Книга Бремя империи, страница 162. Автор книги Александр Афанасьев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Бремя империи»

Cтраница 162

Еще не успела улечься пыль от первого взрыва, как последовал второй, рядом. Не на шутку разошедшиеся вертолетчики всерьез решили стереть огрызающийся огнем квартал с лица земли. И все бы было ничего – если бы в нем не был я, если бы в нем не было ротмистра, если бы в нем не было никчемного придурка Козлова и его шефа с семьями и многих других, которых я не знал, которые не смогли вырваться из пылающего города, кто не участвовал в этой кровавой вакханалии – а кто просто сидел мышами в своих, в одночасье из крепостей превратившихся в ловушки квартир и ждал своей судьбы…

Черт…

Пахло газом, где-то через развалины пробивалось танцующее пламя, пыль не улеглась до сих пор – наверное, Голощекин меня уже схоронил, а может, решил сваливать от греха подальше. Что ж, если не выполнил приказ – его дело.

Че-е-ерт…

Пулемет я так и оставил – на краю развалин, запомнил где – мало ли, что потом. Автомат за спиной, не факт что целый – вон какая дрянь на меня падала, голова до сих пор раскалывается, а во рту привкус соленый – могло и автомат разбить таким же вот куском, что мне по башке прилетел. Запросто. И какой все-таки придурок автомат – основное оружие бойца, не пистолет даже для полицейских – из пластика делает? Написать, что он по прочности металлу не уступает, можно, бумага все стерпит – а на деле как? Выяснять бы не хотелось…

Пистолет в правой руке – на всякий случай. Развалины изнутри курятся дымком, руки уже все избиты, а кое-где и изрезаны. Как можно ближе к десантникам, они – сразу за развалинами, а там – как повезет.

И тут – как нарочно… Один из десантников с шумом увалился как раз в шаге от меня, удобное тут укрытие – полстены осталось, толстая каменная кладка. По сторонам он, естественно, не глядел – да и как в горячке ночного боя углядишь притаившегося в ожидании добычи – «языка» – разведчика. Подняв автомат, он выпустил длинную очередь, как-то еще дернулся – но было уже поздно…

Первым делом замер, проверил – пульс есть. Мог бы и сильнее оглушить, хреново так – со своими. Но делать нечего. Стараясь не светиться, не привлекать внимания, связал руки десантника заранее приготовленной веревкой, в рот засунул грязный носовой платок – больше просто под рукой ничего не было. Не поднимаясь, потащил десантуру в глубь развалин.

Десантник оказался крепким – задергался, метров десять не проползли. Ну значит, сейчас и познакомимся…

Навалился на него сверху – чтобы не вскочил, прижался губами к уху пленника…

– Слушай сюда, десантура! Я старший лейтенант Черноморского флота Александр Воронцов. Если дошло – кивни.

Десантная группа, вертолет Шесть-один

Если бы фельдфебель не лежал, вжимаясь всем телом в острые грани битого кирпича, а стоял – то после услышанного он, скорее всего, упал бы. Русская речь – последнее, что он ожидал услышать в такой ситуации.

Первая мысль, которая пришла в голову, как только он немного пришел в себя, была – попался. И теперь – все, смерть будет избавлением. Фельдфебель, да и все десантники знали, что делали с русскими пленными бандиты в сорокалетнюю войну, хорошо знали и помнили – а сейчас лучше не будет.

Руки связаны.

Фельдфебель Чижик дернулся, попытался что-то сделать – и тут же почувствовал, как тот, кто тащил его, держа за ногу, остановился – а еще через секунду что-то большое и тяжелое, пахнущее потом и порохом, навалилось сверху. А потом были эти слова…

Что за ерунда? Быть не может – как вообще здесь оказался русский??? Может, просто террорист, хорошо знающий русский – а зачем ему тогда вообще с ним разговаривать – кончил, и все, если нет возможности запытать до смерти. Что за…

Чижик осторожно кивнул, как этого требовал тот, кто его пленил.

Неизвестный заговорил снова. Уже чуть громче.

– Сейчас я тебя развяжу, не. й разлеживаться. У меня три ствола, хоть одно слово громче, чем шепотом, пробухтишь, или какой х…ей страдать будешь – я тебя е….та, ракетой с. а на орбиту запущу, всосал?

Свой. Однозначно свой, такое не подделаешь. В арабском языке вообще нет аналогов русского мата, да и в других языках такого изобильного разнообразия нецензурных выражений нет. Русский мат нигде не учат, хотя это отдельный язык, на котором можно разговаривать, не прибегая к обычному литературному. Ни один араб, ни один иностранец так выругаться не сможет, даже если выучит ругательства – все равно они неуместно и натянуто будут звучать. Так свободно «выражаться» может лишь русский, для которого выругаться – что высморкаться.

Фельдфебель снова кивнул, показывая, что понял, – русский сделал какое-то неуловимое движение, и он вдруг почувствовал, что руки свободны. Тяжесть, давившая сверху, не дававшая встать, исчезла тоже.

– Не вставай, рикошетом зацепит, – прозвучало из темноты. Чижик вытолкнул языком изо рта какую-то тряпку, тихо выругался. Автомата не было – но пистолет в кобуре, если что…

– Это потерял? – На колени Чижику больно плюхнулся его автомат. Фельдфебель отметил, что человек, который его пленил, расположился грамотно – вон там еще одна разваленная стена, за нее шмыгнул – и все, а она метров пять, потом хрен найдешь. Да и про три ствола этот человек вряд ли шутил – не время и не место для шуток, да и человек, способный «взять» десантника Российской армии, шутить вряд ли будет.

– Кто ты? Какого хрена? – отплевавшись от ужасного вкуса во рту, спросил Чижик.

– Я же сказал – старший лейтенант Черноморского флота Александр Воронцов, отряд специального назначения. Выполняю особое задание, связь потерял. Вот и решил твоей воспользоваться.

– Что ж так-то… – удивительно, но после слов о потере связи Чижику разом стало лучше. Потерять связь для спецназовца, для десантника – позор, связь берегут как зеницу ока. Выходит… – облажался доблестный флот.

– Отставить трепаться! – разозлился собеседник. – Видишь, что творится! Я большую часть группы потерял. Триста метров от тебя, восточнее, – здание Министерства внутренних дел, там…

«Ястреб-59», позывной Шесть-четыре

Ракеты рванулись одновременно с нескольких точек – пока остальные отвлекали огнем, ракетчики с ПЗРК занимали позиции. И теперь в сторону пяти вертолетов рванулись сразу шесть ракет…

– «Воздух» [168] , пуск ракет, я подбит! – истошный крик резанул эфир, наушники наполнились ужасом и яростью. Пилот вертолета Шесть-четыре, который снизился, чтобы забрать остающихся внизу десантников, успел услышать лишь это, а также басовитый гудок системы предупреждения о приближающейся ракете – как что-то сверкнуло – и тут же вертолет тряхнуло, как будто расшалившийся великан ударил по вертолету кулаком.

Вертолет опасно качнулся, стена находящегося рядом здания поплыла навстречу – но пилот изо всех сил налег на ручку управления, парируя движение вертолета, – и вертолет, пусть и тяжелораненый, подчинился.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация