Я пригнулся — к счастью, враги не были
убыстрены и преимущество в скорости оставалось за мной. Взмахнул рукой,
позволяя Силе стекать с кончиков пальцев. На землю пролился огненный дождь,
перед нападающими выросла стена дымного пламени. Ну-ка, ребята, готовы ли вы
лезть в огонь?
Они не были готовы. Остановились (один слишком
разогнался, сунулся мордой в огонь и отпрянул с воплем), отступили и стали
поднимать автоматы.
Разумеется, я не дожидался стрельбы. Ворвался
обратно в дом, по пути файерболом превратив в шлак сомнительную вывеску Ночного
Дозора. В крови бурлил адреналин.
Войнушка? Прекрасно, будем играть в войнушку!
На дверь — заклинание Абсолютного Запора (этих
заклинаний на самом деле два, но другое не дало бы никакого эффекта, будь оно
применено к неодушевленному предмету). На всю стену — легкий Щит, чтобы
продержался под автоматным огнем минут пять. Конечно, атакующие заметят
неладное. Но у нас уже нет возможности уходить совершенно скрытно.
В Сумрак один за другим вошли оба Темных — они
стояли спиной к взорвавшейся гранате. Старший тут же вознамерился чем-то
ударить в окно, я поймал его за руку.
— Что у тебя?
Он оскалил в улыбке длинные кривые зубы. Надо
же, обычный слабый Темный маг, а какую челюсть отрастил!
— В штаны наложат. Немножко.
— Валяй, — согласился я. —
Только не здесь, свою сторону прикрывай!
В Сумрак вошел Тимур, следом — Алишер,
волочащий за собой Мурата. Только Нодир тер глаза и все никак не мог
опомниться, его ослепило сильнее всех.
— Алишер, берем Афанди! — крикнул я.
Мы подошли к старику, по-прежнему сидевшему за
столом и норовившему присосаться прямо к горлышку непочатой коньячной бутылки.
— На счет «два», — сказал я. —
Раз, два…
Выскочив из Сумрака, мы подхватили Афанди под
руки и подняли со стула. Свободной рукой я еще успел подобрать сумку со своими
пожитками и набросить ремень на плечо. В ушах гремели автоматные очереди,
звякали рикошетирующие от Щита пули, за окнами колыхалось багровое пламя.
Ловким движением старик успел-таки еще разок приложиться к бутылке — в тот
самый миг, когда мы втащили его в Сумрак.
— Ай! — огорченно воскликнул он.
Бутылка так и осталась в обычном мире, ладонь Афанди сомкнулась на
пустоте. — Ай, продукт пропадает!
— Дедушка, нам не до продукта, — с
немыслимым терпением произнес Алишер. — Враги напали, уходим!
— Врагам не сдадимся! — бодро
воскликнул Афанди. — В бой!
Наконец-то в Сумрак вошел и Нодир. Я оглядел
свое импровизированное войско: четверо слабых Светлых, двое слабых Темных,
проверенный на московских улицах Алишер и Афанди в качестве балласта. Ну… все
не так уж и плохо. Даже если где-то рядом скрываются те самые Высшие, что были
в Шотландии, можно дать им достойный бой.
— Уходим! — велел я. — Алишер,
на тебе Афанди! Валентина, Тимур — вы первые! Всем поставить Щит Мага!
Уходили мы прямо сквозь стену. На втором слое
Сумрака мы бы ее вообще не заметили. На первом она существовала и вроде бы даже
задерживала движение. Но с разбега здесь можно было пройти почти сквозь любой
материальный предмет.
Мы и прошли. Только у Афанди застряла нога, и
он долго дрыгал ею в стене, пока не прорвался, оставив внутри одну кроссовку.
Так она и будет теперь висеть на первом слое Сумрака, медленно, в течение
нескольких месяцев истлевая. Некоторые особо чувствительные люди даже будут ее
замечать краем глаза… конечно, если после штурма здание уцелеет.
С той стороны, где мы вышли, оцепление было
пожиже. Пятеро автоматчиков таращились в глухую стену, явно недоумевая, зачем
их тут поставили. Но двое все-таки оказались зачарованными и увидели нас. Уж не
знаю, как мы выглядели — обычными людьми, выскочившими из стены, или
призрачными тенями. В любом случае радушия на лицах автоматчиков не появилось,
только страх и готовность стрелять. Валентина действовала грамотно — ее
заклинание не имело никакого видимого эффекта, но безотказный «Калашников» в
руках солдата стрелять отказался. А вот Тимур метнул сквозь Сумрак файерболом и
сжег ствол автомата.
Зря!
Да, эти двое не могли больше стрелять. Но их
товарищи, не способные обнаружить нас самих, увидели ударивший из пустоты
огненный шар — и принялись стрелять. То ли с перепугу, то ли их этому научили.
Вначале мне показалось, что он не поставил
Щит. Очередь буквально прошила его насквозь — я видел, как спину Тимура одна за
другой дырявят пули. Он завалился на спину, и только тут я увидел, что Щит у
него все-таки был. Слабенький, только впереди, но был.
Зачарованные пули прошли сквозь магическую
броню. Та же работа, что и в Эдинбурге!
— Тим! — закричал Нодир, склоняясь
над другом. — Тим!
Это его спасло — беспорядочно палившие
автоматчики выпустили несколько очередей над его головой.
А в следующий миг, я не успел ничего сделать,
Мурат ударил в ответ.
У них был не слишком большой выбор заклинаний.
Провинциальные маги, отвыкшие от стычек и не слишком-то сильные от природы, они
не были готовы к такому поединку — с людьми, умеющими убивать Иных.
Мурат применил какой-то незнакомый мне вариант
Белого Меча. Теоретически это заклинание должно убивать только Темных Иных и
людей, полностью склонившихся ко злу. Практически — нужно быть монахом,
проводящим свои дни в молитвах и смирении, чтобы беспощадный удар не нанес тебе
вреда. Любая агрессия, любой страх делают человека уязвимым для лезвия из
чистого Света.
У этих узбекских парнишек в военной форме
страха и агрессии было хоть отбавляй…
Четверых солдат белый клинок перерезал, будто
острая коса пшеничные колосья. Напополам. С фонтанами крови и прочими
неприглядностями. Пятый солдат бросил автомат и с безумным криком кинулся
бежать. Даже из Сумрака его движения выглядели быстрыми — как же он припустил!
Я обогнул застывшего на месте Мурата. Белый
клинок уже истаивал в его руке. Взгляд у него сделался очень спокойным и будто
бы сонным. Я заглянул магу в глаза и нашел в них ответ на свой вопрос.
Все. Он уже уходил.
Присев рядом с Нодиром, я потряс его за плечо:
— Пошли.
Он повернулся ко мне. Очень удивленно сказал:
— Тимура убили. Застрелили!
— Я вижу. Идем.
Нодир замотал головой:
— Нет! Мы не можем его тут оставить…