Книга В альковах королей, страница 82. Автор книги Жюльетта Бенцони

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «В альковах королей»

Cтраница 82

– Докурил. – Эрцгерцог бросил сигару в камин и шагнул к Луизе. – Неужели у вашей сестры есть и эта чудесная родинка на шее?

– Оставьте, оставьте… вы же спутаете мне нитки… К тому же Филипп…

– Он во дворце и пробудет там до вечера. Я справлялся… И что, у Стефании такие же плечи?.. И волосы?..


Очень скоро эрцгерцог отправился в Брюссель знакомиться с принцессой. Когда он попросил ее руки, король Леопольд довольно сказал:

– Я согласен, и жена моя тоже. Девочка, конечно, будет счастлива с вами, тем более что жить ей предстоит в одном городе с любимой сестрой.

Рудольф подумал, что это будет забавно – сравнить двух сестер, и предложил:

– Ваше Величество, может, не станем откладывать свадьбу? Надеюсь, вы простите мне мое нетерпение? Ваша дочь совершенно очаровала меня.

Бельгийский монарх, польщенный тем, что его дочь станет со временем императрицей, кивнул.

– Свадьба будет в мае. Раньше нам просто не успеть.

Мать жениха, Елизавета Баварская, которую австрийцы любовно называли просто Зизи, охотилась в это время на лис где-то в Англии. О помолвке сына она узнала из телеграммы. Прочтя ее, Зизи нахмурилась и проговорила еле слышно:

– Девушка слишком молода. Дай бог, чтобы этот брак оказался удачным.


10 мая 1881 года в Вене состоялось венчание. Гостей было так много, что они с трудом разместились в главном соборе имперской столицы: Габсбурги всегда любили размах. Маленькая Стефания поразила всех своим чудесным платьем с длинным-предлинным шлейфом, затканным серебром, обилием брюссельских кружев и изумительными драгоценностями, среди которых было и знаменитое ожерелье из опалов и бриллиантов – оно украшало шею шестнадцатилетней принцессы Елизаветы в тот день, когда она выходила замуж за Франца-Иосифа.

На торжественном обеде сестры сидели рядом, и Луиза попыталась подбодрить Стефанию, которая растерялась от окружавшей ее пышности. Слишком уж отличалась яркая веселая Вена от скромного и сдержанного Брюсселя.

– Не волнуйся, девочка, – прошептала Луиза на ухо своей младшей сестре, – тебе понравится здесь, я уверена.

– Но я боюсь того, что… что вот-вот наступит, – ответила Стефания.

– Да, наверное, тебе будет неприятно и больно, но это продлится недолго, верь мне!

Молодые уехали в Лаксенбург, где должна была пройти их брачная ночь. Луиза не слишком волновалась за Стефи – ведь Рудольф не такой зверь, как Филипп. Но, как оказалось, беспокоиться было о чем.


Лаксенбург показался усталой шестнадцатилетней принцессе очень неприветливым – угрюмые комнаты, холодная спальня, голые стены… Замок только что закончили ремонтировать и не потрудились украсить к приезду молодой четы хотя бы цветами, которых, впрочем, не было и в саду. Стефания с грустью вспоминала милый ее сердцу Лэкен, где на каждом столе непременно стояли роскошные букеты, а ванная комната была теплой и уютной.

– Как же можно жить здесь? – шептала принцесса, оглядывая ватерклозет с белеными стенами и тщетно отыскивая глазами вешалку с полотенцами. М-да, о бельгийском комфорте следовало забыть…

Едва войдя в замок, Рудольф принялся ругаться, как грубый солдафон. Он разбранил слуг, потребовал подавать ужин и мрачно прошествовал в столовую, не предложив жене руку. Трапеза прошла в молчании. Супруги устали и думали каждый о своем. Стефи была очень разочарована, но виду не подавала, сидела, по обыкновению прямо, ела чинно и неторопливо. «И этот человек пригласил однажды певцов, чтобы они исполнили серенаду под моими окнами?!» – думала она, смотря на мужа, который громко зевал, то и дело ковырял в зубах зубочисткой и вообще вел себя очень невоспитанно. Он был тут у себя дома и не стеснялся молодой жены.

Когда супруги встали из-за стола, Рудольф сказал с улыбкой:

– Я только выкурю в бильярдной сигару и сразу приду к вам, дорогая!

…Ночь разочаровала Рудольфа. Он, как и Филипп, привык к женщинам опытным и смелым, а Стефания была робка и неумела. Она сильно смущалась, все время норовила прикрыться одеялом и шептала:

– Ну что вы, что вы! Разве так можно?

В конце концов Рудольф перестал обращать внимание на это бормотание и атаковал – грубо и быстро. Как ни странно, Стефи его бесцеремонность пришлась по душе, и к утру эрцгерцогиня поняла две вещи: что она влюблена в своего мужа и что он совершенно не любит ее.

И так будет всегда. Стефания пыталась что-то объяснить супругу, плакала, умоляла ее выслушать, но Рудольф только смеялся и говорил:

– Глупенькая! Не хочу я понимать тебя! Да и что там понимать? Тебе нравится, как я обращаюсь с тобой по ночам? Вот и хорошо. А психология твоя меня не интересует. Я в ней женщинам вообще отказываю.


Рудольф был от природы человеком грубым, неуравновешенным и жестоким. Он всегда любил убивать и именно поэтому так часто охотился. И ему претило все то, что было святым для его жены, то есть любовь к отечеству, долг перед подданными, строгие моральные принципы и приличия. Францу-Иосифу не нравилось поведение наследника престола, и он даже жалел о том, что так легко согласился на его брак со Стефанией. Слишком юная и боязливая принцесса не смогла благотворно подействовать на своего мужа и стала для него очередным развлечением, очередной любовницей. А некоторые пороки Рудольфа вызывали у императора отвращение и даже страх. Много раз он увещевал сына, грозил лишить его прав наследного принца и даже хватался за сердце, но эрцгерцог был неисправим.

Спустя два года Стефания родила девочку, и после этого ее здоровье пошатнулось. Врачи заявили, что у эрцгерцогини не будет больше детей. Однако Рудольфа это не обеспокоило. Он редко бывал дома и предпочитал не появляться даже на официальных приемах. Обыкновенно его место на троне подле Стефании пустовало, потому что эрцгерцог или бывал слишком пьян, чтобы добраться до дворца, или пропадал в каком-нибудь притоне, или крепко спал у очередной любовницы. А Стефания мужественно несла груз государственных обязанностей, деля его со свекром. Она, подобно Францу-Иосифу, полагала, что не имеет права пренебрегать делами, и со временем император привязался к своей невестке. Стефания даже попробовала помирить Франца-Иосифа с сыном, но у нее ничего не получилось.

Муж совершенно не считался с ее мнением, и супруги часто ссорились. А однажды, выслушав очередную жалобу жены, Рудольф – совершенно пьяный, с нездоровым блеском в глазах – сказал:

– Все равно я ровным счетом ничего не понимаю из того, что ты тут толкуешь. Наверное, ерунда какая-нибудь. Ты лучше меня послушай. Давай застрелимся, а? Оба! И прямо сейчас!

С испугом отшатнувшись от мужа, Стефания убежала к себе и заперлась. Утром никто не поминал об этих страшных словах.

Впрочем, иногда супруги находили общество друг друга приятным. Так было, например, в 1886 году, когда они вместе с Луизой и Филиппом открывали новый охотничий домик неподалеку от Вены в местечке Майерлинг. Все веселились в тот день. Филипп был сама любезность, Рудольф много смеялся и галантно ухаживал за собственной женой. Но такое случалось редко, очень редко…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация