Книга Генерал его величества, страница 6. Автор книги Андрей Величко

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Генерал его величества»

Cтраница 6

— Нет, — вынужден был согласиться Гоша.

— И зачем, скажи на милость, тогда вкладывать деньги в технику?

— Так что, пусть ржавеют у стенки?

— Броненосцы — да, у них железо толстое, до дыр не проржавеют. А вот владивостокский отряд крейсеров можно и усилить. Если бы Витте предлагал нечто подобное, я бы был всеми четырьмя руками «за». А ему неймется в Дальнем гешефты крутить… Слушай, давай свою программу составим. Кого заморозить, кого поставить в вооруженный резерв, кому — все высвободившиеся деньги… Мало ли, вдруг и удастся продавить. Вот тут и Марию Федоровну можно будет подключить, а то сейчас что я ей скажу? Витте предлагает не дело, а как надо? Как-то примерно так…

По Гоше было хорошо видно, что он расстроен. Ругаться со мной ему не хотелось, но и принять мою точку зрения он тоже не мог. Тут меня осенило.

— Ваше высочество, — вкрадчиво предложил я, — а на кой хрен нам ломать свои неокрепшие мозги в поисках решения, кому дать денег, а кому фигу? Пусть сами разберутся!

— Учения? — с ходу просек Гоша.

— Да, причем максимально приближенные к реальности. Делим флот на две группировки. Внезапно ставим задачу — и вперед, за славой! В смысле за ее материальным выражением. Проигравшая сторона вместо денег получает красиво оформленные соболезнования. Причем делать это надо быстро, не позже ноября. Как, удастся сподвигнуть Николая на такое действо? Вроде ему нравились игры в войнушку… И Витте на финансирование этой заварухи растрясти будет проще.

— Командовать нашими будет Макаров, — начал рассуждать Гоша, — а не нашими кто?

— То есть как — кто? Гордость российского флота и самый крупный в нем по званию. По весу, кажется, тоже, но это не страшно, корабль не самолет — выдержит. Главой посредников быть тебе, это ясно.

— А ты что будешь делать?

— А я буду вокруг дяди Алексея отираться в качестве технического советника, отношения у нас с ним нормальные. Ну как?

— Согласен, — кивнул Гоша. — Пожалуй, чтоб не откладывать, я завтра лечу в Питер уговаривать брата. Только получается нечестно — у не наших флотской авиацией будешь командовать ты, а у наших кто?

— Мишель, естественно, — пожал плечами я, — у него не хуже выйдет. Да и было бы там чем командовать — по десятку «пересветов» с каждой стороны… Безобразить, похоже, придется на Балтике, больше негде. Например, наши базируются в Кронштадте, а не наши — в Гельсингфорсе. Заранее, ничего, никому кроме нашего и ихнего адмиралов, не говоря, разводим их по командам. А потом одним прекрасным утром объявляем: сегодня в полдень начинается серьезная игра в войну. Можете сразу плыть на битву, можете готовиться — время пошло! Вот бардак-то начнется… Надо только заранее продумать, как засчитывать результативность стрельбы. Например, никто не имеет права начинать боевые действия, не расстреляв расположенные там-то мишени. Ну и по проценту реальных попаданий потом считать условные.

Гоша поежился. Дело было в том, что с нашей подачи генерал-адмирал уже почти полгода гонял экипаж своей «Светланы» — его артиллеристы стреляли чуть ли не ежедневно. Вкупе с доработанными орудийными станками это привело к совершенно невиданной в российском флоте цифре — четыре процента попаданий с пяти миль. Если за флот не наших будет отстреливаться «Света», дела у наших будут тухлые. То есть как в Русско-японской войне моего мира, где стрелять-то они стреляли, а вот с попаданиями было весьма не очень…

— Ладно, — тряхнул головой Гоша, — быть по сему, должны же и у Макарова найтись несколько приличных артиллеристов. Вот только делить стороны на наших и ихних… Пусть наши будут синие. А твои — красные?

— Ну я же тебе не дедушка Ленин! Мои по определению будут зеленые, как крокодил Гена. А еще лучше — пусть они будут северные и южные.


После обеда я отправился к себе. Как всегда в такой (послеобеденной) ситуации, преобладающим чувством была лень… И кто меня за язык тянул, мало мне штатных дел, еще поплавать решил в ноябрьской водичке! Даже если в октябрьской, все равно дурак. Однако возраст имеет свои преимущества — почти за шестьдесят лет жизни я успел изучить свой организм и знал, что если сейчас дать ему вздремнуть пару часиков, то проснется он вполне конструктивно настроенным. Так что я закрыл свой кабинет, предупредил секретаря, что в ближайшие два часа меня можно беспокоить только в случае войны или визита императрицы, и принял горизонтальное положение. «Зря я все-таки у Гоши так обожрался в спешке», — мелькнула сонная мысль.


На следующий день Гоша улетел, а я занялся испытаниями бронированной «оки» — ее наконец сделали. Так как она предназначалась не неизвестно кому и даже не Николаю, а его матери, то там стоял нормальный мотор от «фольксвагена жука». Конечно, для двухтонной машины он был откровенно слабоват, но только по современным меркам. Для начала века получился просто суперлимузин. Подвеска с гидравликой создавала достаточный комфорт. О такой мелочи, как отделка салона натуральной кожей и красным деревом, я и не говорю. В общем, теперь я мог спокойно ждать визита императрицы — она собиралась на днях посетить Георгиевск. По официальной версии — повидать сына, который улетел как раз в Питер. Разумеется, любой интересующийся уже знал, к кому она ездит в Георгиевск на самом деле, и думал, что знал зачем. Нет, не стану отнекиваться — этот мотив в наших встречах тоже присутствовал, но ведь нельзя же в моем и ее возрасте двое суток не вылезать из койки! Просто пора было в очередной раз обсудить наши дела в связи с грядущей сменой российских императоров.

Императрица приехала в своем вагоне — проездом в Ливадию. Я встретил ее на только что изготовленном лимузине, для прислуги подогнали «нару». На сей раз я был не за рулем и пригласил даму в задний отсек авто. Выдернув затычку из перегородки между салоном и водительским местом, я сказал: «Домой!» — и сунул ее обратно.

Императрица с интересом осмотрелась.

— Дорогой, ты не заболел? — наконец спросила она. — Я даже выразить не могу, насколько тебе не подходит этот автомобиль! Комфорт, роскошь… это что, золото?! Я понимаю, если бы он предназначался императору…

— Император пока перебьется, это авто для императрицы, — сообщил я и уточнил: — Естественно, для тебя, дорогая.

«Или она отличная артистка, или поражена в самое сердце, — подумал я, глядя на ее реакцию. — Скорее всего, имеет место быть понемножку и то и другое…»

Императрица решительным жестом задернула шторы на окнах и прильнула ко мне в поцелуе. У меня мелькнула мысль: «Хорошо хоть, что здесь еще до секса в машине не додумались…» Впрочем, должным образом ответить на поцелуй она мне не помешала.

По приезде я отправился по делам, а Мари — приводить себя в порядок с дороги. Как будто что-то мешало ей сделать это в персональном вагоне! Встретились мы за ужином, естественно тет-а-тет.

— Очень хорошо, что ты стал вхож к Алексею Александровичу, — без всяких предисловий начала императрица. — Я понимаю, он тебя заинтересовал в силу должности, но и в политическом плане это к месту. Однако придется тебе еще раз мобилизовать все свое обаяние…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация