Книга Требуется чудо, страница 7. Автор книги Сергей Абрамов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Требуется чудо»

Cтраница 7

Он сходил в комнату и надел пиджак. Потрогал карман: «портсигар» на месте.

— Замерз, — пояснил он, усаживаясь за стол.

— Что с тобой? — В голосе Валерии звучала доселе незнакомая Александру Павловичу нотка заботы. Впрочем, забота эта была круто замешена на железной категоричности Валерии, побороть которую не мог никакой «портсигар»: — Ты не заболел? Ну-ка, дай лоб попробую… — Она быстро протянула руку.

Александр Павлович успел отстраниться.

— Здоров я… Так о чем ты, Наталья?

— Я не хочу ужинать, — повторила Наташа.

— Не хочешь — не надо, — Валерия, казалось, была удивлена странной непонятливостью дочери. — Кто тебя заставляет?

— Никто, — подтвердил Александр Павлович и поднял рюмку. — Наталья, я хочу выпить за твою маму. Ты не против?

— Не против.

— И я не против, — согласилась Валерия. И вдруг встревожилась: — Саша, а как ты поедешь? Ты же за рулем, а тут коньяк… Нет, поставь рюмку, я тебе не разрешаю.

Интересное кино: вчера она почему-то не спрашивала, как поедет Александр Павлович, просто села в машину — и привет. Другое дело, что вчера Александр Павлович ни капли не выпил, но голову давал на отсечение, что Валерия на это не обратила внимания. Все равно ей было: пил — не пил. Лишь бы ехалось…

— Я немножко. Пока уйду — выдохнется…

Потом они играли в скучнейшую игру «Эрудит», которая Наталье почему-то нравилась, да по большей части она и выигрывала. Потом смотрели программу «Время». Потом Валерия почему-то вздумала вымыть Наташе голову: это для девочки было совсем уж странным.

— Я сама могу, — сказала она.

— Сама ты толком не промоешь, — настаивала Валерия.

— Но ведь всегда промывала… — Наташе хотелось, чтобы мама ей помогла, и сопротивлялась она лишь по инерции.

— Не уверена, — резко возразила Валерия, и Александр Павлович подумал, что возражение вполне точно отражает положение дел в семье: вряд ли Валерия когда-нибудь обращала внимание на то, промыла голову Наташа или не промыла. Должна промыть — вот и весь сказ.

Должна…

Александр Павлович не без сожаления отметил, что этот жесткий глагол по-прежнему руководит Валерией, хотя намерения вроде куда как благие…

В ванной комнате они долго орали — в основном Валерия орала: то Наташа не так стоит, то голову не так держит, а Александр Павлович сидел в пиджаке неподалеку от двери в ванную; боялся отпускать Валерию из зоны действия «портсигара». Думал: просто идиллия получилась, история из цикла святочных…

Потом они уложили Наташу спать, и Александр Павлович засобирался домой. Честно говоря, он устал за сегодняшний вечер, устал все время быть в напряжении, «на стреме», да и бессонная ночь давала о себе знать.

Уже в прихожей Валерия быстро прижалась к нему, спрятала лицо на груди, спросила глухо — пиджак ей мешал:

— Может, останешься, а?..

И тут Александр Павлович подумал, что для Валерии вредно находиться слишком близко к «портсигару»: он у нее совсем под носом очутился.

— Ты что? — ошарашенно сказал он. — Наташка ведь…

— Ну и пусть! Это было настолько непохоже на Валерию, что Александр Павлович испугался: а не переборщил ли он?

— Нет, не пусть, — взял за плечи, поцеловал: — До завтра, Лера.

Она крикнула вслед:

— Будь осторожен!

От чего, интересно, она его остерегала?..

…Только сев в машину и опустив стекло, он вспомнил о «портсигаре». Вытащил его, ударил по кнопке — выключил. Приборчик был по-прежнему холодным, будто и не работал вовсе. Александр Павлович закурил — еще бы, весь вечер протерпел! — и блаженно откинулся на сиденье. Можно было подвести кое-какие итоги. Приборчик действовал? Еще как! Что-нибудь он себе доказал? Себе — да. Доказательства налицо. Вон даже Наташа, как считал Александр Павлович, удивлена. Теперь бы суметь эти доказательства самой Валерии предъявить…

Подумал: а ведь с Наташей это он зря. Не надо было экспериментировать при девочке. Десять лет — возраст иллюзий. Завтра она проснется, к маме кинется, а мама-то на вчерашнюю непохожа. На позавчерашнюю она похожа. На позапозавчерашнюю. На всегдашнюю. Прямо хоть включай «портсигар» и оставляй его в квартире навечно — где-нибудь под шкафом или за батареей, пока не сломается. Если в нем есть чему ломаться… Ладно, утром Валерия в институт уйдет, Наташка — в школу, утром им не до сантиментов будет, некогда, а в два десять Александр Павлович подъедет к школе и увезет девочку в цирк. Там тоже будет сказка.

4

Наташа не задержалась: ее пунктуальность не отличалась от маминой. В два десять прозвенел звонок с урока — Александр Павлович услышал его, сидя в машине: на улице тепло, окна в школьном здании открыты, — а через две минуты увидел Наташу, бегущую к нему через двор.

Она уселась в машину, аккуратно хлопнула дверью, с ходу спросила, даже не поздоровавшись:

— Что вчера было с мамой?

— С мамой?.. — Александр Павлович вопрос понял, но не знал, как ответить, и тянул время. — А что вчера было с мамой? По-моему, ничего. Мама как мама.

— Не как мама. Я даже не думала, что она может быть такой… — Наташа поискала слово, — домашней какой-то. А сегодня она проснулась злая-презлая.

— Наверно, не выспалась, — предположил Александр Павлович. — Не бери в голову, Наталья, все пройдет… И в конце концов — здравствуй.

— Ой, простите, здравствуйте, — улыбнулась Наташа.

— Не передумала — в цирк?

— Что вы! Еле дотерпела.

— Ну потерпи еще минут десять. Здесь недалеко.

…Выключенный «портсигар» лежал в кармане. Выходит, Валерия преотлично помнила все, что происходило вчера вечером. Помнила — да, но понимала ли? Не исключено, что понимала, иначе почему бы ей просыпаться «злой-презлой»?.. Кстати, на кого — злой? На Александра Павловича? Вряд ли. Ей и в голову наверняка не пришло, что именно Александр Павлович стал причиной… чего?.. ну, скажем, сдачи позиций, завоеванных ею в смертельных боях за равноправие. На себя она злится, себя она винит. И, не исключено, в том и винит, что необъяснимо и вдруг изменила свое отношение как раз к Александру Павловичу. Сама изменила, про «портсигар» ей неведомо…

А если и вправду сама изменила?

Александру Павловичу лестно было думать именно так. Да и что такое «портсигар», если всерьез разобраться? Фокус, не более…

Он загнал машину на тротуар — вплотную к служебному входу в цирк, под «кирпич». Нарушение, конечно, но милиция смотрит на это сквозь пальцы: квадратный тупичок между бетонным забором рынка и боковой стеной старого циркового здания издавна, хотя и негласно, считался суверенной территорией цирка.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация