Книга Шестое действие, страница 83. Автор книги Наталья Резанова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Шестое действие»

Cтраница 83

Так Мерсер добрался наконец до гостиницы, куда его напрасно зазывал Роуэн – кто теперь разберет, желая спасти от смерти или наоборот. Это оказалось солидное двухэтажное здание, достойное города и побольше Галвина. Стены из пыльно-розового камня, блестящая черепица крыши, над входом яркая вывеска со шлемом, украшенным султаном из страусовых перьев. Внутри – широкие лестницы, темные резные панели, словно в каком-нибудь маноре; вышколенная прислуга, в правила которой входит не попадаться лишний раз на глаза клиентам.

Анкрен занимала комнату в самом конце коридора, в правом крыле. Когда они с Мерсером вошли туда, было еще светло, и ей не понадобилось зажигать свечу, чтобы переодеться и причесаться. Мерсер отвернулся к окну – сам не зная почему. После того, что между ними было, проявлять деликатность было бы глупо. Но сейчас не время разбираться в собственных чувствах. Анкрен полагала так же.

– Я готова. Идем?

Она была в том же платье, в каком Мерсер ее впервые увидел, волосы скручены на затылке и прикрыты платком.

Мерсер кивнул.

– Ну, показывай, где она живет.

Номер Анкрен был наискосок от комнаты Марии Омаль, и не приходилось сомневаться, что путешественница занимает две комнаты. Ведь она не может обойтись без услуг камеристки. И верно, когда Мерсер постучался, из-за двери выглянула знакомая ему по Эрденону девица.

– Передай своей госпоже, что к ней посетители.

– Но сударь… у нее сейчас гостья…

– Барышня Бергамин. Я надеюсь, она также не откажется с нами встретиться.

Служанка отступила, отпихнув прятавшуюся за ее спиной кухарку Иду. Да, нынче подчиненным Бергамина не до того, чтобы сопровождать сестру коменданта в гости.

– Госпожа согласна принять вас. – Служанка открыла дверь и поспешила прошмыгнуть вперед. Пройдя в комнату, Мерсер догадался, почему она торопится. Дамы только что отобедали, и следовало убрать со стола.

Комната была не только просторней, чем у Анкрен, – за счет того, что кровать была убрана в альков, – но и лучше обустроена для приема гостей. На столе – чистая клетчатая скатерть и начищенные подсвечники. Если в комнате Анкрен имелось одно кресло, здесь их было три, да еще табурет. Мария Омаль в темно-лиловом платье с меховой опушкой и гладком чепце сидела у окна. В этом наряде, ненакрашенная, она выглядела старше обычного, то есть ближе к своему подлинному возрасту, каковой, вероятно, был тот же, что и Магдалины Бергамин, примостившейся напротив.

– Добрый день, уважаемые дамы, – сказал Мерсер. – Позвольте представить вам госпожу Григан, мою близкую приятельницу.

Анкрен придвинула к себе табурет и села у стены, демонстрируя, что в предстоящей сцене она лишь свидетельница, а не участница.

– Вы желаете переговорить со мной, господин Мерсер?

– Да, безусловно. Но коль скоро мне повезло застать у вас барышню Бергамин, я бы хотел сначала побеседовать с ней.

Магдалина сжалась в кресле.

– При посторонних? – холодно уточнила Мария Омаль.

– Я обещал госпоже Бергамин, что все сказанное останется между нами, в полной тайне. Думаю, сударыня, что вы вполне доверяете мадам Омаль, а я могу поручиться за свою спутницу.

Магдалина судорожно кивнула.

– Так вот что я хотел спросить: для чего вы публикуете свои книги под именем брата? Ему же неприятно пользоваться чужой славой, это видно!

Мария Омаль, несомненно, ждала совсем другого вопроса. Но не Магдалина Бергамин. Она перевела дыхание и дребезжащим голосом произнесла:

– Давно вы догадались?

– Давно. Но не сразу. Вы слишком меня боялись, хотя совсем не трусливы по природе… что давало основания подозревать вас в худшем. Но потом я припомнил беседы с вами и с вашим братом и понял, что перу капитана принадлежат только пьесы. К тому же я читал эти романы. И уверен, что вдохновляться жизнью обыденной и преображать ее в чудеса будет скорее не человек действия, а домосед. Или домоседка. Живущая в башне.

Магдалина не ответила. И Мария решила вмешаться:

– Это я посоветовала. Нынешние нравы не мешают женщине сочинять, но печатать свои сочинения, да еще получать деньги – значит погубить свою репутацию. Я также предложила подписывать книги «капитан Бергамин», а не собственным именем ее брата, так мужественнее.

– Кстати, все забываю спросить – как зовут капитана?

– Жоашен… – пискнула Магдалина.

Мерсер нашел в себе силы подавить улыбку.

– Да, действительно, «капитан Бергамин» звучит лучше. И что за книгу вы так старательно от меня прятали? Я так и не успел ее проглядеть.

– Это был трактат о псевдонимах. – Магдалина освоилась с тем, что тайна ее известна, и заговорила уверенней. – Я многое беру из книг – брат всегда привозит их из Эрденона и Тримейна, не только из обыденной жизни. Беру и переделываю. Имена, названия, разные истории. Вот «Связанные верностью» – это у одного английского короля девиз был такой: «Loyaulte me lie». [7] Я придумываю… но я различаю вымысел и правду! – Она словно очнулась от сна. – Мария права: никто не должен знать, что романы писала я. Посмотрите на меня! Разве можно с таким лицом сочинять книги о любви и приключениях?! И даже не это главное. В Тримейне я встречала знатных дам, родовитых, принятых при дворе. Они пишут стихи на древних и новых языках, драмы и романы и порой выпускают их в свет. Но и они не рискнут ставить свое имя на титулах книг, хотя в тамошнем обществе авторы известны. А я? Что стало бы со мной, с нами, если б пронюхали, что вместо воина в доспехах романы капитана Бергамина пишет у себя на кухне никчемная старая дева? Какими пасквилями разразились бы издатели! Какие летучие листки продавались бы по всем площадям! Комедианты кривлялись бы вовсю, представляя нашу семью в непотребном виде, топтали и оплевывали бы наши сочинения… и, может быть, были бы правы, – неожиданно закончила она.

– Я обещаю вам, как и прежде, никому не открывать вашей тайны, – сказал Мерсер.

– Я подтверждаю это обещание, – эхом отозвалась Анкрен.

– Буду вам весьма благодарна… Я ведь больше о брате беспокоюсь. Каково ему сносить чужую славу… когда его трагедии, на которые он положил столько труда, успеха не снискали. Хорошо, что здесь, в Галвине, никто сочинений Бергамина не читает и о них не говорит.

– А вы не пробовали покончить с этим… сочинительством?

– Сразу видно, что вы литературой никогда не занимались. – Магдалина улыбнулась, впервые, насколько мог припомнить Мерсер, за время их знакомства. – Разве что начать писать под другим именем… но издатели вряд ли позволят. – Она поднялась. – Если это все, что вы хотели мне сказать, то я, пожалуй, пойду. Темнеет уже…

Мария и Магдалина церемонно расцеловались на прощание, после чего гостья позвала Иснельду, с ее помощью накинула плащ и покинула гостиницу. Хозяйка тем временем распорядилась:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация