Книга Дюна. Дом Коррино, страница 91. Автор книги Брайан Герберт, Кевин Андерсон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дюна. Дом Коррино»

Cтраница 91

Он снял трусы и бросил их на пол. Мапес, скривившись, подняла их и положила в ящик грязного белья, прикрепленный к стене. Надев защитные очки, Фенринг голосом включил мотор ванны. Мощный поток горячей воды окатил его усталое тело, приподняв его в воздух. Гидромассажная ванна заработала в полную силу. На Арракисе такая роскошь была непозволительной даже для полномочного министра по делам пряности. Фенринг закрыл глаза. Какое умиротворение…

Вдруг он проснулся. Какое-то чувство подсказало ему, что он упустил сегодня утром несколько важных деталей. Свои чемоданы он ночью оставил на полу, намереваясь распаковать их утром. Но сейчас чемоданы были открыты и стояли на туалетном столике.

В одном из чемоданов была спрятана проба амаля.

* * *

Мокрый и голый, Фенринг буквально ворвался в спальню. Служанка-фрименка вынимала из чемоданов белье и предметы туалета, укладывая их на место.

— Оставьте это на потом, Мапес. М-м-м, я позову вас, когда вы мне понадобитесь.

— Как скажете. — У Мапес был гортанный, скрипучий голос, словно песок и ветер безнадежно повредили ей голосовые связки. Она неодобрительно посмотрела на лужи воды, оставленные графом. Ее больше возмутил не беспорядок, а бесполезная трата драгоценной влаги.

Однако потайное отделение чемодана оказалось пустым. Встревоженный Фенринг окликнул вышедшую служанку:

— Где мешочек? Я клал его в чемодан.

— Я не видела никакого мешочка, сэр.

Граф принялся лихорадочно рыться в чемоданах, перевернул их и вытряхнул на пол все их содержимое. Его бросило в пот.

Как раз в этот момент вошла Марго, неся поднос с завтраком. Увидев голого мужа, она вскинула брови и одобрительно улыбнулась.

— Доброе утро, дорогой, или мне лучше сказать, добрый день? — Она посмотрела на настенный хронометр. — Хотя нет, до полудня осталась еще целая минута.

На Марго было надето платье из сверкающего парашелка со светло-желтыми живыми иммианскими розами, вплетенными в ткань и придававшими ей тонкий аромат.

— Это ты вытащила из моего чемодана зеленый мешочек?

Такая квалифицированная Сестра Бене Гессерит, как Марго, несомненно, могла без труда обнаружить и более ловко устроенный тайник.

— Я думала, что ты привез его мне в подарок, дорогой. Мило улыбнувшись, она поставила поднос на ночной столик.

— Знаешь, на этот раз у меня было очень нелегкое путешествие, и я…

Марго притворилась рассерженной и надула губки. Она еще утром заметила на мешочке крошечный символ, литеру «а» тлейлаксианского алфавита.

— Куда ты его дела, хм-м?

Несмотря на слова Аджидики, граф не очень-то верил в безвредность амаля и полагал, что это вещество может оказаться не только вредным, но и прямо ядовитым, а поэтому предпочитал испытывать его на других, а не на себе или своей жене.

— Не волнуйся об этом мешке сейчас, мой дорогой. — Серо-зеленые глаза Марго соблазнительно заблестели. — Ты хочешь позавтракать до или после того, как мы возобновим наши ночные занятия? — Она начала наливать ему кофе.

Притворившись беззаботной, Марго решила в постели проверить, насколько напряжен и взволнован ее муж. Фенринг вытащил из шкафа потрепанную дорожную сумку.

— Скажи, куда ты дела мешочек, и я сам возьму его. Оглянувшись от шкафа, граф увидел, как Марго поднесла к губам чашку.

Кофе с пряностью… спрятанный мешочек… амаль!

— Стой! — Фенринг стремительно подлетел к жене и выбил из ее руки чашку кофе. Горячая жидкость разлилась по ковру ручной работы, запачкав и светло-желтое платье. Живые цветы съежились.

— Ты потратил всю пряность, дорогой. — Она была ошеломлена, но старалась сохранить присутствие духа.

— Я уверен, что ты высыпала в кофе не всю пряность, хм-м? Где остаток меланжи, которую ты нашла? — Он попытался взять себя в руки, понимая, что и так выдал слишком много.

— Пряность у нас на кухне. — Она смотрела на мужа пристальным взглядом воспитанницы Бене Гессерит. — Почему ты так странно себя ведешь, мой дорогой?

Ничего не ответив, Фенринг вылил остатки кофе в кофейник и, схватив его, выбежал из спальни.

Придав лицу суровое выражение, Шаддам встал у входа в покои Анирул, скрестив руки на груди. Доктор Сук с завязанными в конский хвост волосами встал рядом с императором. Вещающая Истину Мохиам отказалась впустить их в спальню.

— Только врачи Бене Гессерит могут лечить некоторые недомогания, сир.

* * *

Доктор Сук, мужчина с румяным лицом, широким приплюснутым носом и покатыми плечами почти выплюнул в лицо Мохиам гневную тираду:

— Не надо думать, что Община Сестер понимает в медицине больше, чем врачи, прошедшие внутренний цикл обучения в Школе Сук.

Шаддам скорчил недовольную гримасу.

— Вы говорите бессмыслицу. После безобразного поведения в зоопарке моя жена нуждается в особом уходе.

Император только притворялся озабоченным. На самом же деле его больше интересовал доклад верховного башара, который с минуты на минуту должен был прибыть с Короны во главе своей военной флотилии. Каким увлекательным будет его рассказ!

Мохиам твердо стояла на своем:

— За ней может ухаживать только квалифицированная Медицинская Сестра, сир. — Тон Преподобной Матери смягчился. — Кроме того, Община Сестер окажет ей помощь, не предъявляя счет Дому Коррино.

Доктор Сук начал огрызаться, но Шаддам быстро заткнул ему рот. Услуги Школы Сук стоили очень дорого, намного больше, чем Шаддам был готов уплатить за Анирул.

— Возможно, будет лучше, если за моей супругой будут ухаживать ее Сестры.

За высокой закрытой дверью спала Анирул. Сон ее периодически прерывался потоками бессмысленных слов и странных звуков. Хотя император не стал бы никому в этом признаваться, его бы очень устроило, если бы его супруга сошла с ума.

Маленькая, кудлатая, как собачонка, женщина в черной накидке, медицинская сестра Авер Йохса, принесла с собой только маленькую наплечную сумку. Она вошла в спальню императрицы, не обратив никакого внимания на сардаукаров охраны и не следуя обычному протоколу.

Леди Марго Фенринг заперла двери, чтобы никто не смог помешать лечению, и посмотрела на Мохиам. Та согласно кивнула. Сестра Йохса умело сделала укол в шею матери Квисац-Хадераха.

— Она подавлена внутренними голосами Другой Памяти. Это же утишит Другую Память, и Анирул спокойно заснет.

Йохса встала у постели больной и покачала головой. Свои заключения она выдавала быстро, полностью уверенная в своей правоте.

— Анирул попробовала проникнуть слишком глубоко, не воспользовавшись помощью и советами другой Сестры. Мне приходилось наблюдать такие случаи, и в большинстве своем они были достаточно серьезны. Это своеобразная форма одержимости.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация