Книга Бабы строем не воюют, страница 31. Автор книги Евгений Красницкий, Ирина Град, Елена Кузнецова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Бабы строем не воюют»

Cтраница 31

– Маманя-а-а!!! – басом отозвалось любящее чадо, и Млава, сминая девичий строй – несколько девок, оказавшихся у нее на пути, с визгом полетели наземь – затопала к матери на подмогу.

Неповоротливую медлительную девчонку будто подменили: сейчас она, подвывая, перла вперед со скоростью и решимостью молодого бычка.

Выбор у Млавы хоть и невелик, но все-таки имелся: кинуться на отроков, оттягивавших левую руку Антонины, или на тех, кто – правую. Впрочем, на колебания Млава потратила всего лишь мгновение – дело решила корзина со снедью в правой руке матери! Повинуясь зову желудка, Млава рванула спасать самое дорогое.

Огромная, только немного поменьше мамашиной туша с разгону буквально смела двух отроков, которые удерживали правую руку Тоньки и слишком увлеклись этим нелегким делом, чтобы вовремя среагировать на новую опасность. Один кубарем откатился в сторону, а второго унесло спиной вперед, под горку, прямо под копыта запряженной в Тонькину телегу лошади. Та испуганно всхрапнула, подала назад, одно колесо съехало с мостков, телега опасно накренилась и перекосилась, а лошадь замерла на месте, ошалело глядя на всеобщую суматоху.

Правая рука рвущейся вперед изо всех сил Антонины внезапно освободилась, и поступательное движение ее необъятных телес, остановленное было отроками, превратилось в циркуляцию – бабу занесло, как сани на крутом повороте, а увесистая корзина, описав геометрически безупречную дугу, врезалась во вторую пару отроков. Полетели в разные стороны мешочки, свертки, туески, горшочки… И отроки. Антонина тоже летела – сначала по кругу, а потом, когда пораженные корзиной отроки выпустили кнут, по прямой, и, как на грех, прямо на перила моста, которые, вне всякого сомнения, столкновения с Тониной тушей не выдержали бы.

Плавать бы матери Млавы в крепостном рву, но опять Господь смилостивился: ноги Антонины не поспели за разогнавшимися телесами, и баба плюхнулась на живот, прямо под ноги еще троим отрокам, кинувшимся наперехват. Двое споткнулись об Антонину и упали, а третий, видать более ловкий, сумел перепрыгнуть колыхавшееся тело, но, приземляясь, наступил ногой на что-то мягкое, не иначе – съедобное и наверняка вкусное, выпавшее из корзины; поскользнулся на размазавшейся начинке и тоже упал. Баба с девчонкой в мгновение ока повергли на мостовой настил семерых доспешных отроков! Побоище, да и только!

При виде такого бедствия Млава, завывая на всю округу, с разбегу налетела на образовавшуюся куча-малу и поперла чуть ли не по головам и телам не успевших откатиться с ее дороги мальчишек. Наступив в давке на кого-то так, что к ее трубному гласу и Тонькиному воплю добавился отчаянный мальчишеский вскрик, девка пнула, не глядя, чей-то бок, уцепила мать за руку и рванула изо всех сил, помогая подняться.

Дальнейшее более всего напоминало облавную охоту, когда псы загоняют не успевшую завалиться в берлогу медведицу и отчаянно крутятся вокруг нее, проворно уворачиваясь от могучих лап, чтобы их не подмяли в давке, пока не подоспеют на подмогу хозяева с рогатинами. Только сейчас «медведиц» было двое: донельзя разозленная, злобно пыхтящая Тонька, которой удалось-таки встать на ноги с дочерней помощью, и орущая, будто ее режут, Млава. Сама Лепеха крутилась на месте и размахивала кулачищами во все стороны, словно отгоняла мух, безуспешно пытаясь задеть вертких мальчишек. Подоспевшие к месту боя отроки мокрыми рушниками висли у нее на руках и плечах, сковывая движения хоть и огромной, но неповоротливой, как колода, бабы. Млава, переваливаясь и косолапя, на удивление стремительно металась вокруг, налетая на противников и с разбегу сшибая тех, кто не успевал увернуться.

Кто-то, неудачно попав под удар хоть и бабьей, но увесистой десницы, или отлетев от Млавиного объемистого живота, рухнул с разгона на перила моста и, с треском проломив их, кувырнулся в старицу – хорошо, на мелкое место; кто-то воткнулся головой в сложенные для какой-то надобности жерди и обрушил их под ноги дерущимся, усугубляя потери среди защитников крепости: несколько мальчишек уже корчились в сторонке, держась за ушибленные или отдавленные места.

Вдобавок ко всем бедам сломанные перила каким-то образом нарушили хрупкое равновесие, которое до сих пор сохраняла накренившаяся телега, и она тоже стала перекашиваться. Еще чуть-чуть и рухнула бы в старицу, увлекая за собой лошадь, да спасибо, двое отроков заметили ее бедственное положение и, отвлекшись от битвы, подскочили к несчастной животине, безвинно попавшей в эту передрягу, и проворно обрезали ножами упряжь. Телега тут же ухнула вниз с моста, к счастью никого не придавив.

С недостроенной крепостной стены за всей этой суматохой с наслаждением наблюдала чуть ли не вся артель Сучка во главе со своим старшиной. При первых Тонькиных криках плотники безошибочно определили, что у ворот намечается великолепный скандал, и, не желая пропускать такое развлечение, подтянулись поближе к месту событий. Теперь, благодаря своей предусмотрительности устроившись со всеми удобствами, словно на представлении заезжих скоморохов, они любовались этим воистину эпическим побоищем, увлеченно комментируя происходящее и подбадривая обе противоборствующие стороны:

– С заду, с заду заходите, ребята!

– Да куда ж ты бьешь-то? Ну бабы, ничего не соображают, весь кулак о кольчугу ободрала!

– Ага! В рыло надо, в рыло…

– Ой, на пироге поскользнулась…

– А с чем пирог-то?

– Да не видно отсюда. Ничего, она, гляди, на парня уселась, щас из него тоже начинка полезет!

– Спорим на твою стамеску, что бабы одолеют?

– Ногой, ногой… Ну кто ж так бьет? Под микитки надо!

– А-а-а!

– Лови его! Щас сверзится!

– Пущай летит, веселее будет!

Арина, сопровождавшая девиц на очередной урок, в первый момент растерялась: она никак не ожидала, что вечно сонная толстуха способна на такую прыть, и не успела перехватить девку, когда та внезапно рванулась на помощь мамаше, а теперь не знала, как вытащить ее из свалки. Ясно же, что никакие слова наставницы та сейчас просто не услышит, а уж с самой Тонькой, похоже, и десятку отроков справиться не под силу.

Девки, кое-как подняв пострадавших от Млавы подружек, сбились в кучку и, вытягивая шеи, испуганно охали и ахали, но сами потихоньку подтягивались поближе к месту происшествия. И, как назло, поблизости не было видно ни одного наставника! Выходило, что, кроме нее, и вмешаться некому. Арина в смятении поняла, что просто не знает, как быть, но что-то делать надо, и немедленно! Она все-таки шикнула на девиц, приказав им оставаться на месте, а сама неуверенно шагнула вперед. На ее счастье с другой стороны к дерущимся уже подскочила вездесущая Верка.

– Арина! Млаву держи! С Тонькой я сама… – крикнула она молодой наставнице поверх голов отроков. Замерла на мгновение, словно оценивая опытным глазом поле боя и расстановку сил на нем, и, набрав в грудь воздуха, вдруг рявкнула во всю глотку, легко покрывая голосом шум битвы:

– Р-разойди-и-и-ись!!!

Впрочем, кричала она, оказывается, больше для разгона, так как дожидаться, пока отроки или Лепеха услышат этот отчаянный призыв, Верка не стала. С пронзительным визгом, больше напоминавшим боевой клич, она как в воду нырнула в самую середину свалки, ловко увернулась от тяжелых Тонькиных кулаков и вцепилась растопыренными пальцами прямо в красную физиономию толстухи, буквально повиснув на ней всем своим, тоже не очень маленьким весом. Взревев от резкой боли, почти ослепленная Лепеха сразу забыла про всех остальных противников и попыталась отодрать от себя новую напасть. Не тут-то было! Легче весеннего клеща от пса оторвать, чем бабу, дорвавшуюся наконец до противницы. Видать, крепко когда-то родственница десятника насолила жене увечного ратника.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация