Книга Зигзаг, страница 89. Автор книги Хосе Карлос Сомоса

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Зигзаг»

Cтраница 89

Но он ошибался.

В этом он убедился всего мгновение спустя.

Были вещи, способные лишить разума здоровый мозг.


Ночь казалась непрочной. Тонкий черный тюль, усеянный крохотными огоньками. Остроносая морда «Нортвинда» прорезала его ледяным ножом. Большая часть его массы пришлась на гидравлические амортизаторы, пока тормоза пытались сдержать невероятной силы импульс в окружении оглушительного рева.

Гаррисон не стал ждать, пока он остановится. Он отошел от дежурного по аэропорту и указал кивком на припаркованный у терминала номер три фургон. Его люди ловко и бесшумно залезли в машину, последний закрыл дверцу, и автомобиль неспешно заскользил к самолету. В этот предрассветный час коммерческих рейсов почти не было, поэтому можно было не опасаться, что им помешают. Гаррисон только что получил от пилотов отчет о полете: без происшествий. Он подумал, что первая часть задачи — собрать всех ученых вместе — завершена.

Он обернулся к сидящему рядом с ним доверенному человеку:

— Никакого оружия и применения силы. Если не захочет отдать чемодан сейчас, пусть останется у него. У нас будет время забрать его, когда приедем в дом. Прежде всего нужно завоевать его доверие.

Фургон остановился, люди вышли. Прижимавший к земле траву вокруг летных полос ветер разметал снежно-белые волосы Гаррисона. Трап уже подвезли, но люк самолета не открывался. Чего они там ждут?

— Иллюминаторы… — указал доверенный человек.

Сначала Гаррисон не сообразил, о чем он говорит. А потом снова посмотрел на самолет и понял.

Все пять боковых иллюминаторов роскошного «Нортвинда» за исключением стекол в кабине пилотов были словно окрашены в черный цвет. Он не слышал, чтобы в какой-то модели самолетов использовались тонированные стекла. Почему пассажиры сидят в темноте?

Вдруг окошки загорелись так мягко, как в сумраке пробуждаются фонари на пустынной улице. Свет переходил с одного иллюминатора на другой: кто-то явно водил фонариком из кабины. Но больше всего в глаза бросался цвет этого света.

Красный. Грязного оттенка, неравномерный.

А может, что запачкало внутреннюю поверхность стекол?

В животе у Гаррисона похолодело, он не мог двинуться с места. На какой-то миг время, казалось, остановилось.

— Войдите… в самолет… — проговорил он, но, похоже, никто его не услышал. Он сделал вдох и собрался с силами, как генерал, обращающийся к потрепанному войску перед грядущим очевидным поражением: — Войдите в этот чертов самолет!

Ему показалось, что он кричит в каком-то мире, населенном парализованными людьми.

27

— Все спланировал Серджио Марини. Он не хуже меня знал о рискованности этого предприятия, но у него было… — Бланес на миг задумался, словно подыскивая точное слово. — Возможно, больше любопытства. Я, кажется, уже как-то говорил тебе, Элиса, что «Игл Груп» хотела, чтобы мы ставили эксперименты с недавним прошлым, но я отказывался. Серджио никогда не был согласен со мной в этом вопросе, и когда он увидел, что переубедить меня нельзя, однако сделал вид, что капитулирует. Наверное, мое присутствие в проекте было необходимо, так что передо мной ему пришлось притворяться, но за моей спиной он поговорил с Колином. Колин был молодым гениальным физиком, он создал «Сьюзан» и всячески хотел отличиться. «Это наш шанс, Колин», — наверное, сказал он ему. Они стали думать, как сделать все без моего ведома, и им пришла в голову прекрасная мысль: почему бы не использовать одного из студентов? Они выбрали Рика Валенте. Он идеально подходил для этой роли: выдающийся ум, масса амбиций, Колин знал его еще по Оксфорду. Сначала они, конечно, просили его о малом: чтобы он потренировался в обращении с ускорителем и компьютерами… А потом дали уже более конкретные инструкции. Он работал почти каждую ночь. Картер и его люди знали об этом и покрывали его.

— Этот шум в коридоре… — прошептала Элиса. — Эта тень…

— Это был Рик. Он предпринял и другой шаг, удивив Марини и Колина: завел отношения с Розалин Райтер, чтобы, если кто-то застанет его ночью разгуливающим по корпусам, подумали, будто он ходит к ней.

Элиса мысленно перенеслась в свою комнату на Нью-Нельсоне: она слышала шаги и видела, как в окошке двери скользит какая-то тень. И снова там стоял Рик Валенте, разглядывая ее с презрительной ухмылкой. То, что она теперь знала, очень хорошо увязывалось с ее представлениями о Рике: амбициозность, желание перепрыгнуть даже через Бланеса… Все это ему было свойственно так же, как мелочная игра с чувствами Розалин. Но что же он мог сотворить во время своих ночных экспериментов? Откуда возникли эти сны и видения? Как Рику удалось до такой степени перевернуть жизнь их всех?

Жаклин, казалось, читала ее мысли. Она подняла голову и спросила:

— Но что же Рик такого сделал, чтобы произошло это?..

— Всему свое время, Жаклин, — ответил Бланес. — Мы еще не знаем, что именно он сделал, но я расскажу вам, что, как мы с Райнхардом думаем, случилось ночью в субботу, первого октября 2005 года. В ночь, когда умерла Розалин и исчез Рик.

Они снова сидели вокруг стола, и лампа очерчивала островок света в центре. Они устали и очень проголодались (за последние часы в их желудки попадала только вода), но Элиса практически не могла думать ни о чем другом — только бы слушать рассказ Бланеса. Она подозревала, что концентрация адреналина в крови все нарастает, и то же самое происходит со всеми остальными, включая бедного Виктора. А Картер все это время сновал из комнаты в комнату, отвечал на звонки и отсылал сообщения. Он попросил у Виктора удостоверение личности, объяснив, что, если тот хочет ехать с ними, ему понадобится поддельный паспорт. В этот момент он говорил с кем-то, кто стоял за пределами комнаты. Элиса не могла его слышать.

— Как вы, наверное, помните, — продолжил Бланес, — в ту ночь нам запретили пользоваться электронными приборами из-за грозы. Никому нельзя было идти в зал управления и подключать аппаратуру. Судя по всему, Рик решил, что лучшего момента для того, чтобы свободно поэкспериментировать, не найти, потому что никто не сможет ему помешать. Он ничего не сказал даже Марини и Крейгу. Он встал, как всегда, умостил на кровати подушку и рюкзак, чтобы казалось, будто он спит. Но случилось нечто, чего он не предвидел. Точнее, две вещи. Во-первых (так нам кажется, хотя точных доказательств нет), Розалин пошла среди ночи к нему в комнату, чтобы объясниться: она ему надоела, и он уже несколько дней не обращал на нее внимания, так что она была в отчаянии. Попытавшись его разбудить, она обнаружила обман, это ее заинтриговало, и она отправилась разыскивать его по корпусам. Возможно, она отыскала его в зале управления, а может, попала туда тогда, когда он уже исчез. Как бы там ни было, произошло второе событие, то, что нам предстоит разгадать, то особенное, что сделал Рик (может быть, это сделала Розалин, но сомневаюсь: на нее просто обрушились последствия), то, что пошло неправильно… Все остальные наши заключения — просто догадки: появился Зигзаг, он убил Розалин, а Рик исчез. — Немного помолчав, Бланес добавил: — Потом Марини и Крейг стерли свидетельства использования ускорителя, чтобы мы ни о чем не догадались, или, может быть, они стерлись, когда пропал свет, точно не знаю. Но известно, что Марини сохранил тайную копию экспериментов Рика и своих опытов. О ее существовании не знали даже в «Игл Груп». Их специалисты допрашивали нас с использованием наркотиков, но Картер говорит, что никакой наркотик не принудит тебя признаться в том, что ты хочешь скрыть, если только тебе не будут задавать четкие вопросы. Существование этих данных осталось неизвестным. Несомненно, Серджио их скрывал, потому что заподозрил, что происшедшее могло быть как-то связано с экспериментами Рика, хотя, возможно, полная уверенность в этом пришла к нему только после гибели Колина. Он был первым из нас, кто узнал о ней (и это показывает, что он тщательно следил за событиями). А помните, как он нервничал на базе «Игл Груп» и просил защиты?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация