Книга Скифы пируют на закате, страница 52. Автор книги Михаил Ахманов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Скифы пируют на закате»

Cтраница 52

К сожалению, специалистам, функционерам и агентам Системы до сих пор не удалось обнаружить ни одного телепата – настоящего телепата, способного к ментальному обмену хотя бы в рамках средней формы, не говоря уже о чем-то более серьезном. Существовало несколько теорий и вполне правдоподобных гипотез, объяснявших подобную аномалию, но все они страдали одним и тем же недостатком – отсутствием экспериментального подтверждения. Тут складывался замкнутый круг; для опытов требовались субъекты с паранормальными телепатическими способностями, а их никак не удавалось разыскать.

Зато телекинетики существовали в действительности. Впрочем, их таланты выглядели весьма скромно и заключались в умении передвигать предметы вроде пустых спичечных коробков и манипулировать ими на дистанциях от нескольких сантиметров до десяти-двадцати метров. Правда, были еще и специалисты в области телетаксиса; по непроверенным данным, они могли генерировать электромагнитное излучение чуть ли не в любом диапазоне, возжигать огонь и осуществлять адвекцию – перенос тепла и влаги на значительные расстояния. Подобные манипуляции влияли на атмосферу, а значит, и на погоду; носители же такого редкостного дара звались «синоптиками»-адвектами, или «заклинателями дождя».

Прочие же телекинетические эффекты – телепортация, теледеструкция и телеконверсия – пока оставались «терра инкогнита», вещью в себе из разряда фантастических домыслов. Однако все они были описаны (разумеется, гипотетически) и включены в сферу интересов Системы с самыми высшими приоритетами. Под телепортацией понималось искусство переносить себя самого либо живые и неживые объекты из одной точки пространства в другую, причем перенос осуществлялся мгновенно или со столь огромной скоростью, что ее нельзя было зафиксировать. Теледеструкция представляла собой жутковатый процесс разрушения любых материальных форм ментальным воздействием; наконец, телеконверсия, или трансформация, сводилась к целенаправленному преобразованию атомно-молекулярных и клеточных структур, например, к изменению собственного тела и внешности.

Разумеется, искусников, способных к таким глобальным действиям, обладавших чуть ли не божественной властью над природой и людьми, пока что не нашлось. Скорей всего их не существовало вовсе, но руководители Системы, магистры континентальных колец и командоры региональных цепей, все-таки не теряли надежды обнаружить их со временем. Ведь был же Доктор! Доктор, умевший каким-то загадочным способом переносить людей в Мир Снов или в другую реальность, фантастическую либо существовавшую на самом деле. В последнем случае его дар являлся не чем иным, как телепортацией – причем такого свойства, когда телепортируемый субъект испытывал и некую ментальную метаморфозу. Несомненно так, ведь вместе с новым миром ему дарилось и знание языка, и некий сценарий действий, если не определявший, то, во всяком случае, отчасти прогнозировавший ход дальнейших событий.

Но скорее всего необычный дар Доктора относился к разряду феноменальных явлений, высшему в разработанной специалистами Системы классификации. Сюда попадали такие поразительные эффекты, как интуитивизм, или способность мгновенно приходить к верным выводам, минуя цепочку логических рассуждений; прекогнистика, или предсказание будущего, частным случаем которой являлся талант дайнджера, связанный с предвидением опасности; акциденция – умение манипулировать случайностью и удачей; гетерохрония – власть над временем. Все эти невероятные свойства и качества в своем экстремальном выражении были, конечно, столь же гипотетичными, как телепатическая контаминация, или телеконверсия, что, однако, не исключало их из рассмотрения сразу и навсегда. В конце концов, Вселенная полна чудес! И разве Т е, от кого Система должна была защитить Землю, не являлись чудом? Мрачным чудом, грозным чудом, но все-таки – чудом…

* * *

Куратор неторопливо одевался и завтракал, пытаясь позабыть о своем сне. Лучшим способом отвлечься были размышления, и он думал – думал о Скифе и Джамале, о Монахе и Кликуше, о «механике» дяде Коле и об удачливом Сингапуре – Серже Никитине, который, вполне вероятно, был акцидентом.

Странные люди… Но что есть странность? По сути дела, отклонение от среднего, от нормы. Существуют вещи, доступные каждому или почти каждому, – способность копаться в земле, управлять автомобилем либо станком, читать, писать и считать, заниматься тысячей дел, обозначаемых как ремесло, профессия, работа. Всему этому можно научить, но можно ли выучиться на живописца или музыканта, не имея к тому природных способностей?.. Можно ли стать гениальным ученым, великим писателем или политиком, удачливым бизнесменом?.. Тут все зависело от дара, от редкостного свойства, присущего немногим – быть может, одному из тысяч или миллионов. Предрасположенность, талант, гениальность… Да, размышлял куратор, всякий талантливый человек относится к категории странных, и термин этот в конечном счете определяется лишь статистикой. Один гениальный математик на сто миллионов, один настоящий телепат из миллиарда… Поди разыщи их!

Он не всегда мог дотянуться даже до тех, кто, не попадая в категорию гениев, представлял, однако, интерес для Системы. Скажем, Доктора, Монаха и некоторых других разыскали среди пациентов неврологических клиник и психдиспансеров, а «механик» дядя Коля был извлечен из макетной группы одного приборостроительного института. Но имелись и прочие загадочные личности, к коим, несмотря на всемерную помощь петербургских спецслужб, никак не удавалось протоптать дорожку. К примеру, некий чудодей, обитавший где-то в пригороде, который пользовал болящих гипнотическим внушением и ароматной травкой. Зелье его, как поговаривали, напрочь отшибало память, зато все стрессы и неприятности развеивались как дым.

Сей факт, бесспорно, доказывал, что странные способны причинить немало бед, а значит, лучше держать их под контролем, деликатно направляя к нужной цели. Это приносило свои плоды, богатые плоды! Особенно в последнее время, когда в звене С начал трудиться Доктор… У странных людей были странные фантазии, и, овеществляясь в Мире Снов, они нередко приводили к неожиданным результатам. Взять того же Джамаля… С полгода назад ему захотелось отдохнуть и развлечься в мире гипнофедингов – созданий, не ведающих сна. Так был открыт бетламин – великолепный приз, доставшийся Самураю, который сопровождал Джамаля в той экспедиции.

Вполне приемлемая компенсация за все его капризы, подумал куратор, выбрав одну из двадцати трубок, что выстроились в специальном штативе подобно крохотному артиллерийскому дивизиону. Он уже позавтракал, выпил чашку крепкого кофе и теперь закурил, чувствуя, как уходят напряженность и тревожное беспокойство; видение хищной стай, стремившейся к Земле, больше не маячило перед глазами. За окном разгоралось ясное летнее утро, как бы напоминая, что пора приступать к делам.

«И все-таки жаль, – мелькнула мысль, – что на сей раз великий коммерсант выбрал столь бесперспективное сновидение, мир неразвитой технологии, в котором вряд ли сыщется нечто ценное. Ну пусть повеселится среди своих амазонок!» – решил куратор, повязывая строгий галстук. Сегодня ему предстояло играть роль бизнесмена, директора фирмы «Сэйф Сэйв», и тут требовался надлежащий антураж. «Пусть повеселится, – повторил он про себя, натянув куртку, – только без „АКД“, гранат и прочих сильнодействующих штуковин. Скиф со своим Хараной ему будет и оружием, и защитой… Надежный парень этот Скиф! Из тех, на кого можно положиться…»

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация