Книга Дочка людоеда, или Приключения Недобежкина [Книга 2], страница 56. Автор книги Михаил Гуськов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дочка людоеда, или Приключения Недобежкина [Книга 2]»

Cтраница 56

С сожалением оглядев свей шикарный летний костюм, до этого лишь слегка просоленный океанскими брызгами, а теперь еще и украшенный селедочными пятнами, аспирант вышел на улицу Чехова и сел в «третий» троллейбус.

Впрочем, чем ближе он приближался к дому на Палихе, тем радостнее билось его сердце, и хоть горько было осознавать себя потерявшим даже то малое, что он имел до встречи с Хрисогоновым, а именно — кандидатскую диссертацию, срок защиты которой он так скандально пропустил, но все же близость к родным стенам согревала душу.

Вот и знакомый двор, и милый дом, и родимый подъезд, он торопливо взбежал на пятый этаж и несколько раз радостно нажал кнопку звонка, но никто не открыл ему — соседки- старушки, как всегда, были на даче Тогда за неимением ключа он двухкопеечной монетой — именно так открывался их старенький замок — отпер дверь, потом вилкой, взятой на кухне, открыл замок на двери в свою комнату и не поверил своим глазам.

Сильно подросшие Тигра и Полкан выскочили ему навстречу с бурными проявлениями нечеловеческой радости. Тигра вспрыгнула ка плечо и несколько раз лизнула его в щеку, а Полкан бросался на грудь с заливистым лаем.

— Братцы вы мои дорогие! — воскликнул аспирант с такой радостью, будто увидел вернувшимися с того света самых дорогих и близких ему людей. — Кто же вас кормил все это время? Ага, наверное, мои добрые соседки-старушки, Марья Ильинична с Зинаидой Ильиничной?

Но что это? На зеркальном шкафу, там, куда он пытался поставить злополучную сумку, чтобы она была перед глазами Ангия Елпидифоровича, стояла эта самая сумочка, и даже ручка кнута торчала как прежде. Недобежкин упал на четвереньки и по-собачьи пополз к железной кровати, под которую убрал чемоданы с драгоценностями.

Тигра, хитрыми глазами перемигиваясь с Полканом, радостно прыгала вокруг, терлась мордой о его лицо, заговорщически виляя хвостом и мешая хозяину проверять свои догадки.

Недобежкин открыл чемодан, и его ослепил блеск золотых цепочек, аграфов, шэтленов, колье и кубков.

— Ничего не понимаю! — удивлялся аспирант-крез. — Как же они не конфисковали мои драгоценности или у меня не делали обыска? Чудо, просто чудо.

Все было на месте, даже тот «дипломат», который упер по пожарной лестнице Шелковников.

Аркадий встал на цыпочки, чтобы не спугнуть счастье, подошел к шкафу и осторожно, чтобы, не дай Бог, ему в висок не ударила та гирька, что прикончила Ангия Елпидифоровича, снял сумочку Хрисогонова и достал кнут. Это был точно его кнут, который он совсем недавно на Шри-Ланке передал старику в апельсиновом одеянии. И лишь кошелька, что он подарил своему секунданту, не было на месте.

— Ничего не пойму! — ущипнул победитель носорога себя за нос. — Братцы, вы не объясните, в чем дело? — обратился он к своим четвероногим подопечным, которых когда-то спас от утопления.

«Братцы» знали, в чем дело, но не имели права говорить с ним человеческим голосом и только радостно прыгали ему на грудь. Недобежкин подхватил на руки Тигру и, глядя в огромные зеленые глаза, расцеловал ее в усатую мордочку.

— Надо по такому случаю выпить! — он свернул пробку бутылке и, разложив угощение, налил полный стаканчик, желая хорошо закусить, и начал здесь же на столе потрошить селедку.

Дзинь! — вдруг что-то выкатилось из ее чрева.

— Кольцо! Мое кольцо! — выпучив глаза, вскричал аспирант-чемпион, изучая знакомые царапины и латинскую надпись на ободке.

— Когда же успели выловить и засолить селедку, если я только позавчера бросил кольцо в океан? — недоуменно промолвил молодой ученый. — Нет, здесь без бутылки не разберешься, — решил он и надел кольцо себе на палец.

Первый стакан он выпил за Тигру, второй — за Варьку, а третий — за Ангия Елпидифоровича Хрисогонова и, как в первую ночь, продев руку в петлю хрисогоновского кнута, увалялся спать.

На утро Аркадий долго не открывал глаза, боясь, что вчерашняя радость окажется сном. Полкан давно стянул с него одеяло и уже несколько раз лизал его в щеку языком, а Тигра усами щекотала его нос, но он все не просыпался. Наконец открыл глаза Точно! И кнут, и сумочка, и все драгоценности Золотана Бриллиантовича Изумруденко были на месте.

По старой памяти Недобежкин машинально постучал шваброй в потолок.

— Эх, жалко Шелковников пропал в Америке, хотелось бы мне его увидеть сейчас. Зажили бы мы припеваючи, уж теперь бы я не был таким дураком, как раньше. Теперь все было бы совершенно иначе.

Через минуту в дверь раздался звонок, Недобежкин открыл, на пороге стоял секундант-бомж. Под мышкой он держал черного петуха с золотыми крыльями и сладко улыбался.

— А я прямо из Голливуда, с самолета вчера сошел и сразу же сюда, на самое дорогое для меня место, на вашу крышу, Аркадий Михайлович. Как я мечтал, что вы постучите. И вы постучали!

Шелковников вдруг разрыдался и бросился на грудь к Недобежкину, а Полкан с лаем начал прыгать вокруг двух друзей, и только Тигра, почувствовав за окном что-то недоброе, замерла, ощетинив шерсть и подняв хвост трубой.

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ

февраль — июнь 1993 г.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация