Книга Хрустальная гробница Богини, страница 48. Автор книги Ольга Володарская

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Хрустальная гробница Богини»

Cтраница 48

Аня аж зажмуривалась, представляя, что было бы, если бы… Но тут в ее мысли, как когда-то в ее почти счастливую жизнь, бесцеремонно врывалась Эва, и сознание затапливала жгучая ненависть. А между лопаток начинало саднить, будто глаза Эвы на уцелевшей фотографии оживали и торжественно сверкали, обжигая Анину кожу. И когда это происходило, пленница начинала мечтать совсем о другом. Она представляла, как с Эвой происходит какое-нибудь страшное несчастье: как она горит в огне, попадает под машину, тонет, задыхается… СТРАДАЕТ! А Аня наслаждается ее мучениями, наблюдая за ними со стороны, как когда-то Эва наблюдала за ее…

Мысли эти ужасно мучили Аню, но она не могла отделаться от них, как ни старалась. Только смерть могла избавить ее от тягот плена и приносящей физическую боль ненависти (девушка надеялась, что ее сгубит холод, голод или микробы, просто обязанные прокрасться в ее плохо заживающие раны), но ее величество Смерть все не приходила. Она так же, как и Ленчик, забыла об Анином существовании…

Часы складывались в дни, дни в недели, недели в месяцы – время шло неумолимо, но для Ани оно стояло на месте, ибо ничего не менялось в ее жизни. Она сидела на том же топчане, ела тот же хлеб, пила ту же воду, ходила в то же ведро.

В один из безликих дней Аня проснулась и по привычке открыла глаза (для чего она это делала, неясно – темнота все равно была такая, что не разглядеть и очертаний). К ее удивлению, всегдашний мрак был разбавлен белесой струйкой света, что лилась из-под двери. Тут же абсолютную тишину разорвал лязг металла. Секунда – и дверь распахнулась настежь. В каморку вместе с потоком света влетел человек, которого Аня сначала приняла за ангела (ведь он светился!), затем за демона (в его руке она увидела автомат), а после за галлюцинацию, поскольку никого, кроме Ленчика, здесь не могло быть, а незваный гость им не являлся… Решив, что сходит с ума, Аня заплакала. А потом засмеялась, поняв, что это даже хорошо, что теперь ей начали мерещиться люди, – будет с кем поговорить…

А «галлюцинация» тем временем подбежала к Ане, склонилась над ней и прошептала:

– Бедняжка, до чего ж он тебя довел…

Аня опять заплакала, уткнувшись лицом в покрытые цыпками и язвами кулачки. Но тут же отдернула руки от лица, боясь, что человек исчезнет. Он не исчез. Стоял над Аней, качал головой и старательно прятал автомат за спиной. Затем он повернул голову к распахнутой двери и громко, но не оглушительно крикнул:

– Здесь еще одна! – Заметив, как Аня вздрогнула от его крика, он совсем тихо добавил: – Врача сюда!

Тут же в каморку вошел еще один человек. Он был очень высок, поэтому ему пришлось согнуться чуть ли не вдвое. Стоя в этой позе, он походил на журавля, и Аня опять рассмеялась.

– Похоже, он довел ее до умопомешательства, – сказал «журавль», посветив Ане в глаза маленьким фонариком. – Хочется надеяться, временного… – Он щелкнул перед ее лицом пальцами, а когда Аня моргнула, спросил: – Вы слышите меня?

Она кивнула головой.

– Вы давно тут?

Аня пожала плечами.

– А примерно?

Аня хотела ответить, что минимум два года, а максимум – сто, но не смогла вымолвить ни слова, только тяжело вздохнула и опять начала плакать.

– Ладно, оставим расспросы на потом, – буркнул тот. – Надо ее выносить. Сама она не сможет. Ножные мышцы, я вижу, атрофированы. – Он наклонился еще ниже и взял Аню за плечи и под колени, чтобы поднять, но та заплакала громче и начала вырываться. – Тише, тише, – успокаивал ее мужчина. – Все будет хорошо… Я не причиню тебе боли. Я помогу тебе. Я врач… – Но, видя, что на Аню его уговоры не действуют, он обратился к товарищу со словами: – Коля, ты цепь расклепал? Ага. Давай теперь вместе, один не справлюсь. Мне неудобно, а она вырывается…

Тот, кого назвали Колей, отложил автомат, сел на кровать, подсунул свою руку под худые Анины бедра.

– А-а-а-а! – заголосила Аня и начала качаться вперед-назад. – А-а-а-а-а!

– Успокойся. Мы только хотим вынести тебя отсюда…

– Не-э-э-э! – затрясла головой она. – Не… не… не надо!

– Да что с ней такое? – воскликнул Коля, недоуменно глянув на доктора.

– Не пойму… – ответил тот и, приблизив свое лицо к Аниному, заглянул ей в глаза. – Чего ты боишься? Почему не хочешь выходить? Там воздух, солнышко… Ты помнишь, как оно выглядит?

Аня улыбнулась сквозь слезы и кивнула.

– Тогда пойдем с нами. На улицу…

– Я не могу, – хрипло прошептала Аня, а улыбка с ее лица исчезла бесследно. – Он будет ругаться, если я уйду…

– Кто тебя будет ругать?

– Леонид Павлович.

– Не будет…

– Вы его не знаете, вот так и говорите… – Она задрожала всем своим иссохшимся тельцем. – А он и побить может. Видите? – Аня показала кривой шрам на шее. – Это потому, что я его не слушалась… Леонид Павлович так меня наказывает. Это больно. И я больше не хочу, чтобы меня наказывали…

– Не волнуйся, Леонид Павлович больше ничего плохого тебе не сделает. Его арестовали и увезли в милицию.

– Зачем? – тупо спросила она.

– Его будут судить. И посадят в тюрьму… Надолго!

– Ты свободна, девочка! – сказал доктор и почему-то тоже заплакал. – Ты можешь идти, куда захочешь, и никто тебя больше не накажет.

Аня слышала каждое его слово, но не понимала смысла. Она свободна? Может идти, куда хочет? И ее никто не накажет? Как такое может быть?

А что они говорили насчет Ленчика?

Арестован? Увезен в милицию?

Милиция…

И только тут до затуманенного сознания Ани дошло, что эти два человека не миражи, не галлюцинации, а реальные люди. Милиционер и врач, пытающиеся ей помочь…

Радость штормовой волной накрыла Аню. Она захохотала, запрокинув голову. А из ее глаз брызнули горячие, соленые-соленые слезы – первые слезы радости за последние годы. Аня не утирала их, давая ручьем стекать на впалую грудь. Ей казалось, что они, как живая вода, пробуждают ее к жизни… Об этом она хотела сказать своим спасителям, с беспокойством глядящим на нее, но тут доктор взял ее руку в свою и кольнул чем-то острым в вену. Аня, не переставая смеяться, посмотрела на то место, где было больно, и увидела иглу и шприц. Она собралась доложить доктору, что с детства боится уколов, но тут голова ее закружилась, дыхание перехватило, тело стало легким, и Аня полетела… нет, не в привычную черную бездну, а во влажно-светлое облако, подхватившее ее и закачавшее, убаюкивая и умиротворяя…

«Из ада – в рай!» – краем сознания отметила Аня. Тогда она еще не знала, что ее ад останется с ней на всю оставшуюся жизнь.

* * *

Последующие три месяца Аня провела в больнице. Ее лечили от истощения, дисбактериоза, псориаза, чесотки, множественных вагинальных инфекций. Ей вывели вшей. Вырезали ногти, вросшие в пальцы. Вылечили зубы. Повысили гемоглобин. Ее заново научили ходить. Каждый день с ней занимался психотерапевт, он лечил Аню таблетками и гипнозом, но все равно не смог до конца избавить девушку от страха. Каждую ночь она вскакивала с кровати с криком – ей казалось, что все события последних месяцев ей приснились, и стоит открыть глаза, как окажется, что она до сих пор находится в тюрьме, прикованная собачьей цепью к чугунному кольцу. И потом долго не могла поверить в обратное. Все ковыляла по палате, хватаясь за стены, и плакала, ощущая под пальцами не шероховатое дерево, а гладкую краску…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация