Книга Вампир, мон амур!, страница 61. Автор книги Анна Ольховская

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Вампир, мон амур!»

Cтраница 61

– Твой брат что, извращенец, что ли?

– Раньше вроде ничего подобного за ним не замечала, – поддержала игру Лана. – Ярик всегда интересовался вполне симпатичными девушками, акцентирую – именно девушками, то есть представительницами человеческого вида.

– И живыми. А теперь я даже подходящий термин для его психического отклонения подобрать не могу. Некрозоофил?

– Думаю, стоит добавить еще и приставку «геронто», та самка гиены, труп которой Яромир нацепил себе на талию и приволок сюда, явно сдохла от старости.

Выражение триумфа, с которым Дина явилась на встречу с двумя отвратительными красотками, находившимися теперь в ее полной власти, ошарашенно икнуло и самым ренегатским образом шмякнулось на пол, уступив место злости. Девица отклеилась от Яромира, подбежала к связанным пленницам и врезала ногой сначала одной, потому другой. А поскольку нога была обута в кроссовку, удары получились весьма болезненными. Особенно если учесть, что метила взбесившаяся Диночка в лица. Из лопнувшей губы Осеневой, которой досталось первой, заструилась кровь, Лане, успевшей заслониться связанными руками, удар пришелся по предплечью. Тоже мало приятного, но Ленке досталось больше.

А Квятковская, похоже, вошла в раж и никак не могла оттуда выйти. Она пинала и пинала беспомощных девушек, матерясь при этом так, что смело могла бы преподавать на ускоренных курсах боцманов. В крайнем случае – грузчиков.

Яромир какое-то время безучастно наблюдал за избиением, потом посмотрел на часы и окликнул увлекшуюся подружку:

– Джулия, нам пора, солнце ждать не будет. Сама же торопилась, говорила, что в следующий раз звезды нужным образом сойдутся только через полгода.

– А который сейчас час? – тяжело дыша, уточнила девица.

– Три минуты одиннадцатого.

– Ох ты, до полудня совсем мало осталось! Ну ничего, сучки, – с ненавистью посмотрела она на пленниц, – скоро вам станет не до выпендрежа. Червями ползать передо мной станете, умоляя о пощаде, спесивые б…!

– Интересно, – простонала Лана, повернув голову к подруге, – курс русского матерного входит в программу обучения библиотечного института или эта твоя Динь-Динь талантливая самоучка?

– Заткнись, тварь! – Ну вот, отвлеклась и тут же была наказана за это – губа ойкнула и залилась кровавыми слезами.

Не то чтобы так уж больно, скорее – противно. Вкус свежей крови никогда не лидировал в хит-параде Ланиных жизненных приоритетов. Зато заплевать адидасовские кроссовки можно весьма креативненько.

– Яромир, не стой столбом! – завизжала белесая «крыса», отпрыгнув от вообразившей себя верблюдицей-затейницей Ланы. – Грузи этих сучек в машину! Быстрее, нам еще на остров переправляться!

– А нечего было тут ногами махать, – огрызнулся мужчина, приблизившись. – Давно бы уже к озеру ехали.

– Что-о-о?! – Бледно-голубые глаза злобно прищурились, тощая лапка протянулась к солнечному сплетению обнаглевшего раба, растопырившись, словно у атакующей совы, бледные губы зашевелились, выплевывая слова на совершенно чужом, не принадлежащем этому миру, языке.

Лана никогда не слышала, чтобы ее брат так кричал: хрипло, страшно, надорванно. Он застыл, словно изваяние, тщетно пытаясь заслониться руками от чего-то невидимого, но не мог даже пошевелиться.

Но то, что не могла увидеть подруга, видела Лена. Извивающееся щупальце мрака, протянувшееся от ладони ведьмы к солнечному сплетению Яромира. Оно словно ввинчивалось внутрь тела, причиняя, судя по крику, адскую боль.

– Прекрати! – не выдержала Лана. Удержавшаяся даже во время избиения маска брезгливого спокойствия не выдержала брызнувших из глаз слез и соскользнула на запачканный кровью пол. – Что ты делаешь, тварь?! Ты же убьешь его!

Еще секунда – и девушка, забыв об осторожности, разорвала бы веревки и самым бездарным образом отправила надежду на спасение курить бамбук. Но довольно болезненный (что было совсем несложно, учитывая недавнюю разминку милашки Динь) пинок со стороны Осеневой вернул Лану к адеквату.

Тем более что «крыса» прекратила завывания и опустила руку. А в следующее мгновение Яромир упал на колени и, уперевшись руками в пол, явил миру то, чем он сегодня завтракал.

– Простите меня, госпожа, – просипел он, отдышавшись.

– И учти, это было наказание всего лишь за непочтительное отношение, – холодно усмехнулась Квятковская. – Кара за малейшую попытку ослушаться там, на острове, во время проведения ритуала, будет гораздо страшнее.

– Да, госпожа.

– А теперь приступай.

Никогда еще Лана не ощущала себя мешком с картошкой, который небрежно взваливают на плечо, несут к открытому багажнику задрипанного «уазика» и бесцеремонно швыряют на грязный металлический пол. Но мешок не мог прошипеть «Ауч!», а она могла. И прошипела, ведь изображать стойкого партизана в данном конкретном случае было не перед кем. Разве что перед обтянутыми потертым кожзамом сиденьями, но тем было все равно.

Через две минуты рядом охнула Лена, затем на переднее сиденье вскарабкалась Квятковская, Яромир сел за руль, «уазик» взвыл и, трясясь, словно в падучей, двинулся с места.

За время путешествия на плече брата Лана не успела толком разобрать, где они, собственно, находились. Но точно не в городе и даже не в деревне, вокруг старого, явно заброшенного дома, возле которого стоял сарай, не было видно других строений. Наверное, что-то вроде кордона лесника или забытый хутор.

Дороги, судя по незабываемым ощущениям, в этом околотке не было вообще, иначе пленницы не мотались бы по багажнику, словно горошины в погремушке. Поэтому точно определить, сколько времени они ехали, Лана не смогла. По субъективным ощущениям – не меньше часа, а объективно, скорее всего, гораздо меньше.

Но вот наконец гордость еще советского, судя по состоянию, автопрома остановилась, и пленниц выволокли на свежий воздух. Действительно свежий, потому что машина замерла почти у самого берега то ли огромного озера, то ли моря. Во всяком случае, рассмотреть противоположный берег не удавалось. А вот небольшие острова – сколько угодно, потому что их макушки торчали на не таком уж большом расстоянии.

У самого берега мерно покачивался на волнах небольшой катер, привязанный к вбитому в песок колышку. Яромир вытащил обеих пленниц из багажника, сложил их компактной кучкой рядом с колышком и замер, ожидая, видимо, новых приказаний.

И в этот момент откуда-то издалека послышался странный стрекочущий звук, сначала тихий, он нарастал, превращаясь в рокот, потом – в грохот.

– Яромир, накрой их какой-нибудь тряпкой, быстро! – заорала Дина. – А вы, суки, только рыпнетесь – мало не покажется. Блин, что это я! Надо было еще в сарае сделать вас послушными, но вы меня отвлекли. Ничего, сейчас наведем порядок.

Бледно-голубые глаза внезапно стали черными, расширившиеся зрачки заполнили всю радужку, «крыса» наклонила голову и исподлбья уставилась на пленниц, словно гипнотизируя.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация