— Что это за ловушка, о которой ты сказал? — спросила она у Деелая.
— Петля. На кабаргу или оленя.
— А откуда Амалира умеет ставить такие ловушки? — искренне удивилась Таурэтари, от изумления выпрямившись и вытянув шею.
— Не знаю, — пожал плечами немногословный эльф. — Мы ее не учили, великая лейра. Может, это… ее брат?
— Хх… х, — выдохнула эльфийка сквозь недовольно поджатые губы. — Молодцы! Хорошенькая встреча для гостьи! Ногой в петлю! Я с ними поговорю! С обоими! А как Ама узнала, что в ловушку кто-то попался? Что она, в такую рань понеслась ее проверять?
— У нее пикалка есть. Она с ней в руке выскочила…
— Замечательно! Магия! И капканы в парке! Как они только додумались до такого?! Ну я им задам!
В этот момент в конце мощенной каменными плитками аллеи, вдоль которой росли высокие плотные кусты, показались эльфы. Хоть Таурэтари и было много лет, она, совершенно не напрягая зрение, увидела тоненькую, словно былинка, фигурку своей правнучки, а рядом с ней… Рядом с ней шла незнакомая девушка с золотыми волосами!
«Златовласка! — первое, что пришло в голову Таурэтари, когда она увидела этот невероятно яркий цвет золота. — Это не Эллай! Фух!»
Таурэтари на миг задумалась, глядя на приближающихся, а затем спустилась по ступеням вниз, на аллею, пройдя несколько шагов навстречу.
Пусть внук Таурэтари и правит сейчас Рассветным лесом, но если эта девушка — действительно вестница… Тогда ее статус тут самый высокий! Негоже стоять на ступенях выше ее…
«Очень красивая. Очень, — подумала несколько мгновений спустя Таурэтари, разглядывая приближающуюся девушку, — особенно волосы. Пожалуй, таких нет ни у кого… Совсем молодая… вот только что на ней за наряд? Очень легкомысленный… я бы сказала… А где же крылья? Тогда это не вестница!»
— Здравствуй, незнакомка! — произнесла эльфийка, когда девушка, сопровождаемая правнучкой и охранником, приблизилась на расстояние нескольких шагов и остановилась. — Я рада приветствовать тебя в своем доме!
— Благодарю, — резанувшим глаз мужским движением коротко склонила девушка голову в ответ.
Ее внимательный взгляд встретился с глазами хозяйки дома.
— Кто ты? Как тебя зовут? — спросила Таурэтари, не отводя глаз.
— Мое имя Эриэлла, — спокойно ответила та, и в этот миг за ее спиной распахнулись огромные белые крылья.
— Крылатая… — опускаясь на одно колено, словно воин, приносящий присягу, благоговейно выдохнула старая лейра. — Мы ждали тебя, — произнесла она секунду спустя, глядя снизу вверх в лицо Эриэллы, — очень давно ждали, божественная…
Абсолютно спокойно, с лицом, не выражающих никаких чувств, Эриэлла смотрела на коленопреклоненную перед ней Таурэтари.
— Пфф-ф! Самозванец! — презрительно фыркнула богиня любви Мирана, дернув плечиком.
— Скорее самозванка, — иронично усмехнулся ей в ответ Коин, тоже наблюдавший эту сцену. — Но хитер! Нигде не сказал, что он посланница. Дал им самим обрядить его в одежды вестницы и начать поклоняться ему. Шустрый…
— Что, эльфы так поглупели? — поинтересовалась Хель.
— Что поделать, — притворно вздохнул Коин. — Раньше кем были? А теперь кем стали? Все о Возрождении грезят… Вот и вцепились в первого проходимца, давшего им надежду.
— Какое им, к демонам, Возрождение? Без богини… а я эту Алатари… Я ее сюда ни за что не пущу! Обойдется! Пусть сидит за Границей, со всеми!
Сказав это, бог войны крепко потер свою правую ягодицу.
— Это она тебя подстрелила? — понимающе хмыкнул Коин. — Тогда, когда ты показывал им наше отношение?
Марсус поморщился, но промолчал.
— Ясно, — сказал бог торговли, так и не дождавшись ответа. — Насчет нее я с тобой полностью согласен. Нечего ей тут делать. Да и всем им, прежним, тоже нечего! Кончилось их время!
В разговоре возникла пауза. Боги молча наблюдали, как старая эльфийка, почтительно кланяясь, пригласила лжевестницу в дом.
— Бабой стал, — констатировал вслух Марсус, глядя на избранного и ни к кому конкретно не обращаясь. — Идиотизм просто какой-то! Может, он еще и родит у нас? Вот смеху-то будет!
Секунду он обдумывал свою последнюю фразу.
— А что? Это ведь мысль! Он родит, материнская любовь, то да се. Чувства, там, к детям всякие… Мать ведь за ребенка всегда собой пожертвует! Вот и решение проблемы! Осталось ему… тьфу! Ей! Осталось ей жениха найти, и все! Мир спасен! Мирана, как, найдешь?!
— Пфф! — фыркнула богиня любви. — Марсус! Еще одно такое предложение, и я тебя прямиком к Алатари пошлю! Понятно? Я уже один раз нашла! Все! Хватит! Отыскалась!
— Марсус, я тебя разочарую, — произнесла богиня жизни Диная, не участвовавшая в разговоре и все это время внимательно разглядывавшая избранного. — Стать-то он стал, но совсем не бабой, как ты выражаешься.
— Да? А кем? — удивился бог войны.
— У него ашух мерцает, — произнесла богиня, указывая рукой на яркое пятно на груди избранного.
— Ну да, мерцает, — согласился Марсус, приглядевшись, — и что?
— А то, что подобное есть только у одной расы смертных…
Богиня жизни сделала театральную паузу.
— У оборотней, — усмехнувшись самым краешком рта, закончила за нее Хель.
— Да, — кивнула головой Диная, бросив взгляд на Хель, — он оборотень!
— Ну ни фига себе! — Марсус громко хлопнул себя ладонями по ляжкам от избытка чувств. — Оборотень! Здрасте, нате вам!
— Оборотни тоже как-то размножаются, — сказал Коин, нахмурившись.
— Да, размножаются, — согласилась Диная, — но только в первой своей ипостаси. А его первая ипостась — мужчина. Так что, Марсус, он тебе не родит, как бы тебе этого ни хотелось…
— И мы возвращаемся к тому, с чего и начинали… — громко резюмировала Мирана. — Отлично!
— Да, — кивнул Коин, — действительно отлично! Диная, а как он вообще умудрился стать оборотнем? Я вот как-то не припоминаю подобных случаев.
— Если честно, то не знаю, — чуть пожала плечами богиня. — Тут столько всего сложилось. Он демон из другого мира в чужом теле, плюс магическое истощение, плюс Камень слез… Сам чего-то наплел в пьяном виде… Добавьте еще пророчество, которое могло вмешаться, чтобы его спасти… Как все случилось? Что произошло? Без понятия. Я при этом не присутствовала… — На все воля богов! — усмехнувшись, произнесла Диная, нарушая установившуюся тишину.
— Ха-ха, да, очень смешно, — хмуро сказал Коин. — Все просто обхохотались. Ну и что мы теперь будем делать?
— Может, рассказать эльфам, кто он такой на самом деле, и они его сами грохнут? — предложил Марсус.
— И кто будет этот смельчак? Тот, кто расскажет?