Книга Боги Абердина, страница 77. Автор книги Михей Натан

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Боги Абердина»

Cтраница 77

— Знаешь, я пока еще не бывала в Праге, — объявила девушка, снимая очки и убирая их в тонкий кожаный очечник. Несколько студентов мужского пола оставались на своих местах и с завистью смотрели на меня. — Прошлым летом я хотела позаниматься в Карловом университете, но отец настоял, чтобы я вместо этого отправилась в Израиль. Конечно, там оказалось слишком жарко, а все парни — психами из армии. — Она быстро улыбнулась. — Повтори, пожалуйста, где ты останавливался в Праге?

— В «Мустових», — сказал я.

— Да, название мне сразу же показалось знакомым, — кивнула она. — Мой отец там останавливается, когда ездит в Прагу.

Я улыбнулся. У нас не было совершенно ничего общего, кроме знания лучшей пражской гостиницы.

— Я знаю, что лучше приглашать заранее, и у тебя уже могут быть какие-то планы, — заговорила Эллисон, открывая плоскую дамскую сумочку. — Но завтра вечером я устраиваю вечеринку — у себя дома на Линвуд-Террас.

Она протянула мне визитку с серебряным тиснением. Я подумал про визитку Дэна, которую он вручил мне в университетском дворе, когда его окликнула Николь. Вспомнилось, как он шел к нам в костюме не по размеру, как на нем висел пиджак, а брюки собирались на лодыжках. Наверное, что его визитка до сих пор лежала у меня где-то в коробке из-под обуви, которая стоит в нашем шкафу, словно урна с прахом, с костями нашего прошлого.

— Можешь взять кого-нибудь с собой, — сказала она с намеком на улыбку.

«Что это значит? — подумал я. — Я ее привлек? Или это любопытство? Проявление симпатии?»

Я подумал о том, кого смогу взять с собой — Николь, Арта, Хауи. Но никто из них не показался мне особенно подходящим. Эллисон быстро и официально пожала мне руку, закрыла сумочку с громким щелчком и пошла прочь. Темные волосы струились по плечам, как падающая тень.

Глава 4

Вместо того, чтобы возвращаться в дом доктора Кейда, я взял такси и поехал в город. Вышел у «Галантереи», лучшего магазина мужской одежды в Фэрвиче, купил ботинки, брюки и две рубашки, а также запонки из 14-каратного золота. После этого я провел остаток дня в своей комнате в общежитии, работая над переводами. Я пил чай, который заварил на позаимствованной плитке, он был с запахом апельсина, мне дал его Джош.

В общежитии почти ничего не происходило. По коридорам разносился тихий звук джазовой музыки, батареи подвывали и трещали, кто-то постучал мне в дверь, когда наступило время ужина, но я не удосужился ответить. Закончив работу, я попытался часок отдохнуть в одиночестве, но стало скучно. Тогда я отправился вниз, чтобы что-нибудь съесть, пока не закрыли столовую.

Там я нашел только то, что обычно остается к концу обеда или ужина, когда уже почти все поели — почерневшие бананы, яблоки с гнильцой, разлитую по тарелкам кашу. Когда я спросил парня за стойкой, откуда раздают горячую пищу, не осталось ли чего-нибудь от ужина, он только буркнул что-то себе под нос и пошел прочь, почесывая затылок сквозь сеточку, которая прикрывала волосы. Я взял сдобную булочку с подноса и уселся в уголке в одиночестве, слушая, как несколько студентов разговаривают в другом конце помещения.

На самом деле, обстановка действовала на меня успокаивающе. Я смотрел на коричневые стены и читал бесконечные инициалы, вырезанные и написанные на панелях на протяжении десятилетий. По большей части, это были две буквы, за которыми следовал год: «АМ78», «JT85». Некоторые указывали имя, буквы явно писались давно и стерлись, а сами имена казались старинными — Хорас, Марвин, Эстер.

Я быстро обвел взглядом помещение, затем взял ключ и принялся выцарапывать собственные инициалы, прикрывая левую руку правой.

— Эрик?

Я поднял голову. Рядом стояла Николь, а по обе стороны от нее — две молоденькие девушки, одетые с претензией. Она сама была во всем черном — плотно обтягивающих брючках и свитере, который безнадежно растянулся из-за ее груди. Я уже наполовину закончил инициалы на стене — получилась неровная «Е» и одна черточка от «D».

— Я и не представляла, что ты такой вандал, — заявила девушка, уперев руки в бока.

— Привет, Николь, — поздоровался я.

Она надула губки и бросилась вперед, обняла меня, обдав запахом ванили.

— На днях я видела тебя с другом — высоким, симпатичным парнем, который никогда не улыбается. Как же его зовут-то?..

— Артур.

— Да, с ним. В его машине…

— Я знаю. Мы же махали тебе.

Она кивнула и улыбнулась. Очевидно, что тема ей уже наскучила.

— Мы собираемся в «Погребок». Там выступают «Блюлайт Спешиалс». Хочешь пойти? Я могу провести бесплатно.

— Нет, спасибо, — поблагодарил я, двигая наполовину съеденную булочку по подносу. — Не очень хорошо себя чувствую.

— Да, выглядишь ты неважно, — заявила Николь, приложив ладонь к моему лбу. — Может, ты что-нибудь подхватил в Праге? Чешский грипп или что-то в этом роде.

Глаза у девушек округлились. Думаю, Николь это почувствовала и обняла меня за плечи.

— Он был в Праге на зимних каникулах, — гордо сообщила Николь. — Можете себе представить? Звонил мне из автомата в уличном кафе. Помнишь, Эрик?

— Помню.

— Я не могла в это поверить. Из всех людей, которым ты мог позвонить, ты выбрал меня. — Николь растрепала мне волосы. — А я была в гнусном Нью-Йорке. В пригороде Нью-Йорка, если быть абсолютно точной.

— И как там? — спросила одна из девушек с округлившимися глазами. Она была симпатичной блондинкой с влажными голубыми глазами и свежим лицом. Я почувствовал, что могу в нее влюбиться.

— Там было пасмурно, — сказала я, имея в виду Прагу. — Мрачно и холодно.

— Нам действительно пора, — внезапно сказала Николь.

Я знал, что привлек внимание блондинки, но не знал, почему. Теперь знаю — внимание молодых девушек всегда привлекают задумчивые типы с недовольным видом. Я хотел пригласить ее к себе в комнату, лечь с ней в постель и послушать истории об ее жизни. Она представляла собой все, чего я желал в эти минуты. Всех, с кем я хотел быть. Она символизировала то, на что я надеялся в это мгновение.

Но моим мечтам не суждено было сбыться. Вместо этого Николь поцеловала меня в щеку и велела позвонить. Я смотрел, как они уходят, что-то возбужденно обсуждая.

* * *

На следующий день я отправился на вечеринку к Эллисон Фейнштейн. Она жила в двухэтажном домике под щипцовой крышей на Линвуд-Террас, улице с односторонним движением, на которой стояло всего семь домов. Как в дальнейшем пояснила Эллисон, ей этот дом купили родители. Они считали, что всегда смогут его продать после окончания дочерью университета. А если ей понравится Фэрвич, недвижимость можно оставить и приезжать сюда отдыхать. В любом случае, Эллисон заявила, что это лучше жизни в общежитии или на съемной квартире. Она слышала слишком много историй о насильниках, которые любит места обитания студентов, и о ворах, часто появляющихся в общежитиях.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация