Книга Последняя битва, страница 60. Автор книги Михаил Ахманов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Последняя битва»

Cтраница 60

«Слияние… — Мысль Нергала протяжным эхом отдалась в голове Иеро. — Да, Повелительница Шлюх, Слияние все расставляет по местам. Окончательно и необратимо! Только Слияние объединяет нас… Иначе я приказал бы своим летающим слугам выпить твою кровь, старая ведьма!»

Окончательно и необратимо… Иеро содрогнулся. Внезапно он понял, что это в самом деле так: для слившегося с Теоном не существует обратной дороги. Одно прикосновение Нечистого к его душе — и он пропал!

«Пощады, Владыка Нетопырей, пощады! — в тоне Кали слышалась издевка. Потом она добавила: — Когда-то я правила жалким народцем в жалкой стране… давно, очень давно… Они были покорными, эти мокрицы, но временами покорность их меня бесила. Я вселялась то в одного, то в другого, наделяя духом неповиновения, а затем их распинали на земле, в одном из двориков, под окнами моей опочивальни».

«И что же?» — с явным интересом спросил Нергал.

«В том дворике рос бамбук, очень быстро, на пол-ладони за день… Как они корчились, как кричали! — Смех звенел в ментальном голосе женщины. — Тут, в моем дворце, есть такой же дворик, и в нем хватит места для тебя и всех твоих синекожих ублюдков».

«Одна из твоих копий сейчас со мной, — отозвался Нергал после паузы. — Знаешь, что я с ней делаю?»

«Сосешь кровь, на пару с твоим вампиром?»

«О, нет, нет! Я придумал кое-что получше! Не столь примитивное!»

Играют, развлекаются, подумал Иеро, не выпуская наружу ни единой мысли. Пароксизм удовольствия, сотрясавший Нергала, смешанный с отзвуком жуткой муки, докатился до него, заставив похолодеть от ненависти.

«Можешь творить с ней все, что угодно, — заметила Кали, — меня это не трогает. А вот в дикаре я разочаровалась!»

«В самом деле? Почему?» — Дрожь наслаждения пронизала карлика. Иеро перекрестился и сплюнул.

«Он пренебрег моими девушками! Надеюсь, если он не подойдет, Локи отдаст его мне. Бамбук уже прорастает в моем дворике…»

«Не надейся, — прошелестел тусклый голос Аримана. — Он подойдет. Сильный, безжалостный…»

«И это примиряет меня с ним. Это и еще одно…»

«Что именно, Нерг? Трудно представить, что тварь вроде тебя способна с кем-то примириться!»

С минуту карлик молчал. Ожидая ответа, Иеро уставился в быстро темнеющие небеса, на армаду наплывавших с моря туч. От скал протянулись длинные тени, и зев пещеры потонул в них как черный камень в темной воде.

Наконец барабанный рокот снова зазвучал в сознании священника:

«Он будет пятым, и наша мощь удвоится… Еще один шаг к полной и безграничной власти! Власти над всей Землей!»

Образ планеты возник перед Иеро — туманный, медленно вращающийся шар, с пятнами синего, зеленого, коричневого в разрывах облаков. Невесомый и бесплотный, он парил над миром, разглядывая его с высоты; потом мысль Нергала ринулась вниз, словно тараня облачные покровы, и ширь европейской равнины раскрылась от голубого зеркала Лантика до возвышавшихся на востоке гор. Теперь Иеро мчался над этим пространством, над выжженными пустынями и руинами городов, над окруженным лесами Моском, над реками и утесами, озерами и степями — мчался к Каменному Поясу, маячившему вдали подобно крепостной стене, поросшей изумрудной щетиной сосен. При виде этих гор что-то дрогнуло и пробудилось в памяти священника; он выпрямился, откинул голову и, наблюдая за медленно таявшим видением, с трудом сдержал торжествующий вопль.

«Дикарь нас слышит. — Мысль Аримана непрошенным гостем проникла в сознание. — И, кажется, он доволен».

«А я — нет. Пусть знает, что я обижена, — прозвенел серебряный голос Кали. — Я не привыкла к пренебрежению… Не забывай о моем дворике, дикарь!»

Ментальный колпак сомкнулся над Иеро, отрезав назойливые голоса. Усмехаясь, он ощупал свою перевязь, затем поглядел на скалы, отыскивая скрытый тенями проход. Из него уже вылетали первые нетопыри.

Каменный Пояс! Священная Книга и Округленные Губы! Помощь и удивление…

Бог надоумил его устами врагов!

Твердым шагом священник направился к пещере. Кожистые крылья шелестели над ним, то одна, то другая из бестий ныряла вниз, норовя вцепиться ему в лицо или волосы, но Иеро представил, что он — огромная сова, любительница всяких мышей, и бегающих, и летающих. Вампиры с пронзительным писком ринулись прочь, и он, войдя в отвоеванное подземелье, остановился у самого входа, куда еще дотягивался угасающий солнечный свет.

Пахло пометом, сыростью и гнилью. Чей-то импульс толкнулся в ментальный щит, и Иеро, на миг ослабив защиту, принял его и поместил в дальнем уголке сознания. Наконец-то весть от Горма… Но — потом, потом!

Он ощупал кармашек перевязи, вытащил древний крест и подумал, что руки отца Демеро все же коснутся этого сокровища. Затем пальцы его снова нырнули в карман, пошарили там и извлекли нечто гладкое и темное, величиной с орех, закованное в скорлупу.

— Вылезай, малыш, — негромко произнес священник и, опустив свою находку на пол, проделал едва заметную щель в своем ментальном барьере. — Вылезай и расти! Настало твое время!

Скорлупа дрогнула и исчезла, будто эти слова или подкрепившая их мысль были услышаны и поняты крохотным существом; маленький шарик расплылся в диск, затем из полупрозрачного тельца выдвинулись щупальцы-отростки, приподнимая его над каменной поверхностью, напрягаясь в заметном усилии. Раздался чуть слышный хлопок, щупальцы окрепли, и тело амебы, уже размером не с орех, а с яблоко, вспыхнуло и заиграло радужными красками.

Иеро, затаив дыхание, следил за этой сказочной метаморфозой, потом опустил веки и, сосредоточившись, представил себя самого: лицо, фигуру, одежду, темную полоску усов на верхней губе, орлиный нос, смуглую кожу, широковатые скулы… Он творил этот образ с той любовью, какую должен испытывать человек к собственной плоти и душе; ведь если сам себе не дорог, то кто иной тебя полюбит? Душа, конечно, была важнее внешности, и он не обделил ее ничем и ничего не скрыл, вложив все тайные свои богатства — любовь к Лучар, благоговейную веру в Господа, стойкость, мужество, жажду победы и свой ментальный дар.

Воздух взвихрился, снова хлопнуло, и существо, продолжая расти, вдруг принялось обретать некие полузнакомые очертания. Теперь оно походило не на яблоко, а на вытянутый огромный огурец, доходивший священнику до пояса; снизу его поддерживали четыре прочные подпорки, а сверху, чуть покачиваясь на толстом стебле, стала оформляться сфера. Ее поверхность пошла волнами, и две из них внезапно застыли, приняв форму губ; над ними прорезалось что-то похожее на ноздри, глазные впадины, брови и лоб.

«Господи, прости меня! — мелькнуло у Иеро в голове. — Прости за то, что я присвоил Твою власть творения… Сожги меня молнией, если я виновен! А если невиновен, позволь отковать этот меч и сразить Нечистого!»

Легкое дуновение ветра шевельнуло волосы священника; Бог промолчал и лишь погладил его ладонью, сотканной из воздуха и алого света вечерней зари.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация