Книга Вскрытие показало..., страница 11. Автор книги Патрисия Корнуэлл

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Вскрытие показало...»

Cтраница 11

– Хорошую они нам свинью подложили, – проговорил Вандер. – Хотел бы я знать, откуда просачивается информация – тогда я бы кое-кого подвесил вверх тормашками.

– В полицейской академии не учат держать язык за зубами – а то на что же копы станут жаловаться? – объяснила я.

– Не думаю, что это копы. А моя жена сама себя не помнит от страха. Живи мы в городе, она бы сегодня же устроила переезд.

Вандер уселся за свой стол. Об этом столе стоит рассказать отдельно. Там среди залежей распечаток, под толстым слоем фотографий и стикеров всегда можно найти бутылку пива или кусок кафельной плитки с засохшим следом окровавленной подошвы – это, оказывается, вещдоки, ранее аккуратно упакованные в герметичные пакеты. На столе также имеются – правда, в разных углах – с десяток коробочек с формалином, в каждой из которых находится обуглившийся отпечаток пальца, отрезанный точно на второй фаланге. В случае если труп успел разложиться или сильно обгорел, отпечатки пальцев для установления личности добыть непросто, и обычные методы тут не годятся. Венчает этот бардак флакон крема для рук на вазелиновой основе.

Вандер намазал руки и надел хлопчатобумажные перчатки. У него была чувствительная кожа, а ведь ему постоянно приходилось возиться с ацетоном и ксиленом и полоскаться в воде. Порой Вандер так увлекался выявлением скрытых отпечатков пальцев, что начинал работать с нингидрином, не надев перчаток, а потом целую неделю ходил с багровыми руками. Он закончил свои процедуры, и мы пошли на четвертый этаж.

Там у нас помешалась лаборантская с компьютерами. Количество последних, а также неземная стерильность помещения наводили на мысли о космическом корабле. Прибор, более всего напоминавший ряд умывальников и сушилок для рук, был не чем иным, как устройством для идентификации отпечатков пальцев, способным найти конкретные отпечатки в обширной базе данных, хранящейся на магнитных дисках. Эта штуковина сличала восемьсот отпечатков в секунду. Вандер не любил сидеть без дела, ожидая результатов. Обычно он задавал программу и оставлял компьютер работать на всю ночь – мой коллега утверждал, что так у него есть стимул встать рано утром и поехать на работу.

Основную по времени часть поисков Вандер закончил в субботу: он увеличил снимки найденных нами отпечатков в пять раз, каждый снимок снабдил листом кальки, отметил фломастером наиболее заметные характеристики и все это отсканировал. Затем Вандер вернул снимки в масштаб "один к одному". Он переместил снимки на схему и загрузил последнюю в компьютер. Теперь оставалось только кликнуть на иконку "печатать".

Вандер уселся в кресло с достоинством пианиста перед концертом. Мне даже показалось, что он грациозно откинул полы лаборантского фрака и возложил музыкальные пальцы в перчатках на клавиатуру. Его роялем были монитор, сканер и процессор для идентификации отпечатков пальцев. Сканер, помимо всего прочего, считывал образцы отпечатков, какие берут у подозреваемых. И вот процессор сразу выдал все характеристики.

Вандер распечатал длиннющий список подозреваемых и разделил его на десять частей, отметив фамилии тех личностей, с которыми уже имел дело.

Нас особенно интересовал идентификационный номер 88-01651 – именно он был присвоен отпечаткам пальцев, найденным на теле Лори Петерсен.

При сличении на компьютере "пальчиков" используется та же лексика, что и на политических выборах. Лица из базы данных, для которых вероятность идентичности их отпечатков и отпечатков, найденных на месте преступления, весьма велика, называются кандидатами, их классифицируют по количеству совпадений в рисунках папиллярных линий: каждое совпадение – это "голос". В нашем случае оказался только один "кандидат", он набрал более тысячи "голосов". Попался, голубчик.

У Вандера от возбуждения случился приступ красноречия:

– Мы сделали это! Мы его вычислили! Ай да мы! – кричал он.

Победитель носил ничего нам не говоривший номер NIC112.

Я не ожидала, что мы так быстро его идентифицируем.

– Выходит, отпечатки, оставленные на теле жертвы, уже имеются в базе данных?

– Верно, – отвечал Вандер.

– Значит, у этого типа криминальное прошлое?

– Не исключено, но вовсе не обязательно, – сказал Вандер, начиная проверку данных. Несколько секунд он смотрел на монитор, потом добавил: – Возможно, у него взяли отпечатки, когда он оформлял лицензию на вождение такси.

Вандер задал программу поиска. На экране появилась таблица с указанием пола кандидата, его расовой принадлежности, даты рождения и прочих данных.

– На. – Вандер протянул мне распечатку.

Я уставилась в таблицу. Я перечитала ее несколько раз.

Жаль, что с нами не было Марино.

Если верить компьютеру – а он не ошибается, – отпечатки пальцев на плече Лори Петерсен принадлежали Мэтту Петерсену, ее мужу.

Глава 4

В том, что Мэтт Петерсен прикасался к телу жены, ничего удивительного я не видела – вполне естественно, что человек, найдя возлюбленную мертвой, отказывается верить глазам, трясет ее, словно пытаясь разбудить. Странно было другое. Во-первых, отпечатки удалось выявить, потому что на пальцах того, кто прикасался к миссис Петерсен, оказались "блестки". Во-вторых, образцы отпечатков Мэтта Петерсена еще не доставили в лабораторию. Следовательно, они уже имелись в базе данных, раз компьютер их идентифицировал.

Не успела я попросить Вандера поискать в базе данных, в какое время и при каких обстоятельствах у Петерсена брали отпечатки пальцев, как ввалился Марино.

– Ваша секретарша сказала, что вы наверху, – буркнул детектив вместо "Здрасьте" – он, как всегда, был весьма любезен.

Доблестный сержант жевал глазированный пончик, явно прихваченный у Розы – та всегда по понедельникам приносила целую упаковку. Марино оглядел компьютеры и всучил мне конверт из грубой коричневой бумаги:

– Извини, Нейлз, но доктор Скарпетта первая их попросила.

Вандер с интересом наблюдал, как я открываю конверт. Внутри оказался пластиковый пакет с образцами отпечатков Мэтта Петерсена. Образцы следовало отправить в лабораторию, а не отдавать мне лично в руки – теперь Вандер мог решить, что я его подсиживаю. Марино не прочь втянуть меня в интригу – прекрасно. Ничего, я ему это припомню.

Я сразу придумала, что сказать Вандеру:

– Просто я не хотела, чтобы конверт валялся у тебя на столе без присмотра. Петерсен предположительно пользовался в тот вечер театральным гримом. Если у него на руках были остатки грима, они, возможно, окажутся и на карточке с отпечатками.

У Вандера округлились глаза. До него дошло.

– Мы сейчас же включим лазер.

Марино стал мрачнее тучи.

– А что у нас с походным ножом? – спросила я нежнейшим голоском.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация