Книга Алмазы Цирцеи, страница 21. Автор книги Анна Малышева

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Алмазы Цирцеи»

Cтраница 21

– Я вторую ночь не сплю, – проворчала художница, вытаскивая из сумки скомканный свитер и натягивая его поверх футболки. Теперь она еще больше походила на девочку-подростка. Впечатление усиливала яркая помада на губах. Александра, как ни удивительно, неудачно подобрала оттенок, этот цвет делал ее, белокожую, болезненно-бледной. – И второй раз ухожу из вашего замечательного заведения несолоно хлебавши. Прямо проклятие какое-то!

– Что же вы теперь предпримете?

Александра взглянула недоуменно, словно решая для себя вопрос, стоит ли вообще отвечать. Видя ее колебания, Елена поспешила объяснить:

– На меня это панно произвело огромное впечатление, понимаете? Я сто лет не бывала в музеях, муж и сын этим не интересуются, а я сама зашиваюсь на работе… И не мне судить, конечно, но это же музейная вещь! Я бы сразу предположила, что тут работал не простой безвестный ремесленник, даже если бы ничего об этом панно не знала.

– Да, верно, – медленно проговорила Александра. Она, видимо, все еще колебалась. – Исключительная работа. И с нею связана еще более исключительная история… История жизни, смерти и страсти…

– Любви? – с готовностью подхватила Елена.

– Любви, но не к женщине, а к деньгам, – с загадочной улыбкой ответила художница. В ее голосе звучала ирония. – А вы думали, тут какая-то романтическая подоплека? О, ничего подобного. Жесткая проза.

– А я решила, что эта самая Цирцея – портрет какой-то женщины, а не просто плод воображения, – разочарованно протянула Елена. – Она, как бы это сказать… Очень индивидуальна…

– Насчет модели мне ничего не удалось узнать. – Александра с треском застегнула заевшую «молнию» на сумке и, подойдя к сомкнутым дверям лифта, нажала кнопку вызова. Елена, как завороженная, по пятам шла за ней. – Что и говорить, бывают очень интересные истории, взять хотя бы тех же Тициана, Веласкеса или Ватто, которые оставили немало загадок исследователям… Но Ван Гуизий в этом плане – бесплодная земля. Во-первых, он был резчиком по дереву. Это особая каста, не соприкасавшаяся ни с придворной жизнью, как Веласкес, ни с театром, как Ватто, ни с дипломатическими интригами, как Тициан или Микеланджело… Стало быть, о нем сохранилось очень немного письменных свидетельств, а без них ни одно расследование не начнешь. Во-вторых, он был сугубо семейным человеком, много работавшим и мало развлекавшимся, как и большинство его современников во Фландрии и Голландии начала семнадцатого века. Кроме того, Ван Гуизий был чертовски скуп и одержим страстью к наживе… Так что вряд ли эта Цирцея – какая-то роковая женщина, его любовница или знаменитая куртизанка… Скорее всего, моделью выступила служанка или торговка с рынка. Типаж совершенно простонародный. Да это меньше всего меня интересовало! Где же долбаный лифт?!

Устав ждать, женщина стукнула кулаком в дверь шахты. Елена поспешила перейти к другой дверце и нажать кнопку.

– Простите, тот лифт сломан. Я вас заслушалась и не заметила… Мне неловко просить о таком одолжении, но вы не могли бы позвонить, когда все же найдете панно и проверите свою догадку? А то у меня осталось какое-то чувство вины перед вами…

– Почему же нет… Ладно, – пробормотала Александра, хмурясь и прислушиваясь к звукам в шахте.

Ей явно не терпелось уехать, и она отвечала только из вежливости. Когда дверцы бесшумно открылись, художница торопливо вошла в лифт и нажала кнопку первого этажа так быстро, словно за ней гнались. Елена едва успела произнести «до свидания!». Ответного прощания она не услышала.

Вернувшись на пост портье, она присела в кресло, сердито потерла ноющий висок и спросила себя, как можно быть такой идиоткой? «Навязчивой идиоткой, ничего не смыслящей в искусстве, которая отнимает время у занятого человека, вымогая у него целую лекцию! Ведь я же видела, что ей не терпится от меня отвязаться! Конечно, она не позвонит. Я бы на ее месте не позвонила, очень надо!» Вспомнив о тайно изъятом ключе от номера 616, женщина поспешила вернуть его на место, и вовремя.

Через десять минут явился ее недруг Сергей, Елена молча уступила ему место и пошла было к лифту, но парень ее окликнул. Она неохотно обернулась, не ожидая от него ничего, кроме очередной дерзости. Но к ее удивлению, Сергей смотрел почтительно, даже заискивающе. Это было впервые, и Елена так растерялась, что ответила на этот взгляд вопросительной улыбкой.

– Тебе все объяснили? Посидишь до восьми, пока не придет дневной портье. Сейчас все номера на шестом, кроме двух, заняты, заезда не ждем. Справишься.

– Я не об этом, Елена Дмитриевна! – Парень встал, вытянувшись в струнку, так что даже показался выше ростом. – Справлюсь, конечно. А правда, что дядя Андрей уходит?

– Андрей Николаевич? – изумилась женщина, так и не нажав кнопку вызова лифта. – С чего ты взял?

– Говорят… – загадочно протянул тот. – Елена Дмитриевна, я хотел вас попросить… Если он уволится, я буду претендовать на это место. Я справлюсь, опыт работы уже есть… Только нужно, чтобы вы дали обо мне хороший отзыв начальству…

– А как же твоя учеба? – только и сумела спросить Елена. Она была ошеломлена такой кадровой перспективой. – Ты же учишься где-то на маркетолога?

– Эх, Елена Дмитриевна… – Сергей сощурился и покачал головой с таким умудренным видом, словно собирался поделиться вековым жизненным опытом. – Мне бы попасть на это место, так к чертям бы и учебу… Ну, переведусь на заочное отделение, получу кое-как диплом! Для солидности только, чтобы в личном деле бумажка лежала.

Опомнившись, она нажала кнопку, и лифт, стоявший на этаже, немедленно открыл двери. Уже собираясь войти, Елена бросила через плечо:

– Хорошо, будет тебе отзыв.

Фраза прозвучала неожиданно зловеще, но еще более неожиданным был торопливый ответ, проскользнувший вслед Елене через медленно закрывающиеся створки дверей лифта:

– А я знаю, куда повезли ящик из 617-го номера! Лично помогал его в фургончик грузить и слышал, как те двое адрес уточняли!

Елена кляла себя за то, что поторопилась нажать кнопку, но останавливать лифт и возвращаться значило признаться ушлому коридорному в том, что информация ей интересна. Уж Сергей, мечтающий о лестной рекомендации, не упустил бы ни малейшей возможности получить ее, пусть путем мелкого шантажа или подхалимства. Вера учила ее быть с подчиненными жестче, мотивируя совет тем, что «всякая собака должна знать свою палку». На этот раз Елена решила ее послушаться. Она была уверена в том, что коридорный сам ей все расскажет. «Если Андрея Николаевича уволят, я за него заступаться не стану! А Сергей, если я его поддержу, будет у меня на коротком поводке. Мне нужны свои люди в отеле, и мало-помалу они появятся!»

На первом этаже она застала отъезд американской рок-группы, жившей в отеле трое суток. Все это время вход охраняли преданные фанаты, преимущественно подростки, так что Елена поражалась, куда смотрят их родители, отпуская детей гулять по ночной Москве. Когда музыканты, потрепанные жизнью пожилые дядьки, устремились к выходу, девчонки на улице издали такой дружный визг, что Елена, зловеще сдвинув брови, сделала красноречивый жест дежурившему у входа швейцару. Тот поспешил наружу увещевать молодежь, а девушка за регистрационной стойкой, доверительно понизив голос, обратилась к Елене:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация