Книга Демоны без ангелов, страница 63. Автор книги Татьяна Степанова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Демоны без ангелов»

Cтраница 63

– Нет. Мой брат не убивал.

– Почему вы не хотите нам помочь?

– Потому что я ничем не могу вам помочь.

– В детстве вы однажды убежали из дома. Где вы были? Почему вы убежали?

– А, вы про это… Мы постоянно жили в лавре. Там время словно застыло. Я мечтал увидеть Москву, пошататься по улицам, прокатиться на электричке, в метро.

– И это в то время, когда ваша мать… приемная мать умерла?

– Детство не безгрешно. Порой в детстве мы совершаем много такого, от чего потом испытываем стыд и страх. А мысли, что нас посещают в детстве, так ли они невинны? Отец заставлял меня много молиться в детстве. Постоянно молиться, часами. Просить у бога прощения.

– Ваш приемный отец.

– Да, мой приемный отец, которого я считал родным. И почитал согласно заповеди.

– Правда, что ваш брат сам разыскал вас?

– Правда.

– И какое чувство вы испытали, узнав все?

– Счастье.

Он произнес то же самое слово, тем же самым тоном, что и Владимир Галич.

– Ваш брат подозревается нами в убийстве троих человек.

– Вы ошибаетесь, как вы можете… Я пытался вам объяснить, но вы не желаете слушать. Ваша беда в том, что вы не видите очевидного. Вы не верите.

– Чему не верим? Вашим показаниям, больше похожим на ребус? Вашей явке с повинной? Вашему алиби, которое подтверждают двадцать человек? Словам вашего брата-близнеца? Чему мы не верим?

– Вы не верите в него.

– В кого?

– В демона, – отец Лаврентий понизил голос. – Вы агностики, вы все отрицаете. Но отрицание не может служить щитом. Оно еще никого не защитило.

– И где этот ваш демон? – резко спросил полковник Гущин.

Отец Лаврентий хотел что-то ответить, но внезапно мертвенно побледнел и начал заваливаться набок.

Все произошло так неожиданно, что они еле успели его подхватить, иначе бы он рухнул на пол.

– Воды ему! – крикнул Жужин.

– Екатерина, пулей в медсанчасть, зови врача! – крикнул Гущин.

Катя распахнула дверь кабинета и столкнулась лицом к лицу с Анной Филаретовной.

– Что? – воскликнула она, потом узрела отца Лаврентия – белого, с посиневшими губами – и моментально извлекла из своей сумки «старой советской закалки» одноразовый шприц и ампулу. – Пустите меня к нему, ему срочно нужен укол.

– Что с ним такое? – спросил Жужин.

– Подарок ему от Чернобыля, – Анна Филаретовна уже хлопотала возле священника. – На всю оставшуюся жизнь.

Глава 42
Смытые краски

В некоторые места так и тянет.

Вернуться.

Когда мелкий дождик сеет сквозь начинающую желтеть листву.

Когда вода пузырится, вскипая под градом мельчайших капель.

Мелкий дождик сеял, и вода в Гнилом пруду пузырилась, как в гигантской луже. Федор Басов, про которого, кажется, все забыли, стоял на берегу. На том самом месте, где когда-то лежала ОНА, вытащенная из воды.

Травянистый берег избороздили следы колес – машины полиции и МЧС, джип водолазов, обшаривавших дно повторно, – все эти следы можно прочесть тут как по книге.

На железнодорожном переезде снова, как в тот раз, громыхал товарняк. И эхо, пропитанное влагой, нехотя сочилось сквозь звуки дождя в лесу.

Если бы кто-то увидел сейчас на берегу одинокую фигуру, непременно задался бы вопросом, а что делает здесь в этот ранний час, зачем мокнет под дождем странный парень на том самом месте, где лежала убитая – все еще не забытая за эти два месяца в Новом Иордане.

Но Басова в этот ранний час никто не видел. Он постоял, потом вернулся к своему мотоциклу, укрытому под дубом, и надел шлем.

Через четверть часа он уже подъезжал к дому семьи Шелест.

Приткнул мотоцикл в кустах бузины у дороги и пошел, видя впереди себя дачную улицу, потом забор, ворота, крышу дома.

Потом окно комнаты, где она жила.

И – опять-таки странная деталь – окно в непогоду, в дождь было открыто настежь. И легкие занавески промокли насквозь и жалко обвисли, затеняя, заслоняя, что там внутри.

Словно никто в эту комнату и не входил, не поднимался все эти дни, позабыв захлопнуть в спешке окно. А может, его закрыли, и даже на шпингалет. Но оно вдруг отворилось само, впустило ночную прохладу и дождь.

На широком подоконнике скопилась лужица воды. Памятная всем ширма не загораживала стену, валялась на полу.

И краски самодельной фрески полиняли, словно растаяли. И уже невозможно отличить, где было изображено мертвое тело, где ангел в оконном проеме, где бедная Сарра на своем одиноком ложе.

Лишь темное пятно выделялось сбоку – мрачный сгусток размытой черноты. Да раны на штукатурке – дыры, проткнутые гвоздем, там, где когда-то зияли его глаза. Борозды и сколы штукатурки там, где однажды ночью пытались соскоблить краску ножом.

Нет, дождику, капавшему с неба на Новый Иордан, такое было не под силу. Отец Маши Шелест принес из своей мастерской электрический чайник, полный кипятку. И выплеснул кипяток на фреску, смывая краски.

Давным-давно стена в этой комнате была ровной и чистой, а теперь грязной. Но темное пятно сбоку сквозь грязь и потеки проступало необычайно четко и ясно.

Жаль, Федор Басов этого не видел.

Он стоял под ее окном. И чего-то ждал в этот ранний час. Может, когда залает спросонья ее бестолковая собака.

И она… нет, ее бледный призрак явится там, в окне.

Давным-давно…

И словно вчера.

Глава 43
Черная «волга»

– Потешаешься, наверное, надо мной – вот счастливая идиотка. Сама вешается на шею.

– Шуша, детка…

– Ну вот, началось. Девочка, детка, малышка – я про это самое, Эдик.

Они стояли у фонтана Турандот на Арбате – Шуша Финдеева и Эдуард Цыпин. И какое по счету то было уже свидание? Арбат гулял, шумел, но они не замечали людей вокруг.

– Брось, малыш, – Эдуард Цыпин… нет, принц Фортинбрас обнял ее. – Или что, назрел серьезный разговор?

– Не знаю, нет… я как ты, как вы, – смущаясь, замирая от счастья и от страха, Шуша начинала заливаться румянцем, мямлить, называть своего кумира то на «ты», то на «вы», в общем, путать и путаться.

Она боялась потерять его. Оборвать эту связь. Она не знала, что еще сделать такое, чтобы продлить, удержать любовь. Отдаться ему? Она была давно готова и тысячи раз представляла, как это произойдет. Она ощущала себя воском и глиной. Только вот постоянно стыдилась – чего? В основном самой себя.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация