Книга Наследник Петра. Кандидатский минимум, страница 54. Автор книги Андрей Величко

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Наследник Петра. Кандидатский минимум»

Cтраница 54

На воспоминания и предварительную беседу Брюсу с бабкой хватило сорока минут, после чего к Сергею подбежал мальчишка и сообщил, что господина просят в дом. Судя по его речам и виду, о том, что господин – это сам царь, ему не сказали.

– Слушаю вас со всем вниманием, ваше величество, – чуть поклонившись, сказал старик, мельком покосившись на скромно приткнувшуюся в углу бабку.

– Вам, наверное, Анастасия Ивановна уже сообщила, что ко мне можно обращаться на «ты», тем более людям, кои столь меня старше и образованней, – предположил император.

– Да, государь, но тут нужно было подтверждение от тебя лично. Меня тоже можно звать по-простому, я не обижусь. Но все же – что привело тебя ко мне?

– Успехи аэронавтики, – объяснил царь, присаживаясь в кресло. – И ты тоже садись, двумя словами тут не обойдешься. Итак, неделю назад произошло знаменательное событие – человек впервые поднялся в небо. Причем не просто так, а пролетел более ста верст на аппарате, который я назвал «аэростат», или, если по-простому, то воздушный шар. Но, к сожалению, окончание «стат» в его первом наименовании взято не с потолка. Этот аппарат действительно статичен относительно окружающего его воздуха. Пилот, то есть человек, управляющий шаром, может только кое-как менять высоту полета, а его скорость и направление зависят исключительно от ветра.

– На различных высотах и скорость, и направление могут отличаться, – заметил Брюс.

– Правильно, но далеко не всегда. И, кроме того, эти отличия непредсказуемы. Да и диапазон высот, где может летать шар, слишком узкий для того, чтобы уверенно пользоваться упомянутой разницей. Но ведь этого почти никто не понимает! Англичане – те уж точно не курсе. Вот, значит, я и подумал…

Далее император минут за двадцать рассказал Брюсу об английских инициативах, острове Тобаго, а также о том, как он, Петр Второй, всем этим собирается воспользоваться.

– Вот почему бы, например, не быть такой науке, которая в зависимости от места, времени года, фаз Луны, расположения созвездий сможет по силе и направлению ветра у земли предсказать, каков он на разных высотах? И как это будет меняться со временем. Ну там Сатурн в созвездии Весов, Юпитер еще где-нибудь и Венера в некой подходящей фазе. И чтоб формулы, формулы были посложнее, в одну строчку не помещались!

Император хотел добавить что-то еще, но Брюс захохотал.

– Так ты… ваше величество… ох… хочешь, дабы я эту твою науку как можно правдоподобнее придумал? – сквозь смех спросил старый ученый.

– Вот именно. Пусть лучше англичане умные книжки читают и пытаются в них разобраться, это для общего развития полезно, чем просто так вывозят наш лес да еще и пакостят при этом по мере возможностей. Ах да, чуть не забыл. Формулы, разумеется, должны быть разными для самых разных мест. Начни с той, что, скажем, для Вологды, потом придумай для Казани, а там, глядишь, со временем и до Архангельска доберемся. И наука твоя будущая пусть называется астрография.

– Эх, ваше величество, лихо ты все придумал, да вот только неохота мне в памяти потомков оставаться шарлатаном. И почему именно астрография?

– Ты там останешься как великий политик, ученый и дипломат, – пообещал император. – Про астрографию будет мой секретный указ о том, что это такое и зачем оно мне понадобилось, с пометкой, что через сто лет его можно будет предать гласности. Хотя, конечно, сто лет водить всех за нос не получится, тут бы десять продержаться, и то хлеб. А назвал я новую науку астрографией, потому как астрология и астрономия уже есть, а более, кроме «графии», я окончаний для наименования наук не знаю. Ну как, согласен?

– Да, государь, – кивнул Брюс, но тут на его лице появилась хоть и еле заметная, но все равно явно хитрая улыбка. – Придумать нетрудно, но для того, чтобы получилось правдоподобно, мне свои формулы надобно будет сверять с действительным положением планет и созвездий. А телескоп у меня уже старенький, да он и новый был, прямо скажем, плоховат.

– Понятно, – кивнул молодой царь. – Раз уж императору взбрела в голову такая блажь, то пусть от нее хоть науке будет польза – так? А то ты будто без телескопа не вычислишь, где в какое время что в небе находится. Сам же составил астрономический календарь еще тридцать лет назад! В общем, будет тебе самый лучший телескоп, но это, по-моему, как-то мелковато. Нужна настоящая обсерватория, и в ней не только телескопы, потому как одного для всех задач мало, но прочее необходимое. Углы там между звездами мерить и все остальное, я уж не знаю, что именно.

Тут император опять пожалел, что никто до сих пор не изобрел фотографию; тогда открытия, сделанные в данной обсерватории, сразу имели бы документальное подтверждение. Да и траектории небесных тел по снимкам изучать удобней, чем просто часами пялясь в телескоп. Может, пусть этим сам Брюс и займется после завершения трудов по основам астрографии? В конце концов, ему же это и пригодится.

Решив вернуться к данному вопросу попозже, император продолжил:

– Только ты побыстрее реши, где эта обсерватория будет располагаться – здесь или в Горенках. Там у меня сейчас университет. Что, не слышал? Видишь, как оно вредно, в глуши-то жить. Может, переберешься поближе к Москве? А то у меня в том университете астрономию преподавать совсем некому. Дом тебе предоставят, там таких, которые пока ни под что не заняты, еще осталось несколько штук. Ко мне в гости будет нетрудно съездить при случае, да и я не надорвусь тебя навестить. Опять же с Анастасией Ивановной почаще станешь видеться, а уж насколько это достойная женщина, ты небось знаешь не хуже меня. Как, уговорил я тебя или мне дальше продолжать языком трудиться?

– А ты, государь, это долго можешь делать?

– Два с половиной часа сподоблюсь проболтать с минимальными перерывами, это уже проверено, насчет же больше – точно не знаю, но думаю, что тоже смогу.

– Тогда, ваше величество, я согласен, мне столько на одном месте все равно не высидеть. Откушать с дороги не желаете? Небось так от самой Москвы и ехали, в трактиры не заглядывая.

– У нас с собой курица была, но и нормально поесть, конечно, тоже не помешает.


Получив согласие старого ученого на все свои предложения, Новицкий не стал задерживаться в Брюсовом имении Глинки и выехал оттуда в сопровождении бабки ранним утром следующего дня. Брюс же сказал, что ему на сборы нужно время, но обещал прибыть в Горенки не позже чем через неделю.

– Расскажи, Анастасия Ивановна, что ты обо мне сообщила Якову Вилимовичу, – попросил Сергей, когда их процессия выехала из усадьбы.

– Поначалу-то мы про свое говорили, – немного смутилась бабка. – Но потом, конечно, и до тебя речь дошла. Брюс ведь тебя несколько раз видел, когда ты был совсем малым, но почему-то ему ты тогда не понравился. Вот он и спросил, что выросло из мелкого капризы и упрямца Петьки. Я, как и было велено, в ответ изрекла чистую правду. Мол, упрямства меньше не стало, скорее наоборот, только оно у тебя теперь разумное. Ежели какую глупость ляпнешь да тебе про нее объяснят, то на своем, подобно ослу, ты зря не упрешься. В капризах я тебя ни разу не замечала, чем сразу поделилась с Яковом Вилимовичем. Далее интересно ему стало, что в действительности случилось с Ушаковым и Дмитрием Голицыным, и получил он в ответ чистую правду. Не было меня при том, поэтому точно сказать ничего не могу, а напраслину на людей возводить не привыкла. А вот что потом стало, я ему поведала в точности. Про Михаила Голицына он даже спрашивать не стал, так что рассказала я, как мы Уткина с котом нашли, после чего разговор зашел, ты уж меня прости, про Лизу твою хитромудрую. Пришлось Яше поведать и про приворот, и про отворот, и про цены на них, отчего он долго смеялся. А потом прояснилось, что Лену Верещагину, которая теперь Татищева и при твоей особе инженером служит, видел Яков Вилимович еще десять лет назад и уже тогда обратил внимание, сколь сообразительна сия девочка. Так что попросил тебе передать, что рад он и за тебя, и за Лену. В общем, кажется мне, что понял он, как ты предпочитаешь вести дела да в какую сторону, и это ему понравилось. Спрашивал еще про машины, что вы с Нартовым на заводе у ручья строите, но тут я ему почти ничего сказать не смогла, ибо сама в них ничего не понимаю. Только объяснила, что они крутятся и ухают, а из труб дым валит.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация