Книга Знамя химеры, страница 68. Автор книги Алексей Иванов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Знамя химеры»

Cтраница 68

Уходили молча, бросая в мою сторону настороженные взгляды. Слишком коротким вышел совет. Что бы ни говорил Глок, мне слишком трудно дается контроль над собственными эмоциями. Последний из выходящих плотно закрыл за собой дверь, и я остался один.

В старинном камине плясали языки пламени, я подкинул туда еще немного дров — огонь с жадностью набросился на сухое дерево. Топить камин в королевском дворце не было такой уж необходимостью, маги Воздуха не зря ели свой хлеб, но этот старый камин в королевском кабинете был исключением. Мне нравилось смотреть на огонь, и день ото дня слуги исправно растапливали этот камин, спеша исполнить прихоть будущего короля.

Король!

С отвращением стягиваю с себя серебряный обруч короны принца. Проклятая железка успела ужасно надоесть — стоило пару часов ее не снимать, и появлялись сильные головные боли.

— Хватит ворчать, Леклис. Признайся самому себе: ты просто боишься власти.

Власть, власть, власть.

Прав был дракон: сомнительное удовольствие быть правителем муравейника.

Интересно, какие цели преследуют сами драконы?

«Он создал нас для того, чтобы мы сражались друг с другом…» Кажется, такими были его слова? А предостережение, полученное от него…


Война на севере,

Смута на юге,

Мор на западе,

Ненависть на востоке.

Получается какой-то глупый стишок. Предположим, с ненавистью все понятно — это я сам, или мой приход к власти.

Война на севере?

Уж не нашествие ли гоблинов имел в виду дракон? Надо отправить шпионов в Горное королевство: пусть поглядят, что к чему. Можно написать Бальдору письмо с просьбой помочь им.

«Нет! — решил я, отрицательно покачав головой. — Это гнусность — требовать от друга услуг за спасение его жизни».

А шпионов все же пошлем.

Смута на юге?

Тоже не слишком сложно: семь королевств, как только ослабла эльфийская узда, с радостью вцепились друг в друга, стремясь оторвать кусок пожирней. Люди, что с них взять.

Мор на западе?

Эпидемия у эльфов? Хм… Хотелось бы надеяться. Это пророчество — если это пророчество — пока не исполнилось.

Убей ворона…

Я задумчиво почесал шрам над глазом.

Непонятно. Вряд ли дракон хотел, чтобы я перестрелял всех птиц в королевстве. Нет. Тут что-то другое — знать бы, что именно.

И все же: почему драконы предложили мне помощь? Что такого важного в этом Сердце Дракона, если они готовы на все ради его возвращения? За последние несколько дней я перерыл груду книг, в которых так или иначе упоминались драконы, но не нашел не то что ответа, а даже упоминания о Сердце. Хотя что мы знаем о драконах кроме того, что их создал Падший? Ничего. Когда создал? Зачем? Их цели непонятны.

Некоторое время я размышлял.

Ладно, Леклис, у тебя есть более важные дела: надо что-то решать с империей.

— Уничтожить! Смести с лика земли. Сделать так, чтобы от эльфов остались только воспоминания.

В памяти всплыли лица дяди, Ольдена, Торка и многих-многих других, чьи кости остались лежать на том трижды проклятом поле битвы. Отомстить — это мой долг перед мертвыми.

Мрачная усмешка перекосила лицо. Я все уже давно решил.

Крушения империи я не допущу.

Долг перед мертвыми… Мертвые не платят долгов и не требуют их. В первую очередь надо позаботиться о живых, а мертвым — вечный покой и вечная слава.

Подло?

Возможно.

Но нельзя втравливать королевство в новую войну. Сердрик прав: мы не готовы, мы можем проиграть ее.

Но не только страх перед поражением заставил меня отказаться от похода на эльфов.

Что, если именно этого похода добивается неизвестный враг, направивший гоблинов на штурм Железного холма?

Полукровки, эльфы, гоблины… Нас кто-то целенаправленно стравливает, а пока мы пускаем друг другу кровь, этот кто-то добивается того, что ему нужно.

Проклятье Падшему! Незнамо кто добивается неизвестно чего. Хуже всего эта неопределенность.

Когда знаешь, кто твой враг, — тебе известно, что он может, а чего нет. Ты можешь предугадать его действия, опередить намеренья и, в конце концов, вырвать победу. А когда ты сражаешься с тенью, все твои удары уходят в воздух.

Вопросы, вопросы, а ответов все нет и нет. Убив герцога Уриэля, я сам оборвал единственную ниточку, ведущую к разгадке. Теперь остались только туманные намеки дракона о некоем маге. Гоблин тоже говорил о маге. Слишком странно все это: один маг вертит всем миром, включая драконов, — так, как ему вздумается.

Я нервно хихикнул.

Все это слишком напоминает детскую сказку: злой властелин мечтает покорить мир, а силы света в лице какого-нибудь доброго и благородного — а как же иначе! — рыцаря ему мешают.

К несчастью, в жизни все не так, как в сказке. Да и не тяну я на светлого рыцаря: у меня даже знамена черного цвета, и кто вспомнит, что черный цвет — это цвет верности, а вовсе не зла?

Очень сильный маг — так сказал дракон. Слишком просто, чтобы быть правдой. Да будь тот маг хоть в десять раз сильнее магистра Тиллита — ему бы не удалось провернуть столь грандиозную игру в одиночку!

— А с чего ты решил, что он был один?

Догадка была неприятной и предвещающей еще большие неприятности. Хотя все самое плохое, что могло, — уже случилось.

Или не все?

Глава 8
Осколки прошлого

По занесенному снегом лесу, опустив голову к самой земле и старательно принюхиваясь, неспешной трусцой бежал серый зверь. Мощное телосложение, крупная широколобая голова, толстый хвост. Это был один из самых опасных хищников восточных земель — королевский волк, в два раза превосходящий по размерам своих обычных серых собратьев.

Внезапно он остановился, поднял голову и жадно потянул носом воздух: пахло чем-то знакомым и опасным. Двуногие! Нет. Двуногий. Один! Мозг волка лихорадочно заработал. Что одинокий двуногий забыл в его лесу? Волк не раз сталкивался с представителями этого племени, но чаще всего они приходили огромными шумными стаями верхом на лошадях. Только глупые звери становились тогда у них на пути, делаясь добычей длинных и острых стрел.

Встречались, правда, и одиночки… Противно заныла старая рана: тот охотник все же успел ударить железным зубом, прежде чем волчьи клыки разорвали ему горло.

Этот двуногий тоже был один. В любое другое время волк, пожалуй, не стал бы на него нападать — двуногие были сильными противниками, — но в глубине леса, в уютном логове выводок волчат теребил пустые сосцы голодной волчицы. Волчице нужна еда, иначе ей не выкормить малышей. Оскалив клыки, он стал медленно подкрадываться к человеку.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация