Книга Золото Спарты, страница 20. Автор книги Грант Блэквуд, Клайв Касслер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Золото Спарты»

Cтраница 20

— За что? — прохрипел он.

Бондарук подошел к стоящему на коленях Архипову и посмотрел на него сверху вниз.

— Я тебя не виню, Григорий, но в жизни за все нужно платить. Не замешкайся ты с Фробишером, Фарго бы не влезли.

Бондарук снова вскинул ружье, примерился к левой лодыжке Архипова и спустил курок. Ступня исчезла. Архипов вскрикнул и рухнул навзничь. Бондарук не спеша перезарядил ружье, методично отстрелил Архипову вторую руку и ногу и встал рядом, наблюдая, как подчиненный корчится в луже крови. Через тридцать секунд тот затих.

Бондарук поднял глаза на Холкова.

— Хотите получить его работу?

— Простите?

— Я предлагаю вам повышение. Вы согласны?

Холков перевел дыхание.

— Должен признать, ваш стиль руководства заставляет задуматься.

Бондарук улыбнулся.

— Да полноте. Архипов был бы жив, соверши он ошибку поправимую. Но он совершил непоправимую ошибку. Теперь в деле замешаны Фарго, и их присутствие слишком усложняет дело. Вам позволено ошибаться, но лишь до тех пор, пока остается шанс все исправить. Итак, ваш ответ?

Холков кивнул.

— Я согласен.

— Вот и славно! Что ж, а теперь нас ждет завтрак. — С этими словами Бондарук развернулся и пошел прочь; собаки потрусили следом. Их хозяин сделал несколько шагов и вдруг остановился, будто что-то вспомнив в последнюю секунду. — Кстати… Придете домой, не поленитесь, загляните на американские новостные сайты. Говорят, какой-то местный, а точнее, офицер полиции штата Мэриленд совершенно случайно набрел на полузатопленную немецкую субмарину.

— Неужели?

— Интересно, не правда ли?

Глава 12

Ла-Джолья

— Ты ведь не серьезно, правда? — воскликнул Сэм, глядя на Сельму. — Утраченная коллекция Наполеона… Это же всего лишь…

— Легенда, — закончила за него Реми.

— Вот именно.

— Не обязательно, — отозвалась Сельма. — Для начала давайте устроим небольшой экскурс в историю, чтобы вы поняли, о чем речь. Я знаю, что вы оба имеете некоторое представление о наполеоновской эпохе. Чтобы не надоедать лишними подробностями, я опущу описание ранних лет жизни и перейду сразу к военной карьере. Уроженец Корсики, Наполеон впервые проявил себя при осаде Тулона в тысяча семьсот девяносто третьем году и был повышен в чине до бригадного генерала, потом до генерала армии Запада, затем назначен командующим внутренними войсками и, наконец, командующим французской армией в Италии. В течение следующих нескольких лет он воевал в Австрии, откуда вернулся в Париж настоящим героем. Проведя несколько лет на Ближнем Востоке в ходе Египетской экспедиции — кстати, на фоне успехов Бонапарта она выглядит скорее как провал, — он возвращается во Францию, принимает участие в coup d'etat (иными словами, в государственном перевороте) и провозглашает себя первым консулом нового французского правительства. Годом позже, прежде чем развернуть вторую итальянскую кампанию, Бонапарт переводит войска через Пеннинские Альпы…

— Знаменитая картина, где он на коне… — вставила Реми.

— Верно, — согласилась Сельма. — Верхом на вставшей на дыбы лошади, взгляд решительный, губы плотно сжаты, рука указывает вдаль… Забавно, но в действительности все происходило несколько иначе. Во-первых, несмотря на распространенное мнение, на момент перехода через Альпы жеребца Наполеона звали не Маренго, а Штирия; новую кличку ему дали позже, в тысяча восьмисотом, через три месяца, дабы увековечить победу при Маренго. Самое смешное в том, что большую часть пути Наполеон проделал верхом на муле!

— Как-то не вяжется с героическим образом…

— Да уж. Во всяком случае, по окончании итальянской кампании Наполеон вернулся в Париж как победитель и через сенат провел декрет о пожизненности своих полномочий — дело шло к бессрочной, ничем не ограниченной диктатуре. Два года спустя он провозгласил себя императором. Примерно через десять лет Бонапарт завоевывает Европу. Он одерживает победу за победой — вплоть до двенадцатого года, года вторжения в Россию. Роковой просчет: русская кампания стала началом конца империи. Французы были вынуждены отступить в самый разгар суровой зимы; из великой наполеоновской армии выжил лишь каждый десятый солдат. Наполеон вернулся в Париж и наспех собрал новое войско, в тщетной надежде удержать завоеванное. В итоге наполеоновская армия потерпела поражение в Битве народов под Лейпцигом, и объединенные русские, австрийские, прусские и шведские войска вступили в Париж. Весной тысяча восемьсот четырнадцатого Наполеон отрекся от престола, уступив трон Людовику Восемнадцатому Бурбону, и месяц спустя отправился в ссылку на островок Эльба в Средиземном море. Его жена с сыном спаслись бегством…

— Не Жозефина? — спросил Сэм.

— Нет, другая. В тысяча восемьсот девятом Наполеон развелся с Жозефиной, по примеру Генриха Восьмого объявив причиной развода отсутствие наследника. Он женился на Марии Луизе, дочери австрийского императора, которая родила ему сына.

— Гм, продолжай…

— Примерно год спустя Наполеон бежит с Эльбы, возвращается во Францию и вновь собирает армию. Испугавшись грозного противника, Людовик бросает трон и страну; Наполеон вновь одерживает верх. Это и стало началом так называемых Ста дней — на самом деле все продлилось и того меньше. Менее трех месяцев спустя, в июне, Сто дней завершились окончательным разгромом Наполеона. Англичане и пруссаки наголову разбили французскую армию, обескровленную долгими годами войны, в битве при Ватерлоо. После очередного отречения англичане выслали Бонапарта на остров Святой Елены — кусок скалы размером с два Вашингтона, затерянный где-то посреди Атлантики между Западной Африкой и Бразилией. Там он провел оставшиеся шесть лет своей жизни и умер в тысяча восемьсот двадцать первом году.

— От рака желудка, — подсказал Сэм.

— Это общепризнанная версия, но многие историки полагают, что Наполеона убили: отравили мышьяком.

— Итак, — подвела итоги Сельма, — вот мы и вернулись к «утраченной коллекции». Миф возник в тысяча восемьсот пятьдесят втором году, когда некий контрабандист по имени Лионель Арьенн, исповедуясь на смертном одре, признался, что в июне восемьсот двадцатого, за одиннадцать месяцев до смерти Наполеона, в одной из таверн Гавра к нему подошел военный, всецело преданный опальному императору. Арьенн называл его просто «майором». Бонапартист нанял Арьенна, чтобы тот довез его на своем корабле — шхуне под названием «Сокол» — на остров Святой Елены; там они должны были забрать груз и доставить в секретное место — место военный обещал назвать после того, как они отплывут с острова. По словам Арьенна, шесть недель спустя они достигли берегов Святой Елены; в небольшой, затерянной меж скал бухте их встретил человек на весельной шлюпке с обещанным грузом — деревянным ящиком примерно два фута в длину и фут в ширину. Встав к Арьенну спиной, майор открыл ящик, проверил его содержимое, снова запечатал… и вдруг выхватил меч и зарубил человека в шлюпке. Тело обмотали куском якорной цепи и сбросили за борт. Шлюпку затопили… Так вот: дойдя до этого места, старый контрабандист испустил дух — оборвал рассказ на полуслове, унеся с собой в могилу тайну ящика. Ни о содержимом, ни о том, куда они с майором перевезли груз, он рассказать не успел. Казалось бы, тут истории и конец… и, наверное, так бы оно и было, если бы не Лакано.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация