Книга Скифы пируют на закате, страница 92. Автор книги Михаил Ахманов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Скифы пируют на закате»

Cтраница 92

Ксения, презрительно фыркнув, ткнула пальцем в круглый розовый глазок.

– Ну, готов так готов! Пусть попробует! Случается, и сейфам везет!

Будет она поминать этот сейф до второго пришествия, подумалось Скифу. Вслух же он произнес:

– Случается. В конце концов, женщины опустошают сейфы; наполнять их – дело мужчин. Чакара искренне восхитился:

– Какая мудрая мысль! И столь изящно выраженная! Скажите, дион Сингар, так говорят у вас, в Приполярном Крае?

Скиф молча кивнул. На самом деле «мудрая мысль» принадлежала его бывшему комбату и речь в ней шла не о сейфах и женщинах, а о кошельках и проклятых бабах. Впрочем, суть от этого не менялась.

Раскатился удар гонга, торжественно прозвучали литавры, и он шагнул к экранчику. Чакара, казалось, не горел желанием повторить эксперимент; теперь он пристроился у Скифа за спиной, рядом с прелестницей Ксарин, явно собираясь понаблюдать за его поединком с Девятью Сферами. Либо он не верил в удачу денежного мешка своей пассии, либо желал убедиться в том собственными глазами.

– Ваш выбор, дионы! – вновь раскатилось по галерее, и на экранчике, справа от столбика иероглифов, возникла надпись: «Сфера Шардиса. Делайте ваш выбор!»

Скиф протянул руку. Палец его скользил в сантиметре над синей башенкой причудливых буквиц, сердце билось ровно, и никаких позывов к волнительной дрожи он не чувствовал. Азартные игры не интересовали его в принципе, и хотя в подольской казарме он не отказывался составить партию в домино, но играл без охоты, просто стучал костяшками по столу. Быть может, подобное равнодушие объяснялось тем, что в спецназовском батальоне сама жизнь была игрой, смертельной и, уж во всяком случае, небезопасной. Но тут выручал Харана.

Палец скользил все ниже. Олорто, унузу, уузуу, асара, елегемен, эйсэшэт…

– Эйсэшэт! – подсказала прелестная Ксарин. Голос ее дрожал от волнения.

«Шайкал с ним, пусть будет эйсэшэт!» – решил Скиф и потянулся к синему иероглифу, но тут же отвел палец. В виске чуть заметно стрельнуло – совсем не так, как в те таинственные мгновения, когда Харана, бог с жалом змеи, предупреждал его о предстоящих бедах. Но сигнал был послан и воспринят! Несомненный признак того, что «эйсэшэт» выбирать не стоило!

Теперь Скиф ощутил, как на лбу выступает испарина. Это было что-то новенькое! Ему никогда не приходило в голову использовать свой талант в бескровной игре со случаем и удачей. С другой стороны, если предвидение дайнджера защищало от пуль и ножа, то разве не могло оно спасти и от иных неприятностей? Например, от проигрыша?

Для пробы Скиф потянулся к иероглифу «ийниил», и в виске опять кольнуло. Теперь он медленно повел пальцем над столбиком букв, прислушиваясь к своим ощущениям. Не «олорто», не «унузу», не «уузуу»… В виске будто подрагивала невесомая, микронной толщины игла. Не «асара», не «елегемен», и разумеется, не уже испробованные «эйсэшэт» и «ийниил»..: «Юнью»! Несомненно, «юныо»!

Он коснулся символа, и тот вспыхнул алым светом.

– Сейф, он сейф и есть, – прошипела Ксения за его спиной. – Надо было выбрать «эйсэшэт», дубина!

– То было бы ваше решение, дионна, а не его, – мягко возразил Чакара. – Согласитесь, что попытка оседлать удачу – процедура весьма интимная и тонкая, где чужое вмешательство неуместно. Это как соитие двух влюбленных… экстаз, полет, восторг слияния с божеством… тайна, покров с которой дозволено приподнять лишь двоим – самой судьбе и ее избраннику…

Красиво излагает, подумал Скиф, выбирая на Сфере Фрира символ «унузу». Для обеих лун он пометил «олорто», затем, желая проверить новую свою способность, нарочно сделал две ошибки. Ничего ужасного не случилось: тонкая игла по-прежнему колола висок, но особых неудобств или страданий он не испытывал. Если Харана и руководил им в этот миг, то лишь мягко подсказывая и направляя, но никак не разражаясь громом божественных повелений.

Последние три символа – для Сфер Тверди, Вод и Воздуха – вспыхнули под его пальцами алым огнем. Зарокотало. Низкий мерный гул подчеркивал торжественности момента. Мужчины и женщины в воздушных ярких одеяниях застыли у своих терминалов, точно паломники, приникшие к святым алтарям в ожидании чуда. Каждый рассчитывал узреть светлый лик божества удачи, каждый надеялся, что рука Твалы коснется его благословляющим прикосновением, каждому казалось, что именно он, единственный и неповторимый божий агнец, достоин высшей милости.

Но агнцов имелось великое множество, а Твала, распределявший свои дары в полном соответствии с вероятностными законами, был весьма скуп. Рокот смолк, и редкие ликующие крики растворились в океане разочарованных вздохов.

– Лучший результат – семь символов, – объявил раскатистый глас. – Сферы Шардиса, Фрира, Первой и Второй Лун, Тверди, Вод и Воздуха. Взнос увеличивается стократно. Великолепный результат! Наилучший за сегодняшний день! Наши поздравления любимцу Твалы! Да будет он столь же удачлив в делах правления, и пусть отблеск милости, явленной ему, ляжет на всех нас!

Чакара уко Экоб подтолкнул Скифа к экранчику, на котором стремительно росли цифры выигрыша.

– Поздравляю, дион! Поздравляю и признаюсь, что вы поразили меня! Я уже думал… – Тут он смолк, еще плотнее притиснул Скифа к розовому победному глазку и прошептал: – Не надо, чтоб видели остальные… Люди завистливы, мой дион… а вы теперь можете править архипелагом… любым, на выбор!

Скиф, слегка потрясенный, раскрыл рот и вымолвил:

– Сомневаюсь, любезный Чакара. Правление – дело мудрых, а не удачливых.

– Пфа! – Серадди небрежно повел рукой. ~ Кому нужен мудрец, которому не сопутствует удача? Такой человек скорее опасен, чем полезен… – Он пристально взглянул на Скифа и, поколебавшись, произнес: – Кстати, вы можете звать меня Чаком. Слишком короткое имя и небрежное… походит на кличку посыльной птицы… Но так называл меня один из прежних друзей… тоже очень удачливый человек, которого я буду помнить, пока Фрир сияет над Мировьм океаном.

– Польщен доверием. – Скиф пожал руку новообретенному приятелю и тут же почувствовал, как под ребра врезался небольшой, но крепкий кулачок. Прелестная гадюка Ксарин не любила, чтоб о ней надолго забывали.

Он повернулся к ней, оглядел покрасневшее лицо женщины, небрежно скользнул взглядом по алмазной подвеске и полуобнаженной груди, по рыжему локону, свисавшему на лоб, и с неприкрытой иронией протянул:

– Сейф к вашим услугам, дионна. И пусть Твала оплюет меня, если вы ухитритесь пустить на ветер все его милости! – Он постучал согнутым пальцем по экрану, по окруженным алым ореолом цифрам выигрыша, и усмехнулся: – Играйте! Случается, и рыжим везет!

Против ожидания, она не обиделась и не ответила колкостью. Совсем наоборот! Ее зеленые глаза вдруг сделались искусительно-томными, маленькие ровные зубки ослепительно блеснули, багровый румянец раздражения сполз со щек, кулачки разжались, и теплая ладошка легла на локоть Скифа. «Вот я уже не сейф и не кретин, – подумалось ему. – Женщины любят победителей! А стервы в особенности!»

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация