Книга Констанция. Книга первая, страница 40. Автор книги Жюльетта Бенцони

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Констанция. Книга первая»

Cтраница 40

— Ты давно ее знаешь?

— Нет, мы виделись только один раз.

— Всего лишь один раз ты так влюбился?

— Да, наверное, — закивал Филипп.

— Что ж, я тебе завидую. Наверное, она прехорошенькая, правда, я не смог ее рассмотреть. Как ее зовут?

И тут Филипп произнес имя. Он даже не желал этого, имя само сорвалось с его губ:

— Констанция.

— Констанция? Красивое имя, но какое-то нездешнее. А она тебя тоже любит?

— Не знаю, — пожал плечами Филипп, — наверное, еще нет.

— А ты сделай ей какой-нибудь подарок. Ведь все женщины любят, когда им что-нибудь дарят.

— Что я могу подарить, Марсель? Ведь у меня ничего нет, — развел руками Филипп.

— Так уж и ничего нет?

— Ничего. Ты же знаешь, что мы бедны.

— Ладно, тогда я тебе помогу. Он запустил руку в карман и извлек из кожаного кошелька маленькое золотое колечко.

— Возьми вот это, отдашь своей девушке и может быть, ее сердце станет более благосклонным к тебе, — Марсель спрятал улыбку в густые усы, но его глаза сияли.

И Филипп догадался, что Марселю очень приятно дарить это кольцо своему племяннику, зная, что тот обязательно наденет перстень на палец своей избранницы.

— Марсель, но ведь это очень дорогой подарок.

— У меня только один племянник — ты, Филипп, и поэтому мне для тебя ничего не жалко. А перстень — это безделушка.

— Откуда он у тебя?

Марсель задумался, пожал плечами, с хрустом сжал кулаки.

— Я хотел подарить его одной женщине, но судьба решила по-другому.

— Она умерла. Марсель?

— Нет, дорогой, она не умерла и, наверное, она сейчас счастлива. Она даже не знала о моих чувствах. Правда, это было давно, прошло уже около двух лет…

— А где все это было? Где она сейчас?

— Сейчас? — Марсель задумался. — Может быть, в Америке, а может где-нибудь еще.

— Она уехала и бросила тебя?

— Нет, я же тебе говорю, Филипп, она не могла меня бросить, потому что даже не знала о моих чувствах. У нее был богатый муж, и они покинули Францию. Ее муж тоже участвовал в заговоре.

— А почему ты тоже не покинул Францию?

— Это, племянник, длинная история и я не хочу занимать твои мысли долгими рассказами. Мне не повезло, у меня на хвосте была погоня. Я уводил за собой солдат, чтобы та женщина и ее муж смогли скрыться. И теперь этот перстень с

Жемчужиной мне ни к чему.

Филипп держал на ладони перстень и рассматривал матовый камешек.

— Он очень красивый.

— Да-да, он красивый.

— А у Констанции есть медальон с огромной жемчужиной, так что этот перстень ей очень пойдет.

Вдруг наверху скрипнула дверь и появилась Этель.

— Мужчины, уже очень поздно, а вы никак не можете наговориться. Идите спать, ведь завтра придется рано вставать.

— Да, сестра, сейчас идем. Спокойной тебе ночи, — бросил Марсель и тяжело поднялся с резного кресла, на котором любил сиживать отец Филиппа Робер.

Филипп вошел в свою комнату, сжимая в руке золотой перстень с маленькой жемчужиной.»Да, да, я обязательно должен подарить это украшение Констанции. Я обязательно хочу, чтобы она думала обо мне, как я думаю и помню о ней».

Он открыл шкаф, еще не понимая зачем, увидел свою одежду и тут же принялся вытаскивать ее, раскладывая на кровати.»Надо надеть вот эту рубаху с кружевным воротником, вот эту куртку, новые сапоги, новую шляпу с лихо загнутыми полями, черные замшевые перчатки, украшенные серебряными накладками и завтра на рассвете отправиться к ручью. Может быть, Констанция почувствует, что я страстно желаю ее увидеть и тоже придет. А когда она придет, я признаюсь ей в своих чувствах и подарю перстень».

Филипп почистил пуговицы на своей куртке, быстро разделся, спрятал перстень под подушку и долго лежал, глядя в потолок, вспоминая шум ручья, веселые трели птиц, яркие блики на воде и серебристые тела форелей.»Да, обязательно завтра поутру я отправлюсь к ручью!»

Он вскочил с постели, распахнул окно и глянул в небо.

— Тучи, — угрюмо сказал Филипп, — неужели ветер их не разгонит и завтра будет дождь?

Он долго стоял у окна, не обращая внимания на холодный пронзительный ветер, смотрел, как быстро плывут по небу лохматые тяжелые тучи. Время от времени в разрывах появлялся бледный осколок луны.

— Неужели завтра не будет погоды? Неужели будет лить дождь, и я не смогу выбраться из дому?

Филипп плотно закрыл окно и забрался под одеяло.»Господи, пошли завтра хорошую погоду, я тебя прошу! Ведь мне обязательно, во что бы то ни стало завтра надо увидеть Констанцию, сказать ей слова… А как это сказать? — тут же задумался Филипп. — Неужели я смогу признаться ей в любви?

Ведь я никогда прежде этого не делал. А поверит ли Констанция моим словам?»

Филипп пошарил рукой под подушкой, нашел перстень, завернутый в чистый носовой платок, вытащил его и попробовал примерить себе на палец. Но перстень был настолько изящен и мал, что даже на мизинец левой руки Филипп не смог его надеть.»А если он и ей окажется мал, что тогда делать? — подумал Филипп. — Нет, у нее изящные тонкие пальцы».Тут же Филипп вспомнил руки Констанции, вспомнил, как

Она гладила его по щекам, вспомнил, как он сжимал в своей ладони ее подрагивающие тонкие пальцы.»Нет-нет, он обязательно ей подойдет! Но главное, чтобы завтра была хорошая погода и чтобы она пришла к ручью…»

Как ни пытался Филипп Абинье уснуть, это ему не удавалось. Он вновь подскочил к окну, вновь распахнул его и вновь посмотрел на небо.

Кое-где появились просветы и тускло горели звезды.»Ветер, ветер, дуй сильнее! — попросил Филипп. — Разгони эти чертовы тучи! Разгони, пусть они летят куда-нибудь на океан, пусть там пойдет дождь! А здесь должно светить солнце. Я хочу, чтобы все было так, как всегда… А что сказать матери? — тут же подумал Филипп. — А, что-нибудь придумаю».

Наконец ему удалось уснуть. Его сон был прозрачным и ярким.

Струился прозрачный, как жидкое стекло, ручей, мелкие рыбы порхали в его глубине… Тени птиц касались глади воды… Шелестела глубокая трава, слышалось пение птиц. И Филипп видел большой белый камень посреди ручья, а на белом камне

Свою возлюбленную…Констанция сидела, поджав под себя ноги, опустив руки в

Воду.

— Ты красивая, красивая, я люблю тебя, Констанция! — шептал во сне Филипп.

Потом, вдруг, он услышал какой-то странный звук и открыл глаза. Перед ним было светлеющее окно и покачивающийся скрипучий ставень. Дождя не было.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация