Книга Заговор патрициев, или Тени в бронзе, страница 102. Автор книги Линдсей Дэвис

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Заговор патрициев, или Тени в бронзе»

Cтраница 102

— Не сейчас.

Она хотела, чтобы я ушел из ее дома. Как хорошие манеры, так и нечистая совесть диктовали мне, что нужно быстро уходить. Я никогда особо не следовал хорошим манерам: я решил не двигаться с места.

— Юлия Юста, вы не скажете Елене, что я здесь?

— Я не могу, Фалько — врач дал ей сильное снотворное.

Я сказал, что в таком случае не хочу никого беспокоить, но если Юлия Юста не будет сильно возражать, я подожду.

Ее мама согласилась. Она, возможно, понимала, что если они выставят меня из дома, то я только спровоцирую разговоры среди их знатных соседей, прячась на улице, как жалкий кредитор.

* * *

Я ждал три часа. Они забыли, что я здесь. Наконец дверь открылась.

— Фалько! — Мама Елены посмотрела на меня, поразившись моей выдержке. — К тебе должны были подойти…

— Мне ничего не нужно, спасибо.

— Елена все еще спит.

— Я могу подождать.

На мой мрачный тон Юлия Юста прошла дальше в комнату. Я ответил на ее любопытный взгляд тем, что сам сурово и резко уставился на нее.

— Госпожа, было ли сегодняшнее происшествие несчастным случаем или врач дал вашей дочери чтото, чтобы помочь решить проблему?

Женщина смотрела на меня злобно возмущенными темными глазами Елены.

— Если ты знаешь мою дочь, то ты знаешь ответ!

— Я действительно знаю вашу дочь; она чрезвычайно разумна. Я также знаю, что Елена Юстина не стала бы первой матерьюодиночкой, которой навязали решение ее проблемы!

— Оскорбление ее семьи не поможет тебе ничего узнать!

— Простите меня. Я слишком много размышлял. Это всегда плохо.

У Юлии Юсты вырвался легкий нетерпеливый вздох.

— Фалько, это ни к чему не приведет; почему ты все еще здесь?

— Я должен увидеть Елену.

— Я должна сказать тебе, Фалько — она о тебе не спрашивала!

— А о комнибудь другом она спрашивала?

— Нет.

— Тогда никто не обидится, если я подожду.

Потом мать Елены сказала, что если я так уверен, то лучше увидеть Елену сейчас, чтобы потом, ради всего святого, я мог пойти домой.

* * *

Это была маленькая комната, та, в которой Елена жила в детстве. Она была аккуратной и уютной, и когда девушка вернулась в дом своего отца после развода, она наверняка попросила ее обратно, потому что эта комната была совсем не похожа на ее огромные апартаменты в доме Пертинакса.

На узкой кровати под натуральным льняным покрывалом неподвижно лежала Елена. Ее так сильно накачали лекарствами, что не было никакого шанса разбудить ее. Лицо казалось совсем бледным и некрасивым, изза истощения от тяжелого физического испытания. Поскольку в комнате находились другие женщины, я не смог прикоснуться к ней, но от ее вида у меня вырвалось:

— О, они не должны были так с ней поступать! Как она узнает, что здесь ктото есть?

— Ей было больно; ей нужно отдохнуть.

Я боролся с мыслью, что я, возможно, нужен Елене.

— Она в опасности?

— Нет, — сказала ее мама еще тише.

Все еще чувствительный к обстановке, я заметил, что бледная служанка, сидевшая на сундуке, недавно плакала. Я спросил:

— Скажите мне правду; Елена хотела ребенка?

— О да! — немедленно ответила ее мать. Она скрыла свое раздражение, но я заметил плохое чувство, которое, должно быть, волновало эту семью до сегодняшнего дня. Мало кто из родственников Елены Юстины легко терпел ее; она делала все в своей упрямой гордой манере. — Возможно, это поставило тебя в трудное положение, — слабым голосом предположила Юлия Юста. — Так что это, видимо, большое облегчение?

— Кажется, вы уже составили обо мне мнение! — коротко ответил я.

* * *

Я хотел, чтобы Елена знала, что я был сегодня с ней.

Мне больше нечего было оставить, поэтому я снял перстень и положил его на серебряный столик с тремя ножками сбоку от ее кровати. Между розовой стеклянной чашей для воды и рассыпанными заколками из слоновой кости мое старое поношенное кольцо с грязным красным камнем и зеленоватым металлом казалось уродливым предметом, но, по крайней мере, Елена заметит его и узнает, на чьей смуглой руке она его видела.

— Не убирайте его, пожалуйста.

— Я скажу ей, что ты приходил! — с упреком протестовала Юлия Юста.

— Спасибо, — сказал я. Но кольцо оставил.

* * *

Мать Елены проводила меня из комнаты.

— Фалько, — настаивала она, — это был несчастный случай.

Я верил только тому, что слышал от самой Елены.

— Так что случилось?

— Это твое дело, Фалько? — Для обычной женщины — или такой она казалась мне — Юлия Юста могла придать простому вопросу особую важность. Я дал ей самой решить. Она сухо продолжила: — Бывший муж моей дочери попросил ее встретиться с ним. Они поссорились. Елена хотела уйти; он пытался ее остановить. Она вырвалась, поскользнулась и ударилась, спускаясь бегом по лестнице…

— Значит, это изза Пертинакса!

— Это легко могло случиться и просто так.

— Но не с такими последствиями! — взорвался я.

Юлия Юста замолчала.

— Нет. — Казалось, на мгновение мы перестали язвить. Ее мама медленно согласилась: — Определенно, жестокость усилила страдания Елены… Ты собирался прийти еще?

— Когда смогу.

— Как великодушно! — закричала жена сенатора. — Дидий Фалько, ты приехал на следующий день после торжества; как я поняла, это для тебя обычное дело — тебя никогда нет, когда ты действительно нужен. Теперь я предлагаю тебе держаться от нас подальше.

— Возможно, я могу чтото сделать.

— Сомневаюсь, — сказала мама Елены. — Теперь, когда это случилось, Фалько, я полагаю, моя дочь будет вполне рада, если никогда больше тебя не увидит!

Я любезно попрощался с женой сенатора, поскольку мужчина всегда должен быть вежлив с матерью троих детей, особенно когда она только что сделала крайне драматическое заявление о своем старшем и милейшем ребенке — и этот мужчина собирался обидеть ее позже, доказав ее неправоту.

Потом я вышел из дома Камилла, вспоминая, как Елена Юстина умоляла меня не убивать Пертинакса. И зная, что когда я найду его, то, возможно, убью.

LXXXV

Я отправился прямо за Тибр и поднялся в его комнату. Я совершенно не был вооружен. Глупо. Но все его личное имущество исчезло; и он тоже.

Через улицу в винном погребе шла активная торговля, но посетителей обслуживал незнакомец. Я спросил Туллию, и мне грубо сообщили: «Завтра!» Прислужнику не хватало времени отчитываться за нее. Думаю, мужчины всегда спрашивали Туллию.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация