Книга Тоннель времени, страница 16. Автор книги Сергей Зверев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Тоннель времени»

Cтраница 16

– Вы поддерживаете это заявление, Хараев? – спросил бандита судья.

– Да, ваша честь.

Потом было еще что-то. Что именно, Хараев не понимал и не запоминал. Прокурор разговаривал с судьей, потом его адвокат разговаривал с судьей, потом те беседовали промеж себя, и складывалось впечатление, что на повестке дня стоит не вопрос освобождения человека из следственного изолятора, а коллоквиум ученых-ботаников.

Когда базар-вокзал закончился, Хараеву предложили встать, и судья, раскрыв папку, что-то долго читал.

– Справедливость восторжествовала! – сказал, склонив голову пред выходящим из зала судьей, адвокат. – Правосудие торжествует.

Конвой вывалился из зала, а правозащитник взял подзащитного под локоток и вывел из зала судебных заседаний.

– Я не понял, – спросил Хараев, – я могу идти?

– Уважаемый Резван Сагидуллаевич, – погладил его по плечу мэтр. – За такие бабки вы можете не только идти куда хотите, но и ехать. Кстати, я уполномочен довезти вас до Патриарших прудов. Вы же не поедете в таком виде в метро?

Хараев, ни разу не «въезжавший» в зону, но трижды побывавший в следственном изоляторе под охраной федеральных сил в Чечне, усмехнулся и стал различать запахи и цвета. Все случилось, как обещал незнакомец в тюрьме, и это было самое невероятное.

– Если вы не хотите вновь увидеть сотрудников прокуратуры, вам лучше быстро сесть в мою машину.

На Патриарших прудах его уже ждали. Из темно-синего джипа «Mercedes-Gelenwagen» вышел уже знакомый чеченец, осторожно поцеловал Хараева в обе щеки, приобнял и усадил в машину.

– Мы счастливы видеть тебя на свободе, Резван, – сказал он. – Мы не оставляем в беде тех, кто близок нам по крови и всегда готов помочь таким скромным людям, как мы. Скажи, сколько русских шакалов ты убил там, под Ачхой-Мартаном?

– Да кто их считал, дорогой? – ответил Хараев. – Сотни.

– И милицейские блокпосты ты взрывал с неверными?

– Да, – прикинув, Хараев уточнил, где именно.

– Ты слуга Аллаха, Резван, ты святой человек, – согласился земляк. – Когда ты совершил хадж?

– До начала войны, в девяносто третьем.

– Да, ты преданный нашему делу человек, – еще раз похвалил чеченец. – А сейчас – вино, Резван! Жареное мясо, девочки, вольный ветер. Поехали на Рублевское шоссе, Али! – приказал пожилой кавказец, и авто помчалось по сияющим рекламными огнями дорогам.

Это был маленький Кавказ посреди центральной полосы России. Шашлык из молодой баранины, вино, коньяк… Он чувствовал, что теперь будет все иначе, чем всегда. Молоденькие русские белокурые проститутки, которые еще два дня назад готовы были прибежать и делать все, что хотел Хараев, теперь возбудят в нем такую необузданную страсть, словно он сделает это впервые. Он будет пить коньяк прямо из бутылки, ставить перед собой одну из девок на колени, и горячие струи крепкого спиртного, стекая по всему его телу, станут омывать лицо задыхающейся от натуги шлюхи…

К тому месту, куда привели его мечты, он подъехал быстрее, чем рассчитывал. Машина остановилась на ночной дороге, и в бок его уперся ствол пистолета.

– Выходи, – последовало из уст человека, который помог ему избежать наказания.

Ничего не понимающий Хараев вышел из машины. Из стоящего неподалеку на обочине микроавтобуса «Фольксваген Караван» тоже вышли. Трое. Приблизились. Вышел из машины горец.

– Хараев Резван Сагидуллаевич, вы являетесь полевым командиром банды боевиков, совершавшей убийства и террористические акты на территории Чечни и Москвы с одна тысяча девятьсот девяносто шестого года по настоящее время. Ваша жизнь в привычном вам мире окончена. Сегодня ночью вы будете водворены в спецтюрьму «Мираж», находящуюся на территории Грузии.

Стоящий неподалеку добавил:

– Пора платить по счетам, сука, – и, коротко размахнувшись, пробил в челюсть Хараеву сокрушительный хук.

Хараев рухнул на землю и попытался выплюнуть густой кровавый комок. Ничего не получилось. Слюна выползла изо рта и заползла на подбородок.

– Что происходит?.. – пробормотал он.

– Скажи до свидания миру нормальных людей, мразь, – вместо ответа бросил второй и, присев, вонзил в шею полевого командира иглу шприца.

Очнулся Хараев через сутки. Одиночная камера. Под потолком – разливающая яркий свет лампа. Он помнил только проблесками сознания: он на столе и двое в белых халатах ему делают инъекцию в вену. По телу разливается тепло… От ног – к голове. И вдруг – судороги. Ему нечем дышать. И вдруг снова – тепло… Легко и свободно.

«Это произойдет, если ты подойдешь к забору. Запомни это до конца дней», – услышал он и уснул. Так 2 ноября 2010 года началась жизнь Хараева в тюрьме «Мираж».

Глава 7

– Что за ерунда?.. – прошептал Стольников, глядя в монитор.

– Что случилось? – встревожился Айдаров.

Саша хорошо видел в сером квадрате ASUS двух человек, вышедших из главного здания тюрьмы. Они шли наперерез караулу и через несколько секунд, у самого входа в караульное помещение, должны были встретиться. В отличие от вооруженных часовых эти двое выглядели как туристы. Их задерживали, вероятно, тоже вдалеке от горячих точек. Один – в джинсах, белой, уже порядком поношенной в тюрьме, но все-таки сохранившей свежесть рубашке. Рубашка, конечно, атласная, с блестящими в скудном вечернем свете ламп полосками. Несмотря на обстановку, капитан усмехнулся. «Ну, не могут они, чтобы без блеска!..» Второй – в брюках странной расцветки, в свете тех же ламп кажущейся сиреневой, под курткой армейского образца – черная майка. Оба небриты, но это была именно щетина, а не отпущенные по исламским канонам бороды. Стольников не интересовался правилами содержания, но, кажется, администрация не заморачивалась такими мелочами, как поощрение конфессиональных привязанностей. Брили и лица и головы всем, над изяществом причесок особенно не задумываясь, под машинку.

И теперь эти трое, одинаково стриженных и с трехдневной щетиной, стояли у дверей караульного помещения, где расположилась группа Стольникова, и вели какой-то напряженный разговор. О чем именно, понять было невозможно, звукоизоляция была отменная.

– Только бы они в операторской не засекли сработку датчика проникновения, – прошептал Ждан.

– Датчика проникновения? – повторил Ключников. – Почему я впервые слышу о датчике проникновения?

Стольников посмотрел на полковника.

– Пульты в тюрьме под контролем Зубова в НИИ, – объяснил тот. – Но арестанты могли принудить инженеров внести изменения в эту программу.

– Как странно слышать это сейчас, – заметил Стольников, – когда мы вошли. Впрочем, хватит болтать! Айдаров, готов?

Ответ можно было не слушать, все были напряжены до предела.

Саша продолжал смотреть на экран. Появившаяся из здания «Миража» парочка осталась на улице, в руках одного из бандитов капитан увидел пачку «Мальборо». «Снабжение здесь на довольно высоком уровне», – отметил капитан. Двое закурили, трое снова повернулись к двери, и клацнул во второй раз замок…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация