Книга Кривой домишко, страница 16. Автор книги Агата Кристи

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Кривой домишко»

Cтраница 16

— Просто невозможно поверить… Это невероятно!

— Вопрос в том, кому это было выгодно.

— Никому! Совсем никому! — молодой человек возбужденно повысил голос.

— Вы не хотите, чтобы при нашем разговоре присутствовал ваш адвокат? — осведомился Тавернер.

— У меня нет адвоката. Мне не нужен никакой адвокат. Мне нечего скрывать… Нечего…

— И вы понимаете, что все ваши показания будут записаны?

— Я не виновен. Уверяю вас, я абсолютно невиновен.

— Пока вас никто ни в чем не обвиняет. — Тавернер помолчал. — Миссис Леонидис значительно моложе своего покойного мужа, правда?

— Я… Я полагаю, да… То есть, конечно, да.

— Вероятно, порой она чувствовала себя одинокой? Лоуренс Браун не ответил. Он нервно облизал сухие губы.

— Должно быть, ей приятно иметь в доме друга приблизительно ее возраста?

— Я… Нет, вовсе нет… То есть я не знаю.

— И возникшая между вами симпатия, пожалуй, совершенно естественна.

Молодой человек горячо запротестовал:

— Нет! Ничего подобного! Я понимаю, о чем вы думаете, но ничего этого не было! Миссис Леонидис всегда относилась ко мне с пониманием, и я питаю к ней огромное — огромное! — уважение, но не более того… Не более того, уверяю вас. Это ужасное предположение! Ужасное! Я бы никогда никого не смог убить… Или подменить пузырьки с лекарствами… Или что-нибудь в этом роде. Я человек чувствительный и страшно нервный. Мне глубоко отвратительна даже мысль об убийстве… В призывной комиссии это поняли. Я по религиозным мотивам не могу убивать. Вместо службы в армии я работал в госпитале… Топил котлы… Ужасно тяжелая работа… У меня уже начинали сдавать силы, когда мне предложили заняться преподаванием. И я старался как мог, занимаясь с Юстасом и Джозефиной… Очень умный ребенок, но трудный. И все здесь были добры ко мне — и мистер Леонидис, и миссис Леонидис, и мисс де Хэвилэнд… И вот теперь произошла эта ужасная история… И вы подозреваете меня — меня! — в убийстве.

Инспектор Тавернер помолчал, оценивающе рассматривая молодого человека.

— Я не говорил ничего подобного, — заметил он.

— Но вы так думаете! Я знаю, вы так думаете! Все так думают! Я… Я не могу продолжать разговор. Мне дурно.

И он опрометью бросился из классной комнаты. Тавернер медленно повернул голову в мою сторону.

— Ну, что ты о нем думаешь?

— Он напуган до смерти.

— Это ясно. Но похож ли он на убийцу?

— По-моему, — подал голос сержант Лэмб, — у него никогда не хватило бы смелости совершить убийство.

— У него никогда не хватило бы смелости размозжить кому-нибудь голову или продырявить грудь из пистолета, — согласился инспектор. — Но что требовалось от преступника в нашем случае? Только поманипулировать парой пузырьков… Просто помочь глубокому старику сравнительно безболезненно уйти из этого мира.

— Практически эвтаназия, — заметил сержант.

— И потом, спустя некоторое время, он может жениться на женщине, которая унаследовала сто тысяч фунтов, не подлежащих обложению налогом, и которая уже имеет в своем распоряжении такую же сумму. И вдобавок жемчуг, рубины и изумруды размером с куриное яйцо!.. Впрочем, ладно, — Тавернер вздохнул. — Все это одни догадки и предположения. Мне действительно удалось напугать его, но это ничего ровным счетом не доказывает. Он бы испугался точно так же и в случае полной своей невиновности. Не верится мне, что это его рук дело. Скорей всего, преступление совершила женщина — только какого черта она не выбросила пузырек с эзерином или хотя бы не сполоснула его?! — Инспектор повернулся к сержанту: — У слуг не удалось узнать ничего полезного?

— Горничная говорит, что они нежничали друг с другом.

— На чем она основывается?

— На взглядах, которые Лоуренс посылал миссис Леонидис, когда та наливала ему кофе.

— Серьезные доказательства для суда! Больше ничего?

— Больше никто ничего не замечал.

— Бьюсь об заклад, что они бы заметили, если бы было что замечать. Знаешь, я начинаю верить: между ними действительно ничего не было. — Тавернер взглянул на меня: — Вернись-ка в гостиную, поговори с Брендой. Мне интересно знать твое мнение о ней.

Я отправился вниз несколько неохотно, хотя мне и было интересно побеседовать с Брендой Леонидис.

Глава 9

Бренда Леонидис сидела на тахте все в той же позе. Она внимательно взглянула на меня:

— А где инспектор Тавернер? Он тоже придет?

— Не сейчас.

— А вы кто?

Наконец-то мне задали вопрос, который я ждал все утро.

Я ответил по возможности правдиво:

— Я имею некоторое отношение к полиции, и, кроме того, я друг семьи.

— Семья! Скоты они все! Я их ненавижу.

Бренда казалась одновременно сердитой и испуганной, губы ее дрожали.

— Они всегда относились ко мне по-скотски… Всегда! С самого начала. Почему мне нельзя было выйти за их обожаемого папочку? Какое им дело?! У каждого из них куча денег. И это он обеспечил своих детей — ни у кого из них не хватило бы мозгов самому заработать себе на жизнь! — Она помолчала и продолжила: — Почему человек не может жениться вторично… Даже если уже немолод? А Аристид вовсе не был старым, несмотря на годы. И я очень, очень любила его! — Бренда вызывающе посмотрела на меня.

— Понимаю, — сказал я. — Понимаю.

— Наверное, вы не верите мне — но это правда. Меня всегда тошнило от мужчин. Я хотела иметь дом… И хотела, чтобы кто-нибудь ухаживал за мной и говорил мне комплименты. Аристид часто говорил мне комплименты — и он легко мог рассмешить меня… И он был умным. Он был очень, очень умным. Я нисколько не рада его смерти. Мне страшно жаль.

Бренда откинулась к стене. Уголки ее широкого рта приподнялись в странной сонной улыбке.

— Я была счастлива здесь. Чувствовала себя в безопасности. Ходила по шикарным портным… И Аристид делал мне чудесные подарки, — Бренда вытянула вперед руку и полюбовалась рубиновым перстнем.

На какой-то миг рука женщины показалась мне мягкой кошачьей лапой, а голос словно превратился в сладкое мурлыканье. Она продолжала улыбаться сама себе.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация