Книга Слушай, смотри, люби, страница 15. Автор книги Барбара Картленд

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Слушай, смотри, люби»

Cтраница 15

«Что толку сердиться», — подумала Темпера. Что бы она ни сказала, мачеха останется самой собой, и можно только надеяться, что с ее красотой ей все сойдет с рук.

Франков в ее маленькой атласной сумочке набралось на пятнадцать фунтов. «Не так уж много, но все же это полезный вклад в их сильно истощившиеся сбережения», — думала Темпера, убирая деньги в надежное место.

— Что ты сегодня делаешь? — спросила она, приготовив мачехе ванну.

— Нас ожидает ланч на вилле Ротшильдов… — начала было леди Ротли, но Темпера перебила ее, с восторгом воскликнув:

— Какое счастье, что ты побываешь там, матушка! Прошу тебя, ради меня, приглядись ко всему, что ты там увидишь. Папа просто говорить не мог ни о чем другом после своего визита туда. Он показывал мне репродукции тамошних картин и фотографии великолепной французской мебели.

Темпера тихонько вздохнула.

— Он рассказывал мне и про усадьбу Ротшильдов в Бэкингемшире. Там чудесные…

Она осеклась.

Какой смысл продолжать, когда мачеха ее не слушает!

— Я расскажу тебе одну забавную вещь, матушка. Это поможет тебе не забыть похвалить мисс Элис Ротшильд ее сад.

У леди Ротли сделался скучающий вид, но Темпера продолжала:

— Однажды виллу должна была посетить королева Виктория. Чтобы сделать королеве сюрприз, мисс Элис Ротшильд приказала выровнять и расширить горную дорогу. Можешь себе представить? И работы были закончены в три дня! А ведь пришлось убрать большие камни, засыпать рытвины щебенкой и изменить направление горного ручья!

Темпере показалось, что ей удалось завладеть вниманием мачехи.

— Восхищаясь садом, королева Виктория наступила на свежую клумбу. Мисс Ротшильд пришла в негодование. «Сойдите немедленно!» — потребовала она.

— Королева рассердилась? — спросила леди Ротли.

— Нет. Она тут же повиновалась, но впоследствии называла Элис Ротшильд «всемогущей».

— Забавно, — сказала леди Ротли, которую всегда занимали анекдоты из великосветской жизни. — Интересно, знает ли герцог эту историю?

— Наверно, знает. И если он станет тебе ее рассказывать, притворись, что ты никогда ее не слышала.

К тому времени, как мачеха оделась и лакей постучал в дверь и доложил, что экипаж подан, полдень уже давно миновал, и Темпере пора была присоединиться к другим камеристкам за ланчем.

Когда она вошла в маленькую гостиную, они уже почти заканчивали и вскоре ушли к себе отдыхать.

Темпера с удовольствием поела в спокойном одиночестве, наслаждаясь зрелым сыром, который мисс Бриггс назвала «отвратительным», и салатом, который обе не пожелали и попробовать.

«Нет на свете людей, более предубежденных и закосневших в своих привычках, чем английская прислуга», — подумала Темпера. Как жаль, что нельзя посмеяться над ними вместе с отцом! Как ей не хватало его, с его чувством юмора! Он всегда умел обнаружить комическую сторону любой, даже самой трагической ситуации. Много раз он рассказывал ей о промахах, допускавшихся гостями у Ротшильдов и в других подобных местах, когда гости притворялись более опытными в светской жизни, чем были на самом деле.

Вернувшись в свою маленькую комнату, она сразу же заметила на кровати большой сверток.

Она заранее знала, что в нем, и, вскрыв, не удивилась, увидев полдюжины холстов в рамках.

Они были небольшие, но прекрасно натянутые и из превосходного материала.

«Выходит, герцог не забыл», — подумала она.

Она со страхом вспомнила об условии, что он должен увидеть все написанные ею картины.

Вчера вечером ей казалось, что она уже закончила начатую работу. Но поднеся ее сегодня к окну, она увидела множество деталей, которые можно было изобразить более удачно.

«Пойду-ка я туда, где я была вчера, — решила она, — и посмотрю, насколько верно передала освещение».

Сегодня-то уж герцога там никак не могло быть. Ведь он тоже поехал со всеми на виллу «Виктория», названную так мисс Ротшильд в честь королевы.

Темпера не сомневалась, что превосходный ланч затянется. Ротшильды всегда славились своей кухней.

«Путь свободен, — решила она — Если герцогу суждено увидеть эту картину, она должна быть как можно более совершенна».

Взяв широкополую шляпу, она поспешила в сад, слишком поглощенная предстоящей задачей, чтобы обращать внимание на водопады или белеющие вдали вершины гор.

Цветы, которые она написала, уже совсем распустились, но Темпера подумала, что может усилить впечатление прозрачности лилий и сделать розы более яркими.

Некоторое время спустя ей стало казаться, что она перестаралась. Отец говорил, что многие художники впадают в эту ошибку.

Но потом она мысленно пожала плечами, подумав, что в любом случае, лишь раз взглянув на ее картину, герцог немедленно отправит ее в мусорную корзину.

Усилием воли она заставила себя остановиться, оставив цветы такими, какими они получились. А потом направилась обратно в замок, наслаждаясь по пути красотами сада, чего не могла позволить себе раньше.

Сад был настолько хорош, что Темпера не могла понять, как можно желать находиться где-то еще, обладая таким сокровищем.

Затем она напомнила себе, что нужно еще много всего сделать для мачехи и что хватит уже наслаждаться.

И вернулась в замок.

Вокруг стояла тишина. Единственным нарушавшим ее звуком было жужжание пчел на увивавших террасу цветах.

«Все, наверно, отдыхают, — подумала Темпера, — даже полковник Анструзер».

Укрепив свою решимость этим предположением, она прошла в гостиную, а оттуда в кабинет герцога.

Положила картину ему на стол, а потом, повинуясь внезапному порыву, взяла карандаш и написала на обороте фламандскую пословицу, ту же самую, что и ван Эйк: «Als Ik Kan».

Герцог поймет, что это большее, на что она была способна.

Она понимала, насколько жалкой должна казаться ее работа в комнате, украшенной величайшими мировыми шедеврами.

Положив картину так, чтобы она попалась на глаза герцогу, Темпера еще раз взглянула на «Мадонну в храме» и подумала, что она еще прекраснее, чем помнилось.

Рядом с ней она заметила небольшое полотно Петруса Кристуса. Это был портрет молодой девушки, и Темпера вспомнила, что Кристус был учеником ван Эйка.

Было еще много картин, которые ей хотелось посмотреть, но она понимала, что время идет, а ей не хотелось, чтобы ее обнаружил полковник Анструзер или кто-то еще в кабинете герцога.

Она кинула последний взгляд на ангела.

— Если бы я действительно так выглядела, я бы очень гордилась, — проговорила она чуть слышно.

Темпера уже прошла было к двери, и тут ее охватило непреодолимое желание забрать с собой свою картину.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация