Книга Глухомань, страница 47. Автор книги Борис Васильев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Глухомань»

Cтраница 47

— Зачем?

— Без этого ничего уже не получалось, — вздохнул Тенгиз.

— Кроме надежды, — осторожно добавил Теймураз.

— Какой надежды?

— Посоветовали нам привезти в Россию фрукты на рынок. Сказали, здесь хорошо за них платят. Быстро продадим, за машины рассчитаемся и часть долга вернем. Хотя бы проценты, чтобы они счетчик выключили и маму не пугали.

— Фрукты? — спросила Танечка. — Они же не доедут, мальчики. Может быть, вы в холодильниках их привезти думаете?

— Холодильники — это очень уж дорого, — сказал Тенгиз. — Мы обыкновенные фуры наняли.

— Так все же испортится.

— Это мы сообразили. Сообразили и взяли только то, что не портится. Изюм, курага, чернослив, орехи, чурчхела. Россия это тоже кушать должна, ведь правда?

— Продали? — спросил я, поскольку разговор уходил в сторону подробностей, которые мне были не нужны.

Братья переглянулись.

— Нет, — тихо сказал Тенгиз.

— Никто не покупает?

— Не знаем, покупают или нет.

— Это еще почему?

— Нас на рынок не пускают, — признался Теймураз.

— Как так — не пускают? — удивилась Танечка.

— Требуют, чтобы мы все оптом продали. А цену такую назначили, что мы и за машины не рассчитаемся.

— Так, может, у нас в Глухомани ваш товар пойдет? — спросил я. — Куда вы машины поставили?

— Машины — на стоянке возле рынка, — сказал Тенгиз. — Их какие-то парни не выпускают.

— В камуфляже? — спросил я.

— В кожанках.

— Потому мы к вам на электричке и приехали, — вдруг тихо сказал Теймураз.


4

Прежде — в той, жизни, в которой все еще были живы, — я воспринимал братьев-погодков как нечто целое. Росли себе два сына моего друга, два отличных футболиста, два неплохих школьника. Мальчишки, которыми мог гордиться любой отец в любой точке земного шара. Теперь передо мной сидели два брата, но два — разных брата. Каждый приобрел только ему свойственные черты, и я уже с закрытыми глазами понимал, кто именно сейчас говорит. Не по голосу, разумеется, а по различному отношению к чему-то общему. Конечно, они повзрослели стремительно, из отроков превратились в юношей, а мне все время казалось, что это случилось потому, что некому было больше ими гордиться…

Тенгиз был не только на год старше, но и на добрых пять лет сдержаннее своего брата. Он стал взрослым, тогда как Теймураз все еще неосознанно хранил в себе непосредственность, свойственную только детству. И теперь они как бы дополняли друг друга, перестав друг друга повторять.

Это я окончательно сообразил, заметив отблеск явного неудовольствия в глазах Тенгиза после неожиданного признания младшего брата, что они приехали ко мне именно потому, что их груженные дарами Грузии машины кто-то решил придержать на стоянке возле рынка нашей областной столицы. Он уже считал себя мужчиной, который не должен просить помощи у друзей, едва переступив порог их дома. С его точки зрения это было крайне бестактно: следовало перейти к этому важному вопросу в свое время и как бы между прочим.

Но Теймураз уже сообщил о причине их неожиданного появления, а Танечка прямо-таки вцепилась в это признание, забросав братьев вопросами. Тенгиз отвечал кратко и точно, Теймураз вставлял чисто эмоциональные замечания, а я по телефонам уже разыскивал Андрея Кима.

Я не прислушивался к разговору, но кое-что до меня как-то долетало. И всегда проговаривался Теймураз:

— Тетя Нина из окна выбросилась.

— Боже мой…

— Не насмерть, не насмерть, — это сказал Тенгиз. — Спасли. Сейчас в больнице.

Я кричу в телефон, потому что слышимость плохая. Потому что новости, которые выкладывает бесхитростный Теймураз, плохие. Потому что мне скверно. Так скверно, что…

Слава богу, разыскал Андрея.

— Приезжай. Нужна твоя помощь.

Не успел положить трубку, как услышал:

— У Нателлочки все лицо было разбито.

— Как разбито?.. Почему?..

— Кулаком.

Последнюю подробность сквозь зубы проронил Тенгиз. И это уточнение прозвучало так, что я сразу понял: Нателла-Наташа была его первой юношеской любовью…

— Хватит, ребята, — сказал я. — Языком горя не перемелешь.

А про себя подумал, что горе-то, пожалуй, перемелешь, а вот того, что случилось, уже не зачеркнешь. Что трещина пробежала по Союзу нашему нерушимому, и ее ничем уже не залатать. Даже сладкозвучной болтовней политиков…

Сам-то я, положим, что-то болтал, чтобы отвлечь ребят. Что-то смешное пытался рассказывать, получалось это нескладно — какой из меня юморист! — но ребята все же переключились на иную волну. А тут, к счастью, приехал Андрей со своими афганцами, Федором и Валерой.

— Документы на машины и груз у вас, ребята? — спросил Андрей, когда уяснил ситуацию.

— Документы у меня, — сказал Тенгиз.

— Поедешь с нами. Это — для ГАИ. А машины мы перегоним, проблем не вижу.

— Там крепкие лбы их держат, — неуверенно пояснил Теймураз. — В черных кожаных куртках.

— Крепче наших трех лбы? — усмехнулся Федор.

А Валера неожиданно встал, поднял стул вместе с Танечкой, покружил ее и бережно поставил на место.

— Поехали, командир, — сказал он после этой демонстрации. — Пить-гулять потом будем.

Афганцы молча встали. Следом поднялся и Тенгиз. Я проводил их до двери, шепнул Андрею:

— Пальбы там не ожидаешь?

— Не волнуйся, крестный, — улыбнулся он. — Во-первых, не ожидаю, а во-вторых, у нас есть, чем ответить.

И они вышли.


ГЛАВА ШЕСТАЯ
1

Они вышли, а я никак не мог успокоиться. Теймураз тоже был не в своей тарелке, и Танечка предложила смотреть фильм, который я взял напрокат, мечтая обрадовать свою супругу. Они с Теймуразом и вправду вскоре отвлеклись, а я, убей бог, и до сей поры не помню, в чем там было дело и чем они восторгались.

Я не очень верил, что ребята встретят серьезный отпор, забирая машины со стоянки. Это был практически центр города, да и сам груз не представлял собой чего-то особо ценного по той простой причине, что его требовалось реализовать. Мне казалось, что грузинских ребят просто запугивали, требуя дележа прибыли, не более того. Мне не давал покоя другой вопрос: где в нашей Глухомани можно будет без особых хлопот продать чернослив с орехами, поскольку глухоманцы давно уж не держали в руках денег, которые хотелось бы истратить на такие гостинцы. Я проворачивал в голове знакомых, которые могли хотя бы посоветовать, что делать с этим компотным богатством, никого не нашел, но вовремя вспомнил о Херсоне Петровиче и решил посоветоваться с ним.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация