Книга Спецназ, который не вернется, страница 3. Автор книги Николай Иванов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Спецназ, который не вернется»

Cтраница 3

— Прекрасно. Где он сейчас?

— Пьет и мается. Особенно после поражения Зюганова. Держим на контроле, можем представить вам в любой момент.

— Мне — не нужно. Этот вопрос до конца будет лежать на ваших плечах. Таким же образом подберите ему команду.

Собеседник попался понятливый, кивнул головой:

— Ясно. Только единственный штрих, с вашего позволения: всех мало-мальски толковых мужиков мгновенно подбирают коммерческие структуры И, насколько я осведомлен, за очень приличную сумму. Это к вопросу об оплате…

Хозяин поднялся, этаким монументом прошелся по коврам. Но не озабоченно или обреченно, а чтобы размять спину, которая, видать, серьезно его донимала. Одновременно дал понять собеседнику, от волнения выпиравшему пот со лба, что тот вытаскивает на свет Божий совершеннейшие глупости.

— А мы ни в коем случае не отрываем их от новой работы, — сделал несколько медленных задираний подбородка из серии упражнений «я гордый». Значит, у него болела не поясница, а грудные или шейные позвонки. Болезнь тех, кто много сидит, склонившись над столом. — Это — разовая операция, за которую мы очень хорошо заплатим. С выдачей аванса. Подчеркни — очень приличного. И потрафь им: мол, никто, кроме них, не сможет выполнить такое задание. Подлинные профессионалы маются в офисах от безделья и мелочевки, перегорают, ржавеют. И если учуют запах настоящего риска, по крайней мере примут стойку. Таких и подбирай. Но по тем пунктам, которые оговорили раньше.

Встал, прошел к карте. Недовольно покряхтел: неудобно все-таки расположена эта Чечня, приходится нагибаться. Вгляделся в коричневые разводы, будто уже высматривал в них спецгруппу Зарембы.

— И вот когда они примут стойку, ты им — про деньги. И не стесняйся, они уже успели понять, сколько могут стоить. За одну идею сегодня, сам понимаешь…

— Понимаю.

— И забрасывай в Балашиху, на учебный центр «Вымпела». Все равно он простаивает. Да и подальше от лишних глаз. Все.

— С вашего позволения, — откланялся гость.

В приемной вытер уже не только лоб, но и шею, на которую упали новые проблемы.


Глава 3. В тихом омуте…

Стреляли из трех положений. Сначала три выстрела — в прыжке. Здесь важно не спускать глаз с мишени, а не смотреть на землю и место, куда падаешь. Второе упражнение — перекат. Катишься по земле, пистолет зажат обеими руками над головой. Стреляешь в белый свет, как в копеечку, но шум создается достаточный, чтобы не оставлять противника в благостном вальяжном состоянии.

И — кувырки. Через голову, плечо, вперед, назад и сразу огонь. Не запутаться, в какой стороне враг, и опять-таки думать не о собственном приземлении, а о необходимости нажать на спусковой крючок.

За тренировкой группы Заремба наблюдал издали. Делал это не из желания подсмотреть что-то в замочную скважину, а из чувства самоуважения: его пока никто не представлял как командира. Но глаз уже отмечал главный недостаток, который он не хотел бы видеть у своих подчиненных: группы как таковой еще не существовало. Стреляли шесть человек, которые занимались на огневом рубеже каждый сам по себе. Патроны снаряжали молча, ждали своей очереди на стрельбу в одиночестве, тем более к стреляющему никто не подходил, мишени не осматривал, советов не давал.

Исключение в какой-то степени составила женщина, возле которой старался находиться поближе высокий светловолосый парень с косичкой в волосах. Но судя по всему, здесь присутствовала не забота о качестве стрельбы, а что-то из области любовной лирики.

— Ну, и как они вам на первый взгляд? — поинтересовался Вениамин Витальевич.

Ни должности своей, ни звания, ни даже фамилии он не назвал при знакомстве. Это из чекистских замашек, а когда он беспрепятственно — милиция и руководство полигона взяли под козырек — проехал на закрытый участок «Вымпела», Заремба утвердился окончательно: звания и должности сегодня — ерунда. Главное — от чьего имени ты действуешь.

От чьего имени действовал Вениамин Витальевич, оставалось секретом. Его фраза «Я из Кремля» — слишком общая. Тот пижон, из-за которого подполковник расстался с погонами, тоже приезжал в Грозный от имени Кремля. На прощальном ужине, обращаясь к офицерам бригады, Заремба с грустью предугадал:

— Генералов и начальников снимают и назначают, а воевать будем мы. Теперь уже — вы…

В Чечне он сам уже перестал не то что запоминать в лицо все новых и новых своих начальников, а и фамилии их не записывал. Они менялись как носовые платочки у экзальтированных, слезливых дам. Чтобы спасти лицо в чеченской авантюре, Москва делала отчаянные попытки найти среди военных симбиоз волка и овцы. Хотели спихнуть весь позор на армию, да еще так, чтобы она не взбунтовалась. И одновременно закрыть вспенившиеся рты правозащитников, робко, но уже повякивающих на власть за Чечню. Требовалось учитывать Кремлю и мрачные лица тех, кто жаждал быстрого успеха хоть в чем-нибудь.

В итоге получалось совсем ни к черту, совсем плохо: ни боевых действий, ни мира, одни подлости. С обеих сторон. В такой ситуации на войнах народу гибнет всегда больше.

— Ну, так что? — напомнил о себе Вениамин Витальевич, увидев, что спецназовец ушел в воспоминания.

— Женщина-то зачем?

— Марина? Жила в Грозном, знает язык. И ко всему — чемпионка МВД по пулевой стрельбе.

— Остальные?

— Ее светлый ухажер — Иван Волонихин, — не мог не заметить отношений парочки и кремлевский посланник. — Альпинист, мастер по выживанию в экстремальных условиях. А главное — врач. Тот, который снаряжает магазин патронами, — Семен Дождевик. Прапорщик, десантник. Или, как вы нас поправляете — сначала десантник, а потом все остальное, — польстил Зарембе Вениамин Витальевич, увидев на груди у подполковника десантную тельняшку.

— Дальше, — постарался остаться равнодушным спецназовец: ему надо сколачивать команду для боя, а не для пьянки.

— Мишени пинает, недовольный, — капитан Василий Туманов. Пограничник. Всю жизнь на заставах, прекрасно знает горы.

— Горы знают многие, — не удовлетворился кандидатурой Заремба.

— Немногословен, — вытерев пот со лба, добавил плюс Вениамин Витальевич.

Заремба отметил, что он мгновенно потел при малейшей нестыковке с его отработанными планами. Нет, он не из КГБ, там таких не держали. Он в самом деле из Кремля.

— Меня это не касается, — снова не согласился подполковник с методом, по которому отбирали кандидатов. — Может кому-то и нужны молчуны, а мне — профессионалы. А там пусть хоть арии поют, хоть «Лебединое озеро» танцуют.

— Отчаянный. Говорит и делает, — выдал последний аргумент собеседник.

— Ладно, посмотрим. Эти двое? — указал спецназовец взглядом на оставшихся парней.

— Левый — капитан Юра Работяжев. Минер: ставит, снимает, подрывает. Был контужен в Таджикистане. Второй — Игорь Чачух, бывший летчик. Но… — опередил он новое недовольство спецназовца, — кандидат по всем немыслимым видам спорта. После увольнения в запас сам обивал пороги военкомата: призовите хоть куда-нибудь. Свой человек.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация