Книга Честный враг - наполовину друг, страница 12. Автор книги Сергей Самаров

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Честный враг - наполовину друг»

Cтраница 12

Я и раньше, когда готовил часть батальона для участия в операции против Людоеда и изучал материалы по его боевой деятельности, отмечал предвзятость в характеристике и описании всех действий Исрапила Азнаурова. Эта предвзятость просматривалась даже тогда, когда описание готовили разные люди. Впрочем, этому факту было простое объяснение. Все описания составлены или чеченскими ментами, или следователями из Чечни. А именно они были предметом постоянной охоты Азнаурова. И прозвище ему следовало бы дать не Людоед, а Ментоед. Впрочем, откуда взялось прозвище, Дима Батуханов тоже написал. И даже в этом вопросе опять засветились менты. Как всегда, не с лучшей стороны.

При этом подполковника Батуханова, как и меня, заинтересовало, как и почему Людоед подался в бандиты. Случились это как-то само собой, и очень резко, без явной причины. Преуспевающий молодой ученый сразу после защиты докторской диссертации в Лондоне вернулся домой, организовал отряд и стал бандитом. Не бывает так, чтобы человек без причины бросал хорошую добрую жизнь и от скуки уходил в горы и леса. Если просматривать биографию любого полевого командира, он обязательно начинал свою деятельность или во времена войны с Россией, когда вся Чечня воевала, и он тоже был заражен пламенными речами сепаратистов, или что-то толкнуло его к разрыву всех отношений с обществом уже позже. Но толкнуло настолько резко и болезненно, что иначе поступить человек не мог. Во время двух чеченских войн Исрапил Хамзатович проживал в Санкт-Петербурге, и никаких отношений с людьми, проживающими в разных местах, не поддерживал. Сепаратизмом заражен не был, иначе не работал бы в северном российском городе, а подался бы в родные южные горы. Значит, толчок произошел впоследствии, когда в республике стало намного спокойнее. И когда местная власть окрепла и незаконным вооруженным формированиям стало чрезвычайно сложно выживать, он все же собрал банду и стал ее эмиром. Но по какой причине, как и почему произошло подобное, никто пока точно сказать не мог. Известно было лишь то, что произошло само событие после задержания Азнаурова в качестве подозреваемого в пособничестве террористам, организовавшим взрыв на вокзале в Москве. Но тогда его даже до камеры довезти не успели. Участие в следствии вылилось лишь в предварительное собеседование, и даже не в допрос. Он бежал из-под стражи и превратился из подозреваемого в настоящего преступника. Произойти такое могло лишь в том случае, если бы обвинения в терроризме были действительными. Тогда – да, тогда все оправданно и логично. Однако все участники и организаторы того террористического акта через некоторое время были найдены, арестованы и осуждены. И никто из них ничего не знает о Людоеде. То есть не участвовал он в том самом деле. Следовательно, открытой и очевидной причины ударяться в бега у него не было. А он подался... Могла стать причиной и какая-то семейная или иная ссора. Но жена-англичанка уверяет, что Исрапил ни с кем не ссорился, с ней тем более, и даже перед арестом находился в прекрасном настроении и разговаривал с ней по телефону как раз тогда, когда за ним пришли. Эту загадку, как предполагал Дима Батуханов, можно было разрешить только после поимки самого Азнаурова. Но его задержание пока выглядит сложной задачей.

Предположительно, в настоящее время Исрапил Хамзатович покинул пределы республики на машине. Но в какую сторону он уехал, и как далеко от Чечни, и надолго ли, не знает пока никто. Вполне возможно, что Людоед собрался уехать в Великобританию к семье. Но его розыск ведется не только силами МВД и ФСБ России, но и по линии Интерпола, и Людоед не может не знать об этом. Даже в ориентировке, что висела на стене поста ДПС, было ясно написано, что преступник находится в международном розыске. Однако в течение ближайших часов после убийства дорожных инспекторов были предприняты все меры по блокированию дорог и даже самолетов, вылетающих в Лондон. На всякий случай... Результата это, понятно, не дало. Но сам Дима, хорошо знающий практику и статистику поиска, очень сомневался, что Азнауров попытается покинуть пределы России. Если не покинул их сразу, значит, у него есть здесь какие-то важные с его точки зрения дела, и покинет он страну только после того, как крупно «отметится». Остается только ждать или искать возможность провокации, которая заставила бы Людоеда зашевелиться и выйти из тени.

Это и перечисление прошлых боевых «заслуг» эмира Азнаурова, было все, что Дима мне прислал. Материал большой, но ничего практически не дающий для поиска в настоящее время. Было бы еще что-то, Дима обязательно сообщил. И сообщит, когда что-то появится. Так он пообещал в заключение. Но рассчитывать на большее мне и не следовало. Даже если исходить из простейшей логики, то, имей МВД более конкретные данные, они уже поймали бы Людоеда. По крайней мере, попытались бы расставить ему сети. А это у них пока не получается. Слишком сложно для ментов, а ФСБ пока почему-то этим объектом не сильно увлечена. Осталась надежда на спецназ ГРУ. Не на действующий, естественно, а на комиссованного инвалида комбата, который пока еще тоже чего-то стоит...

По крайней мере при прочтении присланных материалов у меня сложилось впечатление, что Дима мечтает помочь добраться до Людоеда мне лично. Исход такой встречи Батуханов может предположить, хотя и знает, насколько Людоед опасен, как противник. У меня же пока планов, отвечающих планам Димы, в голове не было. Более того, я не мог никуда уехать, поскольку Люба заведует в пединституте кафедрой, а следовательно она человек занятой, и у нее с трудом хватает времени содержать дом, а не то чтобы помогать моей лежащей в больнице сестре и ее сыну. Так что заботиться о них должен я сам. Этого Дима, надо полагать, не знал. Я задумался над возможностью самостоятельного поиска. Не всерьез, естественно, но просто попытался предположить, чем занимается Людоед, и почему не уезжает далеко и навсегда. И как можно ментам организовать для него ловушку.

* * *

Андрей позвонил мне сам. Ему тоже, видимо, не терпелось узнать что-то новое о виновнике всех своих бед.

– Дядь Леш, ну что там? Получили?

– Получил.

– И что, поймают его?

– Когда-нибудь, может, и поймают. Пока ничего обещать не могут.

– А где он отметился?

– Его самого не видели. Но из принадлежащего ему пистолета были расстреляны сотрудники ДПС рядом с Грозным. И сорвана со стены ориентировка самого Людоеда.

– Это еще ничего не говорит, – Андрей сделал правильный вывод.

– Да, это ничего не говорит. Но мне, кажется, пришла в голову мысль, как его заманить в ловушку. Я подумаю...

– Как заманить? – стал настаивать на ответе Андрей. Причем настаивать таким тоном, словно я обязан был отчитываться перед ним.

– Я подумаю, – не стал я уточнять.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ
1. ЛЮДОЕД

Машина не ехала, она летела всю дорогу до границы Чечни. Однажды патрульная машина ДПС все же мелькнула на обочине. Но самих ментов видно не было, а я даже не сбавил скорость и пронесся мимо. Я вообще люблю ездить быстро. Для такой езды очень подходят немецкие автобаны, оборудованные отдельной скоростной полосой. А если такой полосы нет, то немецкая дорога еще более скучная, чем российская. Уснуть можно. А полиция там более придирчива, чем наши менты, хотя нашей наглости не проявляет. И даже если протокол не составляют, то взятку не требуют, а ограничиваются письменным предупреждением. Любят порядок, и потому обязательно письменно все оформляют. Наверное, эти предупреждения заносят в компьютер. Когда меня в первый раз в Германии остановили за превышение скорости, то в компьютерной базе проверяли сразу из машины. Не нашли и лишь пожурили.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация