Распахнув правой рукой дверь и задев меня плечом, он ни слова не говоря прошел мимо меня по коридорчику. Ничего в его руках не было. Ни меда, ни горшочка.
— Дверь закрой! — секунду спустя прилетело указание из комнаты.
— Что тебе надо? — возмущенно встала я на пороге. — Чего пришел?
— Шел мимо, подумал, может, поделишься…
Эри стоял у стены, скрестив на груди руки и хмуро глядя на меня из-под бровей. На нем был черный камзол, застегнутый под горло, и черные просторные штаны, заправленные в невысокие сапоги. Тоже черные.
— Чем поделюсь? — недоумевая, спросила я.
— Мыслями. Они у тебя сегодня необычные.
— Чем же?
— Смертью пахнут…
Я растерялась. Как он мог узнать, о чем я думала? Он что, умеет читать мысли?
— Ничем они не пахнут… Ты что, разве умеешь читать мысли?
— Ты меня заколебала. В следующий раз захочешь о чем-нибудь таком подумать, ставь щит. Понятно?
Какая я дура! Опять я забыла!
Я закусила губу. В комнате повисла гнетущая тишина. Эри, отвернувшись от меня, смотрел в окно. Его пальцы, лежащие на плечах скрещенных рук, выбивали какую-то быструю дробь. В голове у меня не было ни единой мысли. Я просто стояла и смотрела, как он ими барабанит. Стояла и смотрела… Смотрела и стояла…
— Хорошо, — обернувшись и бросив на меня недовольный взгляд, произнес он, — я согласен признать, что в случившемся есть и моя вина. Половина.
— Что? — переспросила я, не понимая.
— Я тоже виноват. Наполовину, — четко произнес Эри, сопровождая свои слова недовольной гримасой.
— И… что?
— Ты довольна?
— Почему я должна быть довольной?
— Ну я же взял на себя половину!
— Мне все равно, — равнодушно пожала я плечом, — можешь не брать…
Резко повернувшись ко мне, Эри несколько секунд, прищурившись, смотрел на меня. Внезапно что-то невидимое схватило меня и бросило к нему, плотно прижав.
— Ой!
— А что ты тогда хочешь? — зловеще спросил он, нависая надо мной и смотря мне в глаза.
— Покоя, — смотря из-под бровей, честно ответила я, — и тишины.
Мы замерли, тесно прижавшись и смотря друг другу в глаза. Внезапно до меня дошло, что он держит меня в объятиях. Точнее, не до меня, а до чего-то в моей груди. Маленький огонек вспыхивает в ней… Вот от него побежали во все стороны тонкие огненные ручейки… их больше и больше…
— Прекрати! — приказал Эри.
— Что?
— То самое!
Как от Эри пахнет! Молодым грецким орехом. Почему орехом? Разве это его запах? Огонек в груди вспыхивает костром. Огненные ручейки стали толще, вспыхнули и направились от груди во все концы моего тела.
— Уйди от меня!
Эри разжал объятия и отпихнул меня от себя на пару шагов.
Я стояла, опустив руки и закрыв глаза. Чувствуя текущий внутри огонь и вдыхая непонятно откуда взявшийся в комнате запах растертой зеленой травы и листьев. В душе было терпко, горько и сладко. И еще светло и как-то радостно. Я замерла, пытаясь ощутить все разом, не упустить ни капли из того чудесного, что я переживала сейчас.
— Ты знаешь, что ты идиотка?
— Да, я идиотка, — легко согласилась я с ним, стараясь не отвлекаться от ощущений, и поэтому ответила быстро и кратко.
— Я тебя не чувствую и не собираюсь этого делать. Просто поговорим.
— Не чувствуй. Поговорим.
— Что ты удумала?
— Хочу умереть.
— Почему?
— Не хочу врать тому, кого люблю.
— Хм…
Судя по звуку, Эри поскреб затылок.
— Просто молчать, я так понимаю, ты тоже не можешь?
— Не-а, — покрутила я головой, не открывая глаз, — это тоже обман.
— Идиотизм… И когда к Хель?
— Как найду яд.
— Меня там не будет…
А ведь и правда…
— И Диния не будет…
И его не будет!
— Скучно ведь будет одной…
Одной? Нет!
— Я не хочу быть одна! — распахнула глаза я.
— Кто тебя гонит? Оставайся.
— Тогда мне будет плохо.
— Разве любовь не стоит страданий?
Не стоит? Еще как стоит!
— Ты меня… любишь?
Я делаю к нему два шага. Эри отступает назад и упирается спиной в стену и слегка меняется в лице.
— Ты меня любишь? — требовательно повторяю я вопрос, близко-близко смотря ему в глаза.
— У тебя определенно сегодня что-то с головой…
Кладу ему руку на плечо и медленно скольжу кистью по камзолу вниз, к его груди, ощущая под ладонью, прямо сквозь ткань, его тело. Огонь в моей груди вспыхивает с новой силой. Внезапно я чувствую, как просыпается моя сила. Моя черная пантера… Словно наяву, я вижу, как внутри меня свиваются, переплетаясь, черные и огненные линии…
— Ты меня грохнуть, что ли, решила? — возмущенно кричит Эри, выворачиваясь из-под моей руки и отскакивая к двери. — Идиотка озабоченная, уймись!
— Ты любишь меня?
— Щас! Аж три раза! Любовь и смерть в одном флаконе — это уж слишком!
— Не… любишь? Почему? Почему ты такой жестокий?
Я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами.
— Я завтра зайду. Когда ты с головой снова подружишься!
С этими словами Эри торопливо выскочил из комнаты. Черные и красные линии внутри меня свились в спирали, вытянулись, прижимаясь друг к другу, и вспыхнули яркой вспышкой золотого света.
— Это еще что такое?
Шедший по коридору университета в свой кабинет Мотэдиус замер, сбившись с шага.
«Какой странный… всплеск! — подумал он, стараясь по максимуму прочувствовать магическую ауру вокруг. — Опять Терская? Терская — уже имя нарицательное. Где что случилось, все сразу говорят: „Опять Терская“»?
Архимаг усмехнулся.
Но в этот раз не она. Это-то что такое… необычное. Легкое и волнующее. Словно укол в сердце на первом свидании… Очень интересно, что это было? Жаль, не многие могут хорошо слышать маго-ауру. Можно было бы поделиться впечатлениями…
Ректор еще некоторое время послушал, но больше ничего не происходило, и он, пожав плечами, пошел дальше, размышляя о множестве загадок вокруг, которые так и останутся неразгаданными лишь потому, что их просто никто не замечает… А жаль!
Эри.