Книга Крапленая обойма, страница 25. Автор книги Сергей Зверев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Крапленая обойма»

Cтраница 25

Я уже был готов содрогнуться от страха, думая, что мужик сейчас покажет необъятные по своим размерам ягодицы. А Армен аж шею вытянул, услышав про задницу, – наверняка это была его любимая часть тела. Но нет. Рыбачок показал вполне приемлемую по размеру попу, и Армен как-то сник. Такие размеры его не впечатляли – незнакомая Глашка потеряла свое очарование.

А рыбачок продолжал:

– И лицо у нее – спелое яблочко.

Ишь ты, и метафору подобрал же, мужичишка.

– Двадцать лет девке. Кровь с молоком. Что сказать? Баба на выданье. До этого, – мужик кивнул на снимок, – у нее кавалеров было не счесть. Почитай вся деревня.

– А что же после этого?

– Всех отбрил. Посопротивлялись было, да, видимо, не на того напали. Двое в больнице оказались, третий хромым на всю жизнь остался да еще месяц ходил, кровью харкал. Больше с той поры к Глаше не смел никто подступиться.

Я хмыкнул. Еще бы! Знали бы они, с кем связывались, что этот Лор в Чечне глотки перерезал и находил в этом удовольствие, – наверное, за версту обходили бы.

– А вчера ты суженого Глашки не видел, отец?

– Не видел, – замотал головой «отец». – Так у меня хозяйство. Че я буду за каждым глядеть... Сегодня.

– Что сегодня? – не понял я.

– Сегодня его видел. Раненько утречком шел на рыбалку, и он от Глашки выходил. Очень рано... Глашкин дом в начале деревни, никуда не деться. Возле него проходишь все время.

– Значит, и сегодня он должен быть у Глаши? – воодушевился я.

– Может и быть. Кто его знает! Либо у себя в избушке. А может, и уехать куда решит. Дело-то молодое. Но к Глахе он вернется. Я в этом не сомневаюсь. От такой девки так просто не уйти, точно говорю.

Мужичок даже причмокнул, словно только что попробовал десерт.

– А где деревня ваша, отец?

Рыбак приподнялся и протянул руку в обратном от моста направлении:

– С полкилометра пройдете вдоль бережка. И увидите.

– Я думал, что в ту сторону все время лес.

– Деревня наша. Живописное местечко. Лес, речка.

– Ясно, – я встал. – Ну, спасибо, мы пойдем. Может, тебя, отец, проводить немного, чтобы эти... – Я кивнул в сторону, в которой скрылись обидчики рыбака.

– Да я уж доберусь, – отмахнулся он. – Там, – он махнул рукой в сторону своей деревни, – свои люди.

Я не стал настаивать и двинулся к мостику. Армен поспешил за мной.

На мосту я остановился. Посмотрел в ту сторону, где находилась избушка лесника, затем в противоположную, – где находилась деревня. Спросил у запыхавшегося, остановившегося возле меня Армена:

– Ну что, позвоним Хану или сразу поедем к нему?

– Лучшэ поехали, – неуверенно произнес джигит.

Это «лучшэ» у него в устах звучало как «хрен его знает». Лучше или не лучше. Но раз поехали, значит, поехали.

– Но ты маладэц, блят, – в который раз похвалил меня горец. – Мошка у тебя хорошо варит.

– Башка, – поправил его я.

– Знаю, да. Я и говорю.

Я усмехнулся и двинулся к «БМВ». Армен семенил позади меня. Делать больше на природе было нечего. Я опять довольно ловко отработал свой гонорар. Но осознание этого мне снова отчего-то не доставило удовлетворения.

Глава 5

1

Сегодня он целый день провел в своем номере, в шикарном люксе одной из самых престижных гостиниц столицы. Вот уже прошел почти месяц после того, как он вышел на свободу. Целый месяц свободы. И впереди максимум еще один. Он считал, что не дотянет до этого максимума, но теперь готов был повременить со слишком категоричным вердиктом.

Он многое успел за этот месяц. Очень многое. И сегодня он наконец решил, что настало время главной встречи. Нужно было завершать игру. Потому как ему за оставшийся из отпущенного врачами срок необходимо было сделать еще одно: успеть повидать мать. Он ее столько лет не видел. Она растила его одна, надеялась, что он сможет выбиться в люди. Так она говорила: «В люди». Он не сумел этого сделать. Не выбился. Более того, сейчас он умирал. Медленно и неумолимо. Но хотел что-то сделать для матери. Что-то, что оставило бы в ее памяти светлое и доброе воспоминание о нем. Он хотел это сделать. Ему это было необходимо, словно от этого зависело искупление всех грехов, которые он совершил за свою недолгую жизнь.

Деньги у него были, и он их не жалел. Да и к чему их было жалеть, когда через месяц, а может, и того меньше, они ему просто будут не нужны. Он жил в шикарных апартаментах, посещал рестораны с великолепной кухней. Попробовал было и с женщинами развлечься, но эта попытка ни к чему хорошему не привела. Нет, конечно, удовольствие он получил, но вскоре у него начался тяжелый приступ. Проститутки (он снял сразу двух, чтобы уж не мелочиться), которые остались на ночь у него в номере, едва с ума не сошли, увидев, как он начал корчиться на кровати. После этого он больше сексом не занимался. Он должен был еще жить, потому как не все еще было закончено.

Сегодня он хорошенько выспался, долго плескался в ванной, заказал себе завтрак и обед прямо в номер и никуда в течение дня не выходил. Лежал на широкой кровати и смотрел в одну точку. Память возвращала его в далекое прошлое. Это было восемь лет назад. Когда начался отсчет его конца...

* * *

– Драть вас всех в зад! Я же сказал, чтобы все, как один, были одеты в форму инкассаторов!

Он окидывал троицу разъяренным взглядом. Его голос звонко раздавался в небольшом помещении.

Четыре человека едва поместились в гараже, заваленном всяким хламом. Ко всему прочему, в боксе стоял микроавтобус «Мицубиси», занимавший большую часть пространства.

Он стоял спереди микроавтобуса в черной униформе инкассатора. Трое – возле передних дверей «Мицубиси», прижимаясь к стене, поскольку иначе здесь было просто не поместиться. Дверь в гараж прикрыли, с потолка лился свет от одинокой лампочки. Устраивать разборку вне бокса он не решился. Гаражей здесь было превеликое множество, и не хотелось, чтобы кто-то ненароком их увидел. В таком прикиде.

Еще двое одеты в такую же униформу, как и у него. Третий облачился в красный комбинезон аварийных работников. И именно на этого недотепу был направлен его гнев.

– Что молчишь, твою мать?

– Мне ваш костюм не подошел по размеру, – разжал губы провинившийся.

Пыл несколько спал. На этого гиганта, конечно, очень непросто подобрать одежду. Рост под два метра и вес за сто килограммов. Внушительные параметры. Именно поэтому его и звали Великан. Был он из бывших спортсменов. Все они спортсмены. Бывшие. За исключением одного, самого низенького – тот был настоящим инкассатором.

Великан занимался в свое время метанием диска. Однажды растянул сухожилия на руке, долго валялся в больницах; дело закончилось осложнением, и, в конце концов, спорту парень оказался не нужен. Как и он сам. Он был стрелком, мастером спорта. Участвовал в чемпионатах мира, призовых мест не занимал, но был весьма близок к тому, чтобы подняться на пьедестал почета. Был близок... И не поднялся. Сорвался и запил, после чего был выброшен из спорта за ненадобностью.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация