Книга Дело о девушке с календаря, страница 32. Автор книги Эрл Стенли Гарднер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дело о девушке с календаря»

Cтраница 32

– Что произошло потом?

– Потом прозвучала сирена, и ворота закрылись.

– Дальше.

– Потом мистер Анслей подошел к воротам, попытался открыть их и, видимо, включил сигнал тревоги…

– Протестуем как против умозаключения свидетеля. Просим в протоколе вычеркнуть, – сказал Дру.

– Не возражаю, – согласился Мейсон. – Рассказывайте о том, что случилось дальше.

– Зазвучала сирена, зажглись прожектора, освещающие территорию, и мы услышали лай собаки.

– Потом?

– Мы стали перелезать через стену. Когда мы забрались наверх, к стене подбежала собака, она лязгала зубами у самых наших ног и старалась прыгнуть за нами.

– Дальше.

– Потом мы спустились со стены с другой стороны.

– Вы можете назвать, в какое время это было?

– Чуть позже одиннадцати часов.

– Что происходило дальше?

– Мы подошли к воротам.

– Что случилось там?

– Мы обнаружили телефон.

– И что сделали?

– Вы говорили по телефону.

– Одну минутку, одну минутку, – возразил Дру. – Это некомпетентно, невещественно и не имеет отношения к делу. Это умозаключение свидетеля.

– Это не умозаключение свидетеля, – ответил Мейсон. – Было бы умозаключением, если бы я спросил ее, с кем я разговаривал, но она показывает только тот факт, что я говорил по телефону. Я действительно говорил по телефону, и только это она показывает.

– Продолжайте, – обратился судья к Делле Стрит, – возражение отклоняется. Не пересказывайте нам, что говорил мистер Мейсон, с кем он говорил, рассказывайте только то, что происходило.

– Да, ваша честь. Затем мистер Мейсон повесил трубку и… Имею ли я право показать, что он мне говорил?

Судья Эрвуд покачал головой:

– Если обвинение будет возражать, то нет.

– Мы возражаем, – сказал Дру. – Это действительно показания с чужих слов, а свидетель должен говорить только о фактах, имеющих отношение к делу.

– Я думаю, что это имеет самое прямое отношение к делу, – заявил Мейсон. – Мы как раз сейчас подходим к части, которую я считаю очень важной.

– Хорошо, – сказал Эрвуд. – И что же произошло, мисс Стрит?

– После того как мистер Мейсон поговорил по телефону, я взяла трубку и продолжала через равные промежутки времени нажимать кнопку вызова.

– И что случилось?

– Мистер Борден ответил на вызов.

– Минуточку, минуточку, – заволновался Дру. – Мы требуем вычеркнуть это из протокола как умозаключение свидетеля. Это бездоказательно.

Судья обратился к Делле Стрит, лицо его выражало явную заинтересованность.

– Вы утверждаете, что ответил мистер Борден?

– Да, сэр.

– Вы знали его при жизни?

– Нет, ваша честь.

– В таком случае откуда вам стало известно, что это мистер Борден?

– Он так сказал.

– Другими словами, голос в телефонной трубке заявил, что вы разговариваете с мистером Борденом?

– Да, ваша честь.

Эрвуд покачал головой:

– Возражение обвинения принято. Это действительно умозаключение свидетеля. Однако свидетель имеет право как можно точнее пересказать беседу, состоявшуюся по телефону.

– При всем нашем уважении к суду, – вскочил Дру, – и несмотря на то что вопрос задан вашей честью, мы вынуждены заявить возражение, поскольку нельзя доказать, что у телефона был Меридит Борден.

Судья снова покачал головой:

– Адвокат уже обосновал данный вопрос, установив, что телефон у ворот был связан прямо с домом. Теперь мисс Стрит показывает, что нажала кнопку вызова на телефоне и говорила с кем-то. Она имеет право рассказать о беседе. То, что ее собеседником являлся Меридит Борден, должно быть подтверждено либо прямыми, либо косвенными доказательствами. В данном случае суд утверждает, что косвенные доказательства выглядят вполне убедительно. Согласно показаниям обвинения мистер Борден был в доме один. Согласно показаниям данной свидетельницы, какой-то мужчина ответил по телефону. То, что мужчина сказал, будто он является мистером Борденом, вовсе не означает, что так и было в действительности, это уже установлено, но я разрешаю свидетельнице дать показания по поводу этого разговора.

Делла Стрит продолжала:

– Мужской голос спросил, кто звонит. Я сказала, что мы просто прохожие и хотели бы поговорить с мистером Борденом. Мужчина ответил, что он – мистер Борден и просил бы его не беспокоить, но я заявила, что дело не терпит отлагательства, так как молодая женщина попала в автомобильную катастрофу и, скорее всего, находится где-то на его территории. Мужчина подтвердил, что действительно кто-то трогал ворота, нажал на кнопку охранной сигнализации и тем самым открыл клетки со сторожевыми собаками. Он пообещал выключить прожектора и отозвать собак и сказал, чтобы мы не волновались, так как собаки не нанесут вреда: они выдрессированы таким образом, что заставляют человека стоять неподвижно до прихода хозяина. Потом голос спросил, кто я такая, но я отказалась назвать свое имя, сказав, что просто проходила мимо.

– Что было дальше? – спросил Мейсон.

– Я повесила трубку и сказала вам… Нет-нет, – Делла улыбкой попросила прощения у обвинения, – я знаю, что не имею права говорить об этом.

– В какое время это было? – спросил Мейсон.

– Разговор по телефону происходил минут в десять-пятнадцать двенадцатого.

– Что мы сделали потом?

– Потом мы отвезли мистера Анслея назад, в ночной клуб «Золотая сова», где он пересел в свою машину.

– До какого времени мы были с Анслеем?

– До одиннадцати тридцати, может быть, одиннадцати тридцати пяти.

– Следовательно, основываясь только на том, что знаете сами, вы можете указать местопребывание обвиняемого по делу в любой отрезок времени от двух-трех минут одиннадцатого до одиннадцати тридцати вечера понедельника?

– Да.

Мейсон обратился к Дру:

– Можете допрашивать.

– У нас нет вопросов к этому свидетелю, – с широкой улыбкой заявил Дру.

– Вы не будете допрашивать? – удивился Эрвуд.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация