Книга Свинцовая совесть, страница 17. Автор книги Владимир Колычев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Свинцовая совесть»

Cтраница 17

Дробов вошел в сени с одной стороны, а крепко сбитый лысый парень выскочил туда с другой. Почуял боевик неладное, даже ствол успел из кобуры выдернуть, но Глеб резко взял в сторону, чтобы не попасть под пулю, и тут же выстрелил. Адреналин выброшен в кровь, движения у него четкие, стремительные, сознание работает как хорошо отлаженный механизм.

Пистолет без глушителя, поэтому грохот выстрела раскатился по всему дому. Но Глеб в движении, он уже в проходе между комнатами, входит в одну, видит двоих и лежащую на столе девушку. Узкоглазый насильник встревожен, он отстранился от жертвы, и она медленно переворачивается на бок, чтобы соскочить со стола. Насильник без штанов, в одной майке, оружия при нем нет, но он тянется к стулу, где лежит его ствол. Зато второй боевик наставляет на Глеба оружие. Только слишком уж медленно он это делает. Шансов спастись у него нет…

Парень явно стоял в очереди за «сладким», наблюдая за «пиршеством» своего дружка. Но не повезло ему, точным выстрелом Глеб убил его и тут же уложил узкоглазого.

Девушка смотрела на него с ужасом и каким-то восторгом, но Глебу сейчас не до нее. Он даже не стал заходить к ней в комнату. С пистолетом на изготовку он обошел весь дом, заглянул на чердак, но больше никого не обнаружил. Не было нигде Ольги. А подвала в доме нет, чтобы искать ее там. Хотя она могла находиться в баньке, которую он видел на окраине двора. Глеб осторожно проследовал туда, но никого не нашел. И в дровяном сарайчике ни души, кабинка туалета пустая.

Вероника уже оделась, когда он зашел к ней в комнату. Розовые спортивные брюки на ней, футболка, надорванная на груди. Она забилась в дальний угол между стеной и сервантом, затравленно наблюдая за Глебом.

– Ты меня не бойся, я тебя не обижу, – сказал он.

Увы, он не мог торопиться, тем самым подвергая себя смертельному риску, поэтому пробирался к дому осторожно, теряя драгоценное время. Зато бандиты действовали напористо, не успели приехать, как всей стаей набросились на беззащитную девушку. Один уже успел развлечься, второй только вошел в раж… Не успел Глеб выдернуть Веронику из-под бандитов до того, как они ее испоганили. Он очень жалел об этом, но не горевал. Не та обстановка сейчас, чтобы рвать на себе волосы.

Дробов еще раз обошел дом, заглянул под кровать в спальне, открыл шкаф. И на печке никого не нашел.

Дом еще новый, но без изыска – стены из тесаных бревен, между которыми проглядывался пыльный утеплитель, мебель простая, дешевая, из сосны, в горнице печка кирпичная, в спальне – чугунная. Банька во дворе простая, деревенская, из тех, что топятся по-черному. Да и не нужна здесь роскошь, не для того строили бандиты этот дом, чтобы шиковать…

Все удобства на улице, но в спальне Глеб нашел глубокую эмалированную миску. Судя по запаху, в нее справляли малую и, возможно, даже большую нужду. В углу стояло ведро – опорожненное, но все-таки грязное, вонючее. А в тумбочке Глеб нашел моток окровавленных бинтов. И на стене над кроватью виднелись бурые пятна. Постель была заправлена, Глеб сорвал покрывало, осмотрел простыню. Грязные пятна на ней – и пятна мочи здесь, и кровь. Похоже, лежавший здесь человек был серьезно ранен…

Дробов покинул дом, отыскал выгребную яму, нашел там окровавленные бинты, тампоны, грязные пеленки. Затем вернулся в дом. Вероника уже сидела на диване и тупо, с ненавистью смотрела на труп своего насильника. Увы, но все бандиты были мертвы. Не в том положении во время боя находился Глеб, чтобы думать о «языке». Если бы знать, что этот узкоглазый – конечная цель его рейда. Но ведь он думал, что и после него придется убивать, потому и не пощадил его. Не мог он оставить свой тыл неприкрытым.

Девушка вздрогнула, учуяв Глеба, резко развернулась к нему. Веса в нем относительно немного, полы под ним не прогибаются, походка у него мягкая, бесшумная, потому и заметила она его так поздно.

– Не бойся ты, – улыбнулся он. – Не съем я тебя.

– Кто вы такой?

– Спецназ. Обычный армейский спецназ. Здесь должна была быть моя женщина. Но ее нет…

Глеб подошел к стулу, до которого так и не дотянулся узкоглазый. Пистолет там лежал. Все тот же «стечкин». Была еще и «беретта», но ее еще нужно было вытащить из руки второго покойника, а хватка у того мертвая.

– Вооружен, но уже не опасен, – усмехнулся Дробов.

«Беретту» он забирать не стал, но «стечкина» взял. Должен пригодиться.

– Что мне с тобой делать, Вероника? – спросил он, озадаченно глянув на девушку.

– Я ничего никому не скажу! – в ужасе сжалась она в комок.

– Что ты не скажешь? – не сразу понял Глеб.

– Это не вы убили его! – она взглядом показала на узкоглазого.

– А кто?

– Не знаю…

– Бедная ты девочка…

Глеб присел на диван, рукой мягко провел по ее плечу и тут же снова поднялся, подошел к окну, чтобы наблюдать за воротами. Приласкать ему вдруг захотелось это несчастное создание, обнять, утешить. Красивая она, милая, но как женщина Вероника ничуть его не волновала. Отцовское чувство к ней появилось. Ведь у него тоже есть дочь, и она могла попасть в такой же переплет, не сейчас, так позже.

Но не мог он поддаться порыву нахлынувших чувств. Вдруг Вероника не так его поймет, обозлится на него?

– Я знаю твою историю. Свирид застрелил твоего парня у тебя на глазах.

– Застрелил, – с ожиданием глядя на Дробова, кивнула девушка.

– Ты опасный для него свидетель, поэтому ты здесь.

– Они собирались изнасиловать меня и убить. Разрезать меня на мелкие кусочки… Сначала свадьба, потом похороны…

Вероника скривилась, пытаясь сдержать нахлынувшие слезы, но не выдержала, закрыла лицо сведенными вместе ладонями.

– Я убивать тебя не собираюсь… Хотя, конечно, не хотелось бы вешать на себя трупы. Здесь не война, и я не на боевом задании. Я свою женщину ищу. Она должна быть здесь со Свиридом. Но ее здесь нет. А насчет Свирида я не знаю, я его в лицо не видел… Может, он где-то здесь? – Глеб обвел взглядом комнату.

– Нет его здесь. Он уехал…

– Куда?

– Не знаю.

– Решил, что с тобой все кончено, и вернулся домой?

– Вряд ли. Этот сказал, что он на другую точку уехал. – Вероника показала на покойника с «береттой» в руке. – Смит его кличка. Он дом здесь охранял. А этот меня сюда привез, – глянув на узкоглазого, сказала она. – Киргиз его зовут… Как же я его ненавижу! – истерично всхлипнула девушка и снова закрыла руками лицо. – Всех ненавижу!

Глеб успокаивать ее не стал: сама в чувство придет, когда наплачется. Он вышел в сени, вытащил оттуда труп бандита, столкнул его с крыльца, затащил под дом, рядком с ним уложил еще двоих. Обыскал всех троих, забрал документы, деньги, телефоны и оружие – «стечкин» и «беретту»; оставил одному из них свой трофейный, запятнанный кровью, пистолет. И свои метательные ножи он тоже забрал.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация