Книга Счастливый билет, страница 17. Автор книги Линн Грэхем

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Счастливый билет»

Cтраница 17

Наварр расстегнул молнию у нее на платье, провел пальцами ей по спине и легко справился с застежкой на бюстгальтере. Тоуни содрогнулась в предвкушении, колени у нее подогнулись, когда он обхватил ей груди и стал массировать до боли напрягшиеся соски. Он касался ее именно так, как она хотела. Она никогда не думала, что желание может стать таким сильным, что ей будет тяжело даже просто стоять на ногах. Она повернулась у него в объятиях и, целуя его, стала стягивать пиджак с его широких плеч. На мгновение Наварр отступил, скинул пиджак, выправил из-под пояса рубашку, чтобы ее расстегнуть.

От одного взгляда на него у нее пересохло во рту. Ей хотелось дотронуться до него, ощутить его кожу под пальцами, попробовать ее на вкус… Словно он изменил ее изнутри и научил желать того, о чем она раньше никогда и не думала. Тоуни подняла руки и провела ими по его твердому животу, радуясь теплу его кожи и тому, как напрягаются его мускулы под ее пальцами и как учащается его дыхание.

Наварр приподнял ее и снял с нее платье. Тоуни почувствовала себя совсем голой в туфлях на высоких каблуках и белых шелковых трусиках. Он присел на край кровати и устроил ее у себя между бедрами, потом, чувственно покусывая ее нижнюю губу, просунул руку под шелк ее нижнего белья и потер самую чувствительную на ее теле точку так искусно и так ритмично, что из горла у нее вырвалось хриплое прерывистое дыхание.

— Я хочу увидеть тебя обнаженной, малышка, — прошептал он и снял с нее трусики и туфли. — А потом я хочу взять тебя как только смогу.

Наварр стал жадно терзать ее набухший сосок, в то время как рука его продолжала исследовать самую чувствительную часть ее тела. Тоуни сжимала его короткие темные волосы, пока он ласкал ее, пробуждая в ней острое желание.

— На тебе слишком много одежды, — дрожащим голосом прошептала она.

Наварр уложил ее на кровать и стал быстро раздеваться. За рубашкой и брюками последовали боксеры. Тоуни никогда раньше не видела обнаженного мужчину в состоянии крайнего возбуждения. И она глаз не могла отвести от его твердой плоти. Его размер одновременно испугал и возбудил ее. Щеки ее запылали от смущения, и она забралась под одеяло. Все тело ее чувственно покалывало. Наварр бросил презервативы на тумбочку и скользнул рядом с ней под одеяло. Он был такой твердый, такой горячий, такой сильный, что желание накрыло ее волной.

Наварр снял с Тоуни бриллиантовые сережки, отложил их в сторону, взгляд его зеленых глаз несколько секунд изучал ее взволнованное лицо.

Когда он нагнулся к ней, она обвила его шею руками, стараясь забыться в этой страсти, почерпнуть в ней уверенность, дрожа от прикосновения его мускулистого тела, его горячей твердой плоти. Мужчина нагнулся и стал дразнить языком ее напрягшиеся соски и сжимать их губами, пока она не заерзала по кровати. И только тогда он коснулся ее там, где ей больше всего хотелось. Искусными пальцами он исследовал шелковое тепло у нее между бедер, а потом прижался к самой нежной ее плоти губами. Тоуни была не готова к такой интимности и в шоке отшатнулась, но он руками сжал ее бедра и ласкал до тех пор, пока в самом центре ее существа не зажегся огонь, который сделал ее его пленницей. Она хотела, чтобы это пьянящее безумное ощущение не кончалось, хотела большего. В ней вдруг проснулся такой голод, совладать с которым она просто не могла. Тоуни вся дрожала, в самом центре ее существа завязался узелок, который затягивался все крепче, пока удовольствие вдруг не обрушилось на нее. По телу ее пробежала дрожь, и она вскрикнула от силы этого ощущения.

— Наварр… — сбивчиво прошептала Тоуни.

— Тебе это понравилось, малышка, — хрипло сказал он довольным голосом мужчины, знающего, что он только что доставил женщине ни с чем не сравнимое удовольствие.

Она только кивнула. Ей и в голову не приходило, что ее тело может испытывать такие сильные ощущения, и после столь мощного оргазма она едва отметила про себя, что он потянулся за презервативом, а потом снова к ней прикоснулся. Ее тело было послушным, уже научившимся ждать от него наслаждения. Он раздвинул ей бедра и приподнялся над ней, и она задрожала, почувствовав, как упирается его твердая плоть в ее узкое лоно. Но она ему доверяла.

— Ты такая тесная, — застонал он от удовольствия, осторожно и сдержанно погружаясь в нее.

Из груди у нее вырвался удивленный вскрик, когда он прорвал хрупкий барьер ее неопытности. Она вздрогнула, когда он застыл в акте финального обладания, глядя на нее горящими зелеными глазами с черной обводкой зрачков, осознав, что он был ее первым и единственным любовником.

— Ты сказала мне правду…

— Не все женщины лгуньи, — выдохнула Тоуни и содрогнулась, когда он до конца вошел в ее лоно.

Окруженный ее теплом, Наварр изо всех сил старался держать себя в руках. Он нагнулся и впился губами ей в губы, вдыхая соблазнительный запах ее кожи. Какая же она потрясающая, какая красивая, как чудесно пахнет. Наварр старался не торопиться, но ему с каждой секундой все труднее было справляться с сильнейшим возбуждением. Тоуни выгнулась и застонала, и он стал входить в нее глубже, сильнее, не в силах бороться с захлестнувшей его жаждой. Тоуни снова испытывала ни с чем не сравнимое наслаждение, которое все возрастало, пока она не осталась перед ним беззащитной. Искушающий ритм его толчков обострил все ее эмоции и чувства, а потом внутри ее словно взорвался ослепительный белый свет. Жар и жажда слились воедино в яростный огненный оргазм.

Тоуни казалось, что она больше в жизни не сможет пошевелиться, настолько тяжелыми казались ее руки и ноги. Она была очень рада, что именно Наварр стал ее первым любовником, ведь он подарил ей невероятные ощущения, а она знала — такое редко бывает в первый раз. Тоуни крепко обняла его, прижалась губами к его гладкому плечу, не в силах выразить это словами. Он скатился с нее, встал с кровати и направился в ванную.

Странно, подумала Тоуни, еще неделю назад он был для нее миллиардером, который остановился в отеле, где она работала. А кто он ей теперь? Желанный любовник… Платит ей за то, чтобы она притворилась его невестой. Тоуни содрогнулась от этой мысли. И как она могла забыть о финансовой составляющей их сотрудничества? Конечно, это все осложнит, но они справятся, если правильно к этому отнесутся. Она решила быть оптимисткой и не ругать себя. Что сделано, то сделано. Теперь он ее любовник.

Выйдя из ванной, Наварр обнаружил, что Тоуни уснула. Ее густые рыжие локоны разметались по подушке. Руку она по-детски подсунула под щеку. Он снова почувствовал нестерпимое желание, и сила этого желания его смущала. Страсть — дело хорошее, когда она держится в понятных и приемлемых рамках. Безудержная жажда, которая могла полностью лишить его самообладания, была совсем не в его стиле, потому что такая жажда могла сильно осложнить его жизнь, а Наварр не любил проблем и сложностей, их ему хватало с лихвой. В душе он всегда был одиночкой и вряд ли когда-нибудь изменится. Но он соблазнил Тоуни, лишил девственности, и в нем вдруг взыграл инстинкт, стремление защищать ее — чувство совершенно для него непривычное.

Однако Наварр напомнил себе, что Тоуни — воровка, а ее преданность можно купить…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация