Книга Бык в загоне, страница 34. Автор книги Андрей Воронин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Бык в загоне»

Cтраница 34

— Оставь, — протянул Никитин и направился к выходу.

Выйдя на улицу и усевшись в машину, Толик, обращаясь к другу, спросил:

— Что дальше?

— Будем искать Паллада, — сказал Сергей, — другого ничего не остается.

— Разве что кто-нибудь объявится на их хазе, — предположил Лысый, имея в виду съемную квартиру, в которой проживал покойный Махмуд со своими приятелями…

* * *

Еще два дня бесполезных поисков и утомительного ожидания не принесли никаких результатов.

Безмерно вымотанный Никитин, вопреки привычке, проспал до полудня.

Встав с постели и удивленно глядя на циферблат настенных часов, он созвонился с Кориным У того тоже не было никаких новостей. Их разговор прервал звонок в дверь. Извинившись, Сергей положил трубку рядом с телефонным аппаратом, открыл дверь.

На пороге стоял встревоженный Сопко:

— Писарь, собирайся!

— Что такое?

— Крытого мусора повязали, — одним духом выпалил гость.

— Погоди, я мигом, — еще не зная, чем он может помочь Кроменскому, ответил Сергей.

Вернувшись к незаконченному разговору с Москвой, Никитин сказал ожидавшему на том конце провода Доктору:

— Григорьич, у нас проблемы. Колю взяли.

— За что? — заволновался старик.

— Еще не знаю, — сказал Сергей, — сейчас поедем выяснять.

— Как только узнаешь, перезвони.

Подъехав к зданию, в котором располагался следственный отдел ГУВД, друзья нервно курили, непрестанно поглядывая на дверь.

Наконец из нее появился уже знакомый Никитину адвокат Линевич. Открыв дверцу их машины и грузно опустившись на заднее сиденье автомобиля, он рассказал, что Кроменского обвиняют в хранении наркотиков, якобы обнаруженных у него в квартире.

— Да Крытый травку на дух не переносит, — возразил Лысый.

— Был бы человек, а статья найдется, — сказал защитник, — по-моему, здесь мы имеем дело именно с таким случаем. Следователь в беседе дал мне понять, что на него давят сверху, требуя любым способом упрятать Николая Николаевича за решетку.

— Что вы думаете по этому поводу? — спросил Сергей.

— Думаю, что кого-то очень хорошо подмазали, и уровень далеко не районный, а может, даже не городской, — предположил адвокат.

— Самуил Яковлевич, дожмите следака, — попросил Толик, — заплатим ему, сколько запросит, только Коля должен быть на свободе. И пообещайте ему отдельную таксу, если он сообщит фамилию того самого козла, который хочет посадить Крытого. А мы со своей стороны будем думать, как выкрутиться.

— Сделаю все возможное и невозможное, — пообещал адвокат.

— А вас мы тоже не обидим, — добавил к сказанному Сопко.

— Молодой человек, — в голосе Линевича появились нотки легкой досады, я никогда не отказывал вам. Но не потому, что я старый и жадный до денег жид, а лишь из уважения к вашему шефу, который когда-то очень давно оказал бедному еврею в моем лице огромную помощь. Я, конечно, не альтруист, но и не жлоб. Прошу запомнить, — с этими словами юрист захлопнул дверцу машины.

* * *

Отъехав уже на значительное расстояние от того места, где произошел вышеизложенный разговор, Сопко спросил товарища:

— Слушай, Писарь, а кто такой альтруист?

— Не бойся, это не оскорбление, — улыбнулся Сергей и пояснил:

— Альтруист — человек, который делает что-то безвозмездно.

— Во закрутил старикашка, — хмыкнул Толик.

— Куда едем? — спросил Сергей.

— Заскочим к одному мусору, который частенько берет у нас в долг, отозвался тот, — но забывает отдавать, правда, он иногда оказывает нам кое-какие услуги.

Когда приятели подъехали к нужному дому, Никитин остался в машине дожидаться друга. Примерно через полчаса, щурясь от яркого весеннего солнца, Анатолий вернулся на свое место. Он широко улыбался.

— Что, хорошие новости? — спросил Сергей.

— Отличные, — ответил Лысый, — во-первых, Колю сегодня к вечеру выпустят, а во-вторых, проявился тот, кто хотел отправить его на кичу. Это какой-то большой бугор в Министерстве внутренних дел Украины.

— Ото, — удивился Сергей.

— Наш ментовский сексот тоже работает там, так вот, он поведал мне, что к этому боссу частенько захаживает некий азербон, — Анатолии изобразил на лице загадочное выражение.

— Да не тяни ты из носа в рот, — грубо поторопил его приятель, рассказывай.

— Так вот: этот посетитель ведет себя в Министерстве, как у себя дома, щедро одаривает тамошних машинисток шоколадом и шампанским. Фамилию черного наш приятель не знает, а зовут его — Паллад.

Сергей громко присвистнул.

— На ловца и зверь бежит, — пошутил Сопко.

— А может твой знакомый мент показать нам этого кавказца? — спросил Никитин.

— Да он говорит, что мы его сразу узнаем, — ответил Анатолий, — азербон носит серое в клетку пальто с каракулевым воротником и шапку-«пирожок», как у бывших слуг народа, а главное, у него приметная тачка — ярко-красный «форд-таурус» с белым кожаным салоном. И еще густая борода.

— Я думаю, что этой информации достаточно, — согласился Сергей, завтра с утра плотно займемся наблюдением за входом в богадельню.

* * *

Сказано — сделано.

На следующий день с девяти утра у стоянки МВД Украины припарковались три неприметные в городском потоке машины: «Таврия», старый «Москвич» и «девятка» цвета морской волны.

Около трех часов дня к подъезду подкатил роскошный лимузин, на который действительно трудно было не обратить внимание. Из него вылез средних лет мужчина явно неславянского происхождения, внешний вид которого в точности соответствовал описанию продажного мента. Он важно прошествовал мимо охраны и скрылся за дверью главного подъезда.

— И как ему не жарко, ведь на дворе почти десять градусов тепла? удивился Сергей.

— Понты колотит своей солидностью, — отозвался Анатолий, — а подходящего для погоды прикида еще не приобрел.

— Странные они какие-то, эти люди, — вслух рассуждал Сергей, — лавэ немерено, вон на какой тачиле разъезжает, неужели трудно зайти в магазин и прикупить себе нормальных «кишек», — бывший зек, конечно, имел в виду одежду, — или он в зеркало не смотрится?

— У нашего клиента полное отсутствие вкуса, — объяснил Сопко, — как у дешевой кошелки, которая за один раз, выйдя на улицу, напяливает на себя все, что есть ценного в ее гардеробе, от трусов-«неделек», причем всех сразу, до пуловера из ангоры под строгий пиджак поверх шелковой блузки.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация