Книга Противостояние, страница 28. Автор книги Юлиан Семенов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Противостояние»

Cтраница 28

— В руке.

— Записывайте: срочно связаться с Кокандом. Там в одном из отделений связи Милинко получал письмо из Тель-Авива от Ивана Журкина. Смотреть надо начиная с ноября по март — апрель и далее. Теперь: можно ли установить, кто, когда и кому вручал на фронте именные карабины, очень небольшие по размеру, хорошо укладывающиеся в чемоданчик, сделанный из металла, по виду похожий на алюминиевый, но сверху забран пробкой, чтобы не тонул. Посмотрите по аналогам, перелопатьте данные «Интерпола» и немедленно выходите на связь.

Костенко положил трубку, спросил:

— Ну а что ваши милинковские знакомцы рассказали?

— Хороший, говорят, мужик.

— Полезная информация.

— Да уж… Один, Лыков, помянул Петрову: «Мол, какая-то баба у него есть, с образованием, очки носила, он ее раз подвез к магазину». Петрова-то как раз очки носила, хотя это ее не портило, наоборот, сослуживцы говорят, делало привлекательной, глаза казались большими, как у совы.

— Вы глаза у совы видали?

— Ну и въедливый вы…

— Это как? Хорошо или плохо?

— Хорошо. Так вот, изо всех опрошенных знакомых Петровой только одна подруга знала о ее романе с Милинко.

— Конспираторы…

— Мотивировка занятная: «Если хочешь, чтоб мы были счастливы, — говорил он, — молчи про нашу любовь, иначе она — как бельмо на глазу, зависть одолеет».

— А что? Лихо мужик заворачивал. Профессионально, сказал бы я. С точным учетом женской психологии: единственное, что может остановить их откровения, — боязнь потерять любимого. Долгий он парень, этот Милинко, о-очень долгий…

— Теперь по поводу Коканда… Вы сказали, что он там письмо получал?

— Получал.

— Петрова родом из Коканда — вот в чем штука-то…

— Адрес установили?

— Запрос передал во Всесоюзный адресный стол, ждем.

— Нет, вы лучше звоните в Коканд, так вернее будет.


Капитан Урузбаев из Кокандского угро приехал к Клавдии Евгеньевне Еремовой поздно вечером, извинился, перешел сразу к делу:

— Когда же племянница ваша вернется? Мне надо ей письмо передать из Магадана. Ей и Григорию Милинко.

— Кому, кому? — удивилась старушка. — Какому Григорию? Лапушка ко мне одна в январе приезжала. Погостила и отправилась на работу, она теперь в Сибири работает…

— Где?

— На БАМе… А что?

— Да нет, ничего, вы мне хоть адрес скажите, я ей письмо перешлю — и гора с плеч.

— Так она мне адрес не оставила… Молодежь… Обещала написать, да вот до сих пор и пишет. На БАМе, на северном участке, очень хорошие оклады, масса льгот, лучше даже, чем в Магадане.

— Она долго у вас гостила?

— Да что вы! Забежала — я ж у нее одна на всем белом свете, — сказала, что специально сделала остановку в Коканде, и — на Север.

— Это когда было? В конце или начале января?

— Это? — переспросила старушка. — Погодите, милый, погодите… Отчего ж я вам про январь сказала?! Ах, да, она меня спутала, говорит, отдохну на море, а с января переберусь на БАМ. Она у меня осенью была, в октябре или ноябре, что правда, то правда…

— Может, я не к вам пришел? — сыграл Урузбаев. — Она чуть прихрамывает, эта Петрова?

— Да что вы?! Уж такая нежная, такая голубушка…

— Покажите ее фото, — сказал Урузбаев, — а то еще чужому человеку письмо оставлю…

— Пожалуйста, — ответила старушка, поднялась с кресла, стоявшего возле окна, проковыляла к комоду, открыла ящик, достала альбом, протянула капитану. — Вот смотрите. Вы, кстати, откуда?

— Мой брат в Магадане с нею работал, она по приискам, а он ревизором… Где ж ее фото, матушка? Тут одни старухи…

— Какие ж старухи? — обиделась Клавдия Евгеньевна. — Вы смотрите пятую страницу. Вначале мы, сестры, потом наши мужья-покойники, а уж после — лапонька и внук Ирочки, Гоша…

Урузбаев протянул старушке альбом: все фотографии Петровой были аккуратно вынуты, все до одной.

— Боже мой! — всплеснула руками старушка. — Да как же так?!

— Вы из комнаты выходили, когда племянница к вам заезжала?

— Конечно! То на кухню, то к Заире — взять тмин, я ж пирог пекла, то в лавку, за лимонадом… Боже ты мой, что ж это такое, а?!

(За давностью отпечатков пальцев на альбоме установить не удалось. Потом, однако, экспертиза уточнила: следы есть, но рисунок не читается, фотографии вынимали в перчатках.

Никаких других сведений о Петровой в Коканде собрать не смогли.

А Милинко действительно письмо «до востребования» из Израиля получил. Подпись, впрочем, неразборчива. Паспорт предъявил свой. Образец подписи отправили в Москву.)

13

…Жуков дождался, пока Костенко кончил заниматься утомительной гимнастикой, и, перед тем как тот отправился в душ, сказал:

— Вашу девушку выгнали с работы.

— Какую девушку? — удивился Костенко.

— А журналистку.

— Да вы что?!

Жуков достал из кармана газету, сложенную трубочкой, бросил на стол:

— За вашу информацию.

Костенко развернул газету, нашел в нижнем правом углу маленькую заметку «Ночи будут без страха», отметил, что под корреспонденцией стояло «Кира Королева». «Уроки «Комсомолки», — подумал он, — молодец, девчонка».

— А в чем, собственно, дело? — спросил Костенко. — Она не переврала ни одного моего слова, только добавила про нашу работу, мужество, закон и все такое прочее, красиво подала. В чем же дело?

Жуков пожал плечами:

— В нашем городе — и вдруг «кошмарные преступления»? Быть такого не может, потому что не может быть никогда… Первого секретаря нет, в Академии общественных наук защищает докторскую, председатель исполкома уехал по районам — заступиться было некому, сработала машина чиновной перестраховки.

— Исполком далеко? — спросил Костенко.

— За углом. Но нет смысла.

— Не надо бежать поступка, Жуков. Легче всего, когда «нет смысла». А вот правильнее будет поступить!

— Ну-ну, — усмехнулся Жуков. — Валяйте.


— Вам докладывали обстоятельства дела, над которым мы работаем?

— После статейки запросил, — ответил зампред исполкома.

— Значит, статья пошла на пользу?

— Нет, во вред! Вы думаете, противник не воспользуется этой статейкой! Думаете, не появится по разного рода «голосам» сообщение о росте бандитизма!

— Одна минута, — сдерживая себя, чтобы не сорваться, медленно произнес Костенко. — Кто где хозяин? Неужели эти самые «голоса» имеют хоть какую-то силу?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация