожа была словно воспалена, все тело горело, и, как я ни чесалась, легче не становилось.

— Никакой сыпи я не вижу, — сообщил Тони после того, как обнаружил меня голую в ванной, где я пыталась содрать с себя кожу.

— Я же не придумываю, — зло пробормотала я, решив, что он подозревает у меня психоз.

— Я и не говорил. Просто…

Я осмотрела себя в зеркале. Он был прав. На коже не было никаких повреждений, кроме царапин, которые я сама нанесла себе ногтями.

Тони наполнил ванну горячей водой и помог мне в нее забраться. В первый момент было чувство, что меня ошпарили, но, когда я чуть привыкла к обжигающей воде, стало легче. Тони сидел рядом, держа меня за руку, и рассказывал очередную свою уморительную историю о том, как он, делая репортаж о межплеменной розни в Эритрее, подцепил вшей, так что пришлось срочно брить голову у местного цирюльника.

— Этот тип выбрал для меня самое тупое и самое грязное лезвие, какое только можно вообразить. И представляешь, у него еще и руки дрожали. Так что я не просто полысел — видок был такой, как будто пора швы накладывать. Но даже после того, как он соскоблил все до последнего волоска, башка все равно чесалась, как у шелудивого пса. И тогда цирюльник окунул полотенце в кипяток и положил его мне на голову. Знаешь, зуд прошел немедленно — а я получил ожог первой степени.

Я пальцами перебирала его волосы, счастливая от того, что он здесь, рядом, держит меня за руку, помогает справиться с этой напастью. Когда наконец через час я выбралась из ванны, зуд прошел. Тони был со мной ласков и нежен. Он сам вытер меня полотенцем. Он обсыпал меня детской присыпкой. Он уложил меня в постель. И я быстро уснула и проснулась в полдень — от того, что зуд начался снова.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация