Книга Горячий пепел, страница 20. Автор книги Всеволод Овчинников

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Горячий пепел»

Cтраница 20

Всю весну 1944 года Тодзио подхлестывал атомщиков. От руководителя проекта потребовали дважды в месяц докладывать штабу ВВС о ходе работ. Прислали военных инженеров, чтобы вести повседневное наблюдение за деятельностью научных групп.

6 июня 1944 года войска союзников открыли второй фронт в Европе. Поражение все громче стучалось и в японские двери. Неприступным рубежом были провозглашены Марианские острова. После первой мировой войны Токио управлял ими по мандату Лиги Наций. На самом крупном из них — Сайпане, кроме 30-тысячного гарнизона, находилось почти 25 тысяч местных жителей, в основном японцев.

Битва за Сайпан, начавшаяся 15 июня 1944 года, стала одной из наиболее упорных на тихоокеанском театре второй мировой войны. 70 тысяч высадившихся на острове американских морских пехотинцев опирались на мощную поддержку с моря и с воздуха, но больше трех недель не могли сломить сопротивление японского гарнизона.

Тут-то Тодзио и вспомнил об ученых, которые с его ведома занимались разработкой атомной бомбы. Вот если бы сбросить ее на Сайпан, чтобы остров стал общей могилой и для атакующих и для защитников! Разговоры на сей счет не раз велись в ставке.

И на фоне их в новом свете предстает императорский рескрипт от 1 июля 1944 года. В нем говорилось, что погибшим жителям острова будет предоставлен такой же духовный статус, что и воинам, отдавшим свои жизни в бою (то есть что таблички с их именами станут предметом поклонения в синтоистском храме Ясукуни).

Но до создания бомбы было еще далеко. Тодзио негодовал: ведь прошло два года с тех пор, как военное министерство поручило ученым взяться за эту задачу, и год с тех пор, как они ответили, что решить ее в принципе возможно!

Удержать Сайпан японцы так и не смогли. 9 июля 1944 года американцы полностью овладели островом. 18 июля правительство Тодзио, которое руководило страной с начала войны на Тихом океане, ушло в отставку.

В этот же день участники проекта «Ни» начали важный эксперимент по разделению изотопов урана. Сепаратор усовершенствовали и поместили в него 170 граммов шестифтористого урана. О ходе опыта регулярно докладывали командованию.

С того же дня, 18 июля, масштабы работ по созданию атомного оружия были существенно расширены. К поискам урановой руды, которыми до сих пор бесплодно занимался штаб ВВС, было решено подключить управление армейских вооружений, точнее говоря, его 8-й научно-технический отдел со штатом более пятисот человек.

Во главе отдела был поставлен инженер-майор Йоити Ямамото, по образованию геолог. А для научного руководства был приглашен профессор Сетоясу Иимори из Института физико-химических исследований. Он в свое время учился в Оксфорде и одним из первых в Японии начал заниматься радиоактивными элементами.

Иимори спроектировал и построил две обогатительные фабрики для урановой руды, которая должна была поступать участникам проекта «Ни» из Китая и Кореи. Но с ее добычей и транспортировкой возникло много трудностей, так что оборудование стояло без дела.

Теперь решено было сосредоточить усилия в пределах самой Японии. Ухудшающаяся военная обстановка не позволяла рассчитывать на ресурсы заморских территорий. Пришлось начать добычу низкокачественной руды в префектуре Фукусима. На месторождение близ города Исикава были мобилизованы старшеклассники из окрестных школ. Пятнадцатилетние подростки с утра до вечера долбили кирками склоны карьера, выбирали из груд отколотого камня куски черного цвета и на конных повозках доставляли их на обогатительную фабрику.

Однажды профессора Иимори неожиданно вызвали с рудников в ставку. Там его принял один из членов императорской фамилии. Стараясь не запачкать рукав военного мундира, он протянул ученому кусок горной породы:

— Я больше разбираюсь в биологии, чем в геологии, — сказал он. — Но камень этот показался мне необычно тяжелым. Проверьте-ка, профессор, нет ли в нем урана?

Находка оказались обыкновенным гранитом. Но Иимори был поражен: выходит, даже в высшем дворцовом кругу знают, что для атомной бомбы требуется уран…

Ставка на самоубийц

Правительство Ионаи, пришедшее на смену кабинету Тодзио, тоже предпочитало желаемое действительному и руководствовалось весьма сомнительными политическими установками. Во-первых, японцы надеялись, что, если нацистская Германия капитулирует, вслед за этим обострятся противоречия между участниками антигитлеровской коалиции, что помешает им перебросить силы на Дальний Восток.

Во-вторых, они считали, что окончание войны в Европе подорвет у союзников охоту сражаться на Тихом океане, тогда как у японцев боевой дух возрастет от сознания, что они оказались один на один с противником.

Наконец, в Токио полагали, что массированные бомбардировки, которым подвергалась Германия, не смогут быть повторены против Японии. Эта предпосылка была наиболее ошибочной, потому что, захватив остров Сайпан, американцы тут же начали строить там взлетную полосу для стратегических бомбардировщиков «Б-29», только что появившихся на тихоокеанском театре военных действий.

24 ноября 1944 года, когда миссия «Алсос» убедилась, что у гитлеровцев нет и до конца войны не может быть атомной бомбы, когда участники операции «Сорока» плыли на подводной лодке к американскому побережью, бомбардировщики «Б-29» совершили первый налет на Токио. Целью операции было уничтожить авиационный завод в Мусасино. Но поскольку он оказался скрыт облаками, бомбовый груз был сброшен на японскую столицу.

11 декабря кабинет министров призвал весь японский народ одновременно совершить молитву в честь богини солнца Аматэрасу. По преданию, в XIII веке таким способом удалось вызвать священный ветер (по-японски «камикадзе»), который разметал флот Хубилай-хана, приближавшийся к японским берегам. В Токио надеялись, что одновременная молитва 100 миллионов японцев сможет вновь создать сгусток духовной энергии, способной отвратить от Страны восходящего солнца угрозу вражеского вторжения.

Слово «камикадзе» вошло в обиход в новом значении. Газеты и радио заговорили о добровольцах, готовых пожертвовать жизнью, направляя свои самолеты и торпеды на корабли противника. Армия и флот начали формировать отряды самоубийц.

В то время когда над Лондоном впервые появились гитлеровские «Фау-1», крестьяне японской префектуры Нагано стали просыпаться по ночам словно от раскатов грома. Оклеенные бумагой оконные створки их жилищ вздрагивали от каких-то глухих взрывов. Сначала думали, что это американские бомбы. Хотя что могло понадобиться «летающим крепостям» в этой глуши? Надежно укрытый горными кряжами от обоих побережий, городок Мацумото знал о войне лишь понаслышке. Но вот старики, выжигавшие уголь на лесистых склонах, увидели, что ночное громыхание сопровождается вспышками пламени на школьном дворе.

Местная школа, расположенная в двух километрах от городка Мацумото, была реквизирована для военных нужд. Старшеклассников отправили отбывать трудовую повинность, а малышей распустили по домам. Однако старикам не удалось удовлетворить свое любопытство и узнать, для кого потребовалось освободить место: не только школьная территория, но и дороги, ведущие к ней, строго охранялись. Говорили, будто там испытывают какое-то новое секретное оружие.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация