Книга Любить и умереть только в Андорре, страница 5. Автор книги Чингиз Абдуллаев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Любить и умереть только в Андорре»

Cтраница 5
Глава 3

Рано утром меня разбудил довольно бесцеремонный стук в дверь. Я не люблю, когда меня так поднимают с постели. Это просто неуважение к постояльцам. Неужели на добрых андоррцев так подействовала смерть Питера? В любом случае это хамство так бесцеремонно стучать в дверь рано утром. Я подождал еще минуту, но стук не прекращался. И тогда мне пришлось подняться и открыть дверь. На пороге стояла Офра. Это было самое сладостное видение, которое я мог себе представить в это раннее утро.

— Заходите, — обрадовался я, — только, извините, я еще не одет.

— Рудольф, — тревожно сказала мне Офра, — у нас случилось несчастье.

— Неужели Анчелли утонул в собственной ванне? — обрадовался я, выглядывая из-за двери.

— Хуже. Сегодня ночью кто-то убил фрау Шернер.

Вот это известие. Я, кажется, чуть не отпустил дверь, забыв, что в одних трусах.

— Что ты говоришь? — мой английский оказался в этот момент слишком скуден.

— Ее задушили сегодня ночью, — пояснила мне Офра, — это, кажется, все тот же убийца.

— Анчелли, — пробормотал я, — это он, сукин сын. Я еще вчера его подозревал. А она была слишком строга и справедлива. Вот он и решил действовать.

— Его уже допрашивает полиция, — перебила меня Офра, — они допрашивают всех гостей без исключения. Комиссар кричит, что два убийства за один день — это выше всякой нормы, и грозится закрыть этот отель.

— Подожди меня, я оденусь, — пробормотал я, ничего не соображая. Прикрыл дверь и пошел одеваться. Нужно было побриться, но уже не было времени. Нельзя заставлять ждать такую прелестную женщину, как Офра. Через минуту я был готов.

— А как ее задушили? — спросил я. Слава богу, теперь я могу доверять хотя бы Офре, у нее вряд ли хватило бы сил задушить столь мощную женщину, как фрау Эльза Шернер.

— Подушкой. Кто-то навалился на нее и задушил, — охотно пояснила мне Офра, и у меня снова изменилось настроение. При желании даже такой хрупкий агент, как Офра, может одним ударом отключить фрау Шернер. И придушить ее подушкой. А как Офра умеет наносить удары, я видел на примере Гусейна. Ей я, конечно, ничего не сказал, но настроение у меня было испорчено. Этот убийца вполне мог задушить фрау Шернер руками, но тогда подозрение пало бы только на мужчин, а это было не совсем правильно. И хотя я все равно доверял Офре, подсознательно я всегда помнил о ее резком ударе.

Внизу был сущий ад. Полицейские допрашивали всех подряд, комиссар бегал по гостинице с дикими криками. По-моему, они стянули сюда полицейские силы всей страны. Больше всех доставалось китайцу. Вчера ночью кто-то видел, как Ли заходил в номер Эльзы Шернер, и теперь его даже собирались арестовать. Он клялся, что лишь постучал в номер и спросил, когда утром собираются на завтрак. С общего согласия всех прибывших агентов фрау Шернер была нашим негласным старостой, своего рода опекуном нашей теплой компании.

К счастью для Ли, в это время в коридоре находилась горничная, которая и подтвердила слова нашего китайского коллеги. Кроме всего прочего, выяснилось, что фрау Шернер была задушена лишь под утро, а это явно не совпадало со временем, когда Ли постучался к фрау Шернер.

Но она все равно была мертва. Если учесть, что у нас не удался вчерашний ужин, то и наш нынешний завтрак представлялся весьма проблематичным. А полицейские продолжали допрашивать всех подряд, по-прежнему надеясь найти убийцу. «С их методами убийцу можно будет найти лет через триста», — с раздражением сказал кто-то из моих коллег. Но, наконец, в третьем часу дня это безобразие прекратилось. Полицейские уехали, оставив двоих людей у гостиницы. И только тогда мы вшестером отправились обедать. Обед проходил в полном молчании. Лишь когда подали кофе, первой заговорила Офра.

— Может, мы, наконец, объяснимся, — сказала она вызывающе.

— Да, — сразу поддержал ее Поль, — по-моему, нам всем нужно объясниться.

— Несчастная фрау Шернер, — вздохнул я.

— Что вы хотите сказать? — насторожился Анчелли.

— Ничего. Просто сказал — несчастная женщина. По-моему, она вчера была близка к истине, но ее убрали.

— Так, — зловеще произнес Анчелли, самообладание у него было изумительное, — кажется, начинается все по второму кругу.

— А когда меня обвиняли, — вспомнил Ли, — у вас у всех синдром белого человека. Если азиат, значит, виновен. Вот меня и терзала полиция.

— Слава Аллаху, на этот раз я не просил спичек у фрау Шернер, — заметил Гусейн, — а то вы все нападали бы на меня, как в прошлый раз. Хотя покойная была очень хорошей женщиной.

— Стервой она была хорошей, — зло заметил Анчелли, — но все равно нам нужно выяснить, кто мог ее убить. Надеюсь, вы не сомневаетесь теперь, господа, что среди нас действует настоящий убийца.

— Мы не сомневаемся, — сказал я, — но мы хотели бы знать, кто все-таки этот убийца. Может, вы нам поможете?

— Перестаньте, — Анчелли очень не любил меня. Он всегда помнил Никарагуа, где я умудрился так сильно насолить его ребятам. Двоих, по-моему, даже взяли живыми.

— Он прав. — Все-таки коммунистический Китай всегда был на нашей стороне, и я мысленно занес Ли Цзиюня в свои союзники.

— Давайте поговорим спокойно, — вмешался самый благоразумный среди нас, Малыш Поль. Несколько лет во Французском легионе сделали из него крайне уравновешенного типа. На некоторых опасности действуют как наркотик, закаляя их характер и делая невосприимчивыми к любым опасным ситуациям. На других, более слабых характером, тяготы военной жизни действуют удручающе, превращая их в неврастеников. Кстати, я знаю, что во Франции легион, в котором служил Поль, называют Иностранным, но для меня удобнее называть его Французским.

— Я предлагаю, — очень спокойно продолжал Поль, — не суетиться и начать выяснять, кто может оказаться этим убийцей среди нас.

— Каким образом вы это выясните? — спросила Офра.

— Нужно выбрать одного из нас и наделить его полномочиями для проведения этого расследования. Мы все достаточно серьезные люди. Если будет продолжаться этот разлад, мы не только никогда не узнаем имя убийцы, но и рискуем быть следующей потенциальной жертвой.

— И кого вы собираетесь выбрать? — ехидно спросил Анчелли. По-моему, американец не любил двух людей — меня и француза. Меня — ясно за что. А вот почему француза? Но ведь не зря говорят, что в последнее время соперничество между американской и французской разведками сильно обострилось. Теперь я вижу, что это правда.

— А я вообще не собираюсь больше оставаться в этом отеле, — заявил Гусейн, — прямо сегодня перееду куда-нибудь в другое место. Это будет безопаснее для жизни.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация