Книга Вне подозрений, страница 90. Автор книги Джеймс Гриппандо

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Вне подозрений»

Cтраница 90

— Ну, если она убила Джесси из ревности, история со снимками вписывается в картину.

Эвелин призадумалась, потом покачала головой:

— Ступай, Джек. Ты вообще хоть когда-нибудь приносишь добрые вести?

— Буду работать над этим. — Он развернулся и направился к лифтам. И специально прошел мимо кафетерия, где сидела сестра Синди.

— Может, выпьем по чашечке кофе? — спросил он.

— С удовольствием.

Через несколько минут они подошли к лифтам. Джек надавил кнопку вызова. Двери открылись, они вошли.

— Хочу поговорить с тобой кое о чем, — сказал он.

— А именно?

— О снах.

Селеста переступила с ноги на ногу.

— Каких снах?

— Вот уже несколько месяцев Синди снится один и тот же кошмар. Что к ней приходит отец. Потом уходит, но говорит, что хочет забрать меня с собой. Ты не знаешь, почему ей снится именно этот сон?

Она не ответила.

Перед тем как закрылись двери лифта, Джек в последний раз взглянул на сидевшую в приемной Эвелин. Лифт пополз вниз.

Только тут он заметил, что Селеста бледна как полотно.

— Я думал, ты знаешь.

— Нет.

— Что ж, наверное, пришла пора и тебе узнать наши грязные семейные тайны.

— Весь внимание, — сказал Джек.

68

Джек сидел и ждал в темноте. Шторы на окнах были плотно задернуты. Здесь же, в гостиной, у Эвелин находился телевизор, но ему и в голову не приходило включить его или верхний свет. Он два часа сидел в одиночестве, прислушиваясь к каждому звуку пустого дома. Вот щелкнул и включился кондиционер, затем выключился. Из кухни доносилось мерное гудение холодильника. Дедовские напольные часы начали отбивать время.

После встречи с Селестой ему было над чем подумать. Она рассказала ему о скандале на кладбище, вызвавшем раскол в семье. Синди так верила в то, что ложь сестры довела отца до самоубийства, что даже призналась Селесте в своем намерении отравить ее. Мать тоже ополчилась на Селесту, но с одной весьма существенной разницей. Сестры в конце концов помирились, и Синди поверила в то, что обвинения в адрес отца вовсе не являются вымышленными. Мать же так и не простила Селесту, хотя знала, что дочь не лжет.

Вновь раздался звон часов. Четверть третьего. Джек приподнялся из кресла, то тут же вновь опустился в него. Какой-то новый звук. Он прислушался. Да, именно этого звука он и ждал. В замке входной двери повернулся ключ.


Эвелин повесила зонтик на вешалку в прихожей и включила свет. С полудня лил дождь и хлынул точно из ведра, как раз когда она вышла из такси перед домом. Но даже ураган не удержал бы Эвелин от возвращения домой.

Из прихожей она прошла прямо на кухню. Судя по звуку шагов, весьма решительно. На протяжении целого часа сидела она в больнице, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не броситься домой. Но это вызвало бы подозрения. Все это время она анализировала то, что сказал ей Джек, взвешивала свои возможности. Торопиться и предпринимать резкие шаги не стоило, зато теперь цель была ясна. Надо ехать домой, исправить досадную промашку.

Она включила на кухне свет. Взгляд тут же упал на разделочный столик. Он был пуст, и это неприятно удивило Эвелин. Сердце забилось. Она оглядела кухню, снова взглянула на столик.

Как же получилось, что его здесь нет?

Эвелин подошла к шкафчику, отворила дверцу. Тарелки, миски, миксер, открывалка — все на месте. Все, кроме того единственного предмета, который она искала.

Руки ее дрожали. Он должен быть здесь. Она заглянула в шкафчик под раковиной и увидела там лишь стойку для грязной посуды, моющие средства и бумажные полотенца. Тогда она начала открывать один шкафчик за другим, громко хлопая дверцами. Тарелки, хлебница, кастрюли, горшки и сковородки — больше ничего.

Тут в голову ей пришла мысль, и она бросилась в маленькую кладовую. Распахнула дверь и громко ахнула.

Там стоял Джек.

— Что ты… — начала она. И тут же осеклась, заметив, что он держит в руках. Продолговатую деревянную подставку, из которой торчали рукоятки ножей. Ее кухонный набор.

— Ты это ищешь, да, Эвелин? — спросил он.


Джек вышел из кладовой. Эвелин медленно отступила назад, в кухню. Он молчал — видно, ждал, что она заговорит первой. Она же продолжала отступать, пока не уперлась спиной в раковину.

— Что ты здесь делаешь? Я думала, ты поехал в полицию на встречу со следователем.

Он поставил набор на кухонный стол.

— Никакой встречи. Я соврал.

— Что? — с нервным смешком воскликнула она.

— Я все придумал.

— Но зачем?

— Знаете, на днях произошла одна странная вещь. Я наблюдал за тем, как моя бабушка нарезает тесто на полоски. Она левша, так что нарезала его сверху вниз, справа налево. Короче, это помогло мне понять, что Джесси Мерил убил именно левша. Об этом говорит угол надреза на запястье.

— А твоя жена правша! Нет, только подумать, ты был готов обвинить в убийстве ее! Стыд и позор!

— Это вам должно быть стыдно. Я все понял — сразу после того, как мы встретились с психиатром в больнице. Вы оказали мне любезность, решили сами расписаться на бланке. И только тут я заметил: вы у нас, оказывается, левша.

— Да как ты смеешь!

Он покосился на набор ножей на столе:

— Каким именно ножом вы пользовались, а, Эвелин?

— Нет, это просто смешно! У полиции есть нож. И он взят с вашей кухни. Его нашли в ванной, рядом с телом Джесси. Где и должны были найти, поскольку это самоубийство.

— Я не говорю о ноже, которым перерезали запястье Джесси. Я говорю о ноже, которым вы исполосовали наши свадебные снимки.

Она молчала.

— Вы искали, верно? Я навел вас на мысль, что полиция будет проводить экспертизу. Сравнивать нож, которым убили Джесси, со следами порезов на снимках. И вы испугались, что полиция нагрянет к вам в дом, так?

— Не болтай ерунды.

— Переезжая к вам, мы с Синди захватили с собой кое-какие вещи, в том числе и альбом с фотографиями. И лишь позже, уже в новом доме, Синди вдруг заметила, что часть снимков испорчена. Кто-то изрезал их ножом.

— Может, эта шлюха Джесси.

— Нет, не она. Вы сделали это, когда решили, что нам пора убираться из вашего дома. Когда Синди предпочла остаться со мной, а не с вами.

— Ошибаешься.

— Разве? Тогда, надеюсь, вы не возражаете, если я возьму эти ножи в полицию на экспертизу! Я заметил, что у одного из них очень характерное зазубренное лезвие. Должно быть, к этим зазубринам прилипли микроскопические частички фотобумаги. Надо сказать, эксперты в лаборатории способны творить настоящие чудеса.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация