Маг! Маг-воздушник бьет, стреляет сосульками!
Ха-арккк! — Внезапно со звуком плевка на наступающую тройку варг шлепнулось что-то огненное. Какой-то темно-красный шар, раскидывающий во все стороны ярко-красные щупальца огня. Однако в этот раз голубая вспышка была только одна. Уши резанул вопль горящих заживо. Черная копоть от мечущихся живых факелов. Секунда — и две варги, попавшие под огненный удар, упали. Третья отлетела куда-то в сторону.
Блин, что творится! Посреди города, днем, в столице! Это беспредел! Куда император смотрит?! Внезапно меня опять подхватили под мышки и поволокли. Пока я глазел на битву, сзади ко мне снова кто-то подбежал. Но я почти дышал! И сгибался!
Изогнувшись, я ловко лягнул одного из тащивших меня в колено. На мою голову хрястнулся кулак. И все куда-то делось…
Побоище.
Некоторое время спустя после описанных событий.
Глухой тупик из каменных стен домов, в которых нет ни одного окна. В одной из них — большие двухстворчатые ворота из толстых досок, пробитых широкими металлическими полосами. К воротам, торопливо мельтеша спицами колес, подъезжает большая лакированная карета светлого дерева, запряженная парой лошадей. Темно-красные шторки на окнах ее дверей плотно задернуты.
— Открывай! — орет сидящий на облучке возница, останавливая экипаж. — Тпру… скотина!
Несколько мгновений тишины, и тяжелые ворота начинают медленно, чуть скрипя петлями, открываться внутрь. В проеме становится виден большой двор, устланный серой каменной плиткой. В конце двора — серый массивный двухэтажный дом с широкой боковой лестницей. Несколько людей выходят из небольшой круглой башенки у арки ворот и подходят к остановившейся карете.
— Привезли? — спрашивает один из них, задрав голову на возницу.
— Да, ваша светлость, — отвечает тот, наклоняясь с сиденья. — Туточки он.
— Как прошло?
— Да если бы не эти проклятые варги! Выскочили, как демоны, не пойми откуда, да как принялись своими мечами махать! Если бы не магистры, не сносить бы нам головы, ваша светлость! Истинную правду говорю!
— Варга? — хмурится, ухватившись рукой за подбородок, «ваша светлость». — Откуда они взялись? Что им было нужно?
— Не знаю, ваша светлость. Кинулись без объяснения и начали рубить. Шестерых зарубили.
— Проклятье! Я же приказывал — без шума!
— Ну, так бы и вышло без шума, если бы не варги. Я его с первого выстрела глухачом подстрелил. Упал как миленький! Мы его уже в карету потащили, а тут эти шлюхи с мечами… Если бы не магистры… хана бы нам всем была!
— Идиоты… За вами не следили? Проверяли?
— Не-е! Никого, ваша светлость. Не сомневайтесь!
— А магистры где?
— В карете. Чтобы их не видели.
— Заезжай! Не стой!
— Но, родная! — Чмокнув губами, возница дергает вожжи.
Варга, осторожно выглядывая из-за угла переулка, проводила внимательным взглядом въезжающую во двор карету. Дождавшись, пока ворота закроются, она обернулась к двум подругам у нее за спиной. Их частое и торопливое дыхание говорило о том, что они недавно быстро бежали.
— Я знаю это место, — сказала она, тоже быстро дыша. — Этот особняк принадлежит Белому ордену. Во дворе я насчитала двенадцать человек с оружием. В доме могут быть еще. Плюс трое у ворот. Плюс маги. Для нас троих это слишком много. Нужна помощь.
Варги согласно кивнули.
— Тогда так. Я остаюсь наблюдать. Ты, — она указала рукой на одну из напарниц, — бежишь к нашим. Доложишь Эсте. Ты, — ткнула она в другую, — мчишься к магам, в их главную канцелярию. Сообщаешь, что совершено нападение на мага. Пусть начинают шевелиться. По дороге заскочи в университет, он будет у тебя по пути. Подними тревогу там. Может, они быстрее среагируют. А то пока из канцелярии доберутся…
Варга быстро выглянула за угол.
— Все понятно? — спросила она, оборачиваясь.
Два кивка в ответ.
— Тогда бегите! Я здесь. Жду. Живо!
Прихожу в себя от того, что кто-то с размаху плеснул мне в лицо водой.
Энергичная побудка! Не торопясь открывать глаза, оцениваю ощущения, которыми тело щедро делится с мозгом. Болит колено, ушибленное о камни, болят мышцы живота и кишки, отбитые стрелой, болит правая сторона головы. Похоже, там неплохой шишак. Жжет запястья и щиколотки… И вообще… Лежу на чем-то плоском, твердом, неудобном и страшно холодном.
— Давай, давай! Открывай глазки!
С трудом разлепляю мокрые веки, несколько раз шлепаю ресницами и встречаюсь с ледяным взглядом двух прозрачных глаз. Мужик. Лет пятьдесят. Плотный. На голове лысина с венчиком волос вокруг блестящей верхушки. Ухмылка в правом углу рта. Мгновенно отмечаю диссонанс между ухмылкой и выражением глаз. Нехорошее такое несовпадение. Готов сожрать хвост Сихота, если он не садист!
Мужик одет в дорогой костюм, по моде местной знати. Ага, делаю вывод я и перевожу взгляд за незнакомца, оглядывая помещение. Низкий каменный потолок, каменные стены, три масляных светильника… Склеп какой-то… или подвал. Кроме нас двоих, никого больше нет. Еще я прикован за руки и ноги к холоднющей каменной плите.
— Нравится? — насмешливо спрашивает мужик, видно заметив, что я осматриваюсь.
— Сыровато, душновато и ложе жесткое…
— Ишь ты! Дворянская косточка. Жестко ему! Ха! А ты знаешь, на чем лежишь?
— Без понятия.
— Это Камень слез. Такой же, как у твоих магов. Слышал о нем?
Я озадачился. Сей артефакт был штукой известной. В университете о нем часто рассказывали. Говорили, что все «нехорошие, ленивые, не сдавшие зачеты студенты и нарушившие клятву маги заканчивают на Камне слез». Что, если провести на нем сутки, способность к магии утрачивается навсегда. Артефакт является своеобразной плахой, превращающей магов в простых людей. А что может быть ужаснее для них, чем превращение в обычного человека? Вот и рыдали, привязанные к нему, прощаясь со своим могуществом. Поэтому и Камень слез… И вот я лежу, прикованный к этой хрени! Совершенно не рассчитывал на такую встречу! Сихотовы копыта! И так магия куда-то делась, так еще и к «пылесосу» прикрутили! Что за дикая чушь творится вокруг моей персоны?
— А чем, собственно, обязан столь жестокому обращению? — интересуюсь я, пытаясь провернуть запястья в кандалах. — Мы ведь вроде, если не ошибаюсь, даже не знакомы?
— Ишь ты, «жестокое обращение»! По тебе вообще костер плачет. Раньше так бы и вышло.
— Так вы что, из этих, что ли? Борцов за свет?
— Да. Я магистр Белого ордена.
— М-да? Странно…
— Что тебе странно?
— Орден — серьезная организация. Вот уж не думал, что у него в магистрах фанатики.